Чтение онлайн

— Почему ты остановился? Я думал, что мне уже конец пришел…

Максимилиан отвел взгляд. Обжигающая ладонь скользнула чуть выше, над зарастающей раной, куда пришелся самый сильный удар. Жар переместился следом.

— Защитные механизмы сработали, — словно нехотя пояснил князь. — Ты — мой подопечный. Не ребенок, не друг, а что-то ближе. В каком-то смысле ты — часть меня. Связи очень… прочные. И не только я могу тебе приказать. Ты тоже можешь одернуть меня, дозваться в любом безумии.

— Удобная штука, — задумчиво произнес Дэйр. Удивительно, но он совсем не чувствовал неловкости в этой ситуации, хотя наверняка должен был смутиться — из-за своей беззащитности, открытости. Из-за того, что Ксиль и не думал слезать с нагретого места в сугроб, а ему, Дэриэллу, почти нравилось чувствовать, как щекочут подбородок встрепанные мокрые пряди. Неужели именно это — семейные узы? Так бывает у других людей?

Уют.

— Ксиль?

— М-м-м?

— Э-э… ну… а регенерация скоро завершится?

— А она уже, — недовольно пробурчал князь и опять уткнулся в шарф.

Лежать на снегу становилось прохладно, мягко говоря. Наверное, мозг уже начало потихоньку замораживать, и поэтому Дэйр не сразу осознал ответ князя.

— Что? Уже? А какого демона мы тогда здесь валяемся?

— Загораем, — совершенно серьезно ответил Ксиль.

— Издеваешься? Где ты солнце видишь?!

— Я на нем лежу, — вздохнул он. — Но, видимо, не судьба.

Горячая рука выскользнула из дыры в куртке, напоследок слабо царапнув по ребрам когтями, и Ксиль плавно поднялся на ноги. Глубокий, рыхлый снег вокруг не доставлял ему ни малейших неудобств.

— Вставай, — добродушно усмехнулся он. — Или тебе помочь? — и, не дожидаясь ответа, ухватил Дэйра за руку и дернул на себя.

— Dess! — только и успел выдохнуть аллиец, пробкой вылетая из сугроба. — Нельзя поаккуратнее?

Ксиль наградил его терпеливым, снисходительным взглядом и принялся заботливо отряхивать от снега. Куртке в результате этих действий наступил полный каюк.

«Он ведет себя, как Лиссэ», — мрачно размышлял Дэйр, с трудом гася порыв окунуть чересчур много воображающего о себе князя в сугроб. Только понимание, что в итоге в снегу окажется именно он, Дэриэлл, удерживало аллийца от решительных действий.

— По-моему, я предельно аккуратен, — еще одна невинная улыбка. — Ну-ка, ну-ка, повернись ко мне своей прелестной физиономией… Это я тебя так? — он бесцеремонно ткнул пальцем в затянувшиеся царапины.

— Ты, — Дэйр попытался отвернуться, но Ксиль со смехом ухватил его за подбородок. А хватка у этого шакаи-ар была железная…

— Сейчас мы все поправим, — многообещающе протянул Максимилиан. В глазах у него светилось предвкушение.

Дэйр машинально отпрянул… попытался. Ксиль держал крепко.

— Я сам поправлю, — попытался он убедить князя. — У меня в кармане есть чистый платок.

— Уже нет, — ухмыльнулся Ксиль, размахивая белой помятой тряпочкой.

— И эти царапины меня уже не беспокоят, осталось только вытереть кровь…

Ксиль вдруг резко потянул вниз, заставляя Дэриэлла нагнуть голову — и быстро лизнул царапины, на подбородке. И на щеке. И снова на подбородке…

— Dhaess dattar! — ругнулся Дэйр. На этот раз простого «dess» явно не хватало, чтобы выразить весь спектр овладевших им эмоций. По спине пробежали мурашки. Значит, вот что почувствовал бы человек, если бы на улице к нему бы подошел какой-нибудь заплутавший лев и довольно лизнул щеку?

— Не дергайся, — хмыкнул князь, на мгновение отстраняясь. — Иначе… м-м-м… попаду куда-нибудь не туда.

«И не волнуйся так».

Дальше разговор шел уже мысленно.

«Это просто маленькая…»

Дэйр зажмурился. Желание утопить князя в снегу превратилось в идею-фикс.

«…маленькая…»

На морозе мокрые следы как будто обжигало.

— … маленькая месть, — завершил Максимилиан и быстро отступил в сторону. — Эй, ты не злишься? Я не смог удержаться, у тебя была такая физиономия — прямо мученик за веру… Ай!

Дэриэлл эм-Ллиамат, наплевав на воспитание, дал волю древним инстинктам хищника и от души помакал в снег хохочущего князя. И, что самое удивительное — даже сугроб сопротивлялся активнее. Ксиль же только смеялся, как подросток, и отфыркивался, когда снег набивался в рот.

И, кажется, этой заразе было совсем не холодно.

На город опускалась ночь. Равнодушная вьюга завывала на все голоса, задувала в щели, тыкалась в стекла окон… От нее было не скрыться ни за шапкой, ни за шубой с высоким воротником, ни тем более за разодранной курткой.

— Я похож на оборванца, — обреченно вздохнул Дэриэлл, оглядывая лохмотья, в которые превратился любимый пуховик. А ведь столько воспоминаний с ним связано! Как мило бесились драгоценные сородичи, когда Дэйр, одетый по человеческой моде, заявлялся во дворец…

Старые добрые времена.

— Немного, — вынужденно согласился Ксиль. Сам-то он, отряхнувшись, выглядел, как обычно. То есть просто потрясающе — хоть сейчас на подиум, рекламировать узкие джинсы и короткие куртки. И не скажешь, что его полчаса по сугробам валяли. — Но ничего, переоденешься в комнате, пока я с Ирвином договариваться буду. Ладно. Повторим напоследок пару несложных правил. Итак?

А вот это уже начинало надоедать,

— Не позволять заводить себя в темные комнаты. Быть осторожным. При малейших признаках непонимания со стороны собеседника — прекращать разговор и звать тебя. Правильно? — язвительно переспросил Дэриэлл, чувствуя себя беспечной малолеткой. — Еще указания будут?

— Нет, — хмыкнул Ксиль. — Вообще можно было ограничиться только третьим правилом, но одно-единственное указание смотрится как-то жалко. Чем больше, тем лучше. Идем?

Дэриэлл мрачно посмотрел на особняк Ирвина. За пустой площадью, на краю города, среди запущенного парка — клан выбрал себе довольно уединенное и угрюмое место. «И здесь мне предстоит прожить две недели? — мысленно содрогнулся аллиец. — Скорей бы князь нашел квартиру». Переехать было легко, как делать нечего — все вещи уместились в одной заколдованной сумке, болтавшейся на плече у Максимилиана. Лабораторию Дэйр собирался перевезти позже, когда обустроит для нее помещение.

У Ирвина, похоже, придется отдохнуть от опытов.

— Идем, — скованно кивнул Дэриэлл.

«Что уж откладывать…»

Максимилиан одобрительно хлопнул его по плечу и решительно потянул за собой, к заметенному крыльцу.

Изнутри мрачная резиденция жутких шакаи-ар выглядела… обычно. Под потолком — хрустальная люстра а-ля «из театра поперли». Темный паркет — вытертый и скрипучий у дверей, гладкий и блестящий ближе к стенам. Высокий потолок, отделанные деревом стены, несколько абстракционистских картин, сухие букеты на столиках, пара кресел для гостей — ни единого намека на готику.