Чтение онлайн

Он приблизил мое лицо к своему.

— Не испытывай меня, черт возьми. — Его глаза смотрели сквозь меня, провоцируя меня бросить ему вызов.

Я высвободила подбородок из его хватки и попыталась оттолкнуть его от себя, но он схватил мои запястья тисками.

— В чем твоя проблема? — Я зарычала на него.

Он грубо притянул меня к себе, и моя грудь врезалась в его мускулистый живот, когда он крепче сжал мои запястья. Он наклонился, и его губы коснулись верхушки моей шеи, отчего по моей плоти пробежал озноб.

— Ты моя гребаная проблема.

Я уставилась на него.

— Чертовски очевидно, что ты меня ненавидишь. — Я попыталась высвободить запястья.

— Я бы хотел. В этом-то и проблема, — проворчал он.

Глаза Стила потемнели до полуночного оттенка, когда он наблюдал за моей борьбой. Он отпустил мои запястья так же быстро, как схватил их, что дало мне достаточно времени, чтобы убежать от него и вернуться обратно в палатку. Что, черт возьми, с ним было?

Я направилась прямиком в бар, поскольку мне нужно было выпить, чтобы осознать, что именно там произошло. Я чувствовала, как мое беспокойство играет со мной, угрожая завладеть моим разумом. Я двигалась в такт музыке, когда она сменилась на Let me blow your mind Евы и Гвен Стефани, чувствуя, как в груди стучат басы, и танцевала, пока не подошла моя очередь обслуживаться в баре. Я уже собиралась заказать столь необходимый напиток после стычки со Стилом, когда передо мной поставили бокал в виде черепа, полный искрящейся розовой жидкости. Я вопросительно посмотрела на бармена, и меня отвлекли красные контактные линзы, которые он носил. У него была пара реалистичных клыков, которые слегка выдавались вперед, и под стать им была злая ухмылка.

— Любезно предоставлено парнем в конце, — сказал он и кивнул головой влево от меня.

Я повернулась, чтобы посмотреть, о ком он говорит, когда заметила угрожающий взгляд Стила, пронзивший меня насквозь, как только мы встретились глазами. Сбитая с толку тем, почему он угостил меня выпивкой после нашего предыдущего разговора, я схватила бокал с черепом и отвернулась от бара, чтобы избежать его подавляющего присутствия.

Я решила, что с таким же успехом могу исследовать, что находится за всеми закрытыми комнатами, и направилась к комнате с табличкой номер один. Я пробралась сквозь толпу и сумела увернуться от парня с фальшивой бензопилой, а другие сотрудники, одетые в устрашающие костюмы, замешкались у закрытой двери. Я открыла дверь со своим коктейлем-черепом в руке и быстро скользнула внутрь, закрыв ее за собой и прислонившись к ней. Я огляделась и почувствовала, как у меня по коже побежали мурашки, от чьего-то пристального взгляда у меня волосы встали дыбом, а по спине пробежала холодная дрожь.

Что-то во мне пожалело, что я вошла. Передо мной был большой стеклянный куб. За стеклом была группа женщин, одетых в то, что можно было описать только как одежду замученной распутной школьницы. В черных коротких плиссированных юбках, белых рубашках с подвязками, чулках до колен, прикрепленных к поясам с подвязками, без нижнего белья. Их окружали мужчины, одетые в черные костюмные брюки, рубашки с белыми воротничками и галстуки-бабочки. У каждой женщины по всему телу было множество чего-то похожего на порезы, и все они были связаны в неудобных позах, отовсюду капала кровь. Я не могла разобраться, было это реально или нет.

Одна женщина стояла на коленях на полу со связанными за спиной руками и сосала член парня, стоявшего перед ней. Он продолжал резать ее плоть, пока она доводила его до оргазма, ее кровь стекала по ее телу и украшала пол вокруг нее.

Я быстро отвела глаза, когда парень посмотрел на меня, дочиста облизывая нож. Я перевела взгляд на другую женщину, у которой был кляп во рту и она была связана лицом вниз, наблюдая, как женщину рядом с ней трахают рукояткой ножа. Острый край лезвия был в опасной близости от ее киски. Из-за ее положения на полу я могла видеть, как ее киска истекает желанием, когда она смотрела, как ее подругу доводят до грани. Сдавленный стон женщины, которую трахали ножом, чуть не заставил меня кончить на месте.

Мое дыхание стало тяжелым, когда я зачарованно наблюдала за происходящим, не понимая, как я подкралась ближе, пока не почувствовала горячее дыхание у себя на затылке.

— Тебе нравится это, Бэмби? — Угрожающий голос прошептал рядом со мной.

Я дернулась от внезапного прикосновения и чуть не расплескала свой напиток. Я упала спиной на твердую грудь Стила, когда его руки обхватили мои бедра, его пальцы впились в мою сверхчувствительную плоть, вызывая восхитительный шок боли, пронзивший меня.

— Я не хотела сюда заходить, — сказала я почти шепотом, чем заслужила мрачный смешок у себя за спиной.

— Уверен, что ты этого не делала, но держу пари, если бы я опустил руку в твои трусики, они были бы мокрыми. Только посмотри на свое тяжелое дыхание. Ты такая грязная гребаная девчонка, которая кайфует от боли, не так ли?

Его слова затронули глубокое темное желание, которое я хотела исследовать, но меня переполняла потребность сбежать от него. Я не доверяла себе рядом с ним и надеялась, что мне повезет больше, если я спрячусь от него в другой комнате. Я сделала столь необходимый вдох, выпила остатки своего напитка и сунула стакан в руку Стила, прежде чем повернуться и выбежать из комнаты.

Вся в поту, с бешено колотящимся сердцем, я умудрилась затеряться в толпе и надеялась, что он не последовал за мной. Кого я обманывала? Я хотела, чтобы он нашел меня. Я искала способ сбежать, чтобы попытаться успокоить свое тело и либидо. Я чувствовала каждую вибрацию от глубоких басов танцевальной музыки, проходящую через меня, и каждое прикосновение тел в толпе заставляло меня чувствовать, что я вот-вот взорвусь. Я была на пределе возможностей.

Между преследованием Стила с обнаженной грудью и грязными мыслями, бушующими в моей голове, благодаря той запретной комнате. В моей голове прокручивались образы пары в комнате, развлекающей друг друга. Я начала думать, что на данный момент мне следует просто отказаться от бабушкиных трусиков, поскольку они промокли.

Я пыталась найти Капри или Тайлера, но их нигде не было видно. За то время, что я была занята, толпа увеличилась вдвое, и тела были прижаты друг к другу. Двигаться было трудно. Мне удалось пробраться через палатку и найти небольшой свободный уголок рядом с комнатой под номером тринадцать.

На двери передо мной мерцала гигантская золотая цифра тринадцать. Что мне было терять? Я огляделась, но никто не обратил на меня никакого внимания, поэтому на этот раз я осторожно открыла дверь и медленно вошла в затемненную комнату. Эта комната была намного больше, чем предыдущая, из которой я только что сбежала. Я огляделась и увидела красные бархатные диваны, расставленные по краям комнаты. Темное, чувственное освещение давало достаточно света, чтобы различить фигуры, раскинувшиеся на шезлонгах.

Я прокралась вперед по плюшевому черному ковру и увидела женщину, стоящую на коленях посреди комнаты. Ее руки были скованы цепями над головой, что позволяло ей стоять на полусогнутых коленях. Ее колени были раздвинуты, когда она застонала в том, что казалось агонией. Ее темные волосы ниспадали на загорелые плечи, и на ней не было ничего, кроме трусиков без промежности, того же пояса с подвязками и носков до колен, что были на женщинах в другой комнате.

Пока я стояла там, не в силах отвести от нее взгляда, движение в дальнем углу заставило меня прищуриться и увидеть мужчину, одетого только в черные брюки, который тащил другую женщину за руку к центру комнаты. Она не сопротивлялась. Она позволила себя вести.

Ее рыжие волосы были заплетены в косу, спускающуюся по спине, на ней был черный облегающий корсет в стиле жилета с такими же черными подвязками и гольфы. Когда они стояли над брюнеткой, мужчина что-то прошептал рыжей, прежде чем она легла на пол и просунула свое лицо под киску брюнетки.

— Нет. Хватит. Я больше не могу. Это слишком. — Брюнетка начала умолять.

Мужчина мрачно усмехнулся, прежде чем направился к шезлонгу и устроился поудобнее для представления.

Мои глаза вернулись к центру комнаты, когда я услышала сдавленный стон, который можно было описать только как мучительный экстаз, исходящий от брюнетки. Рыжая схватила брюнетку за бедра, чтобы удержать ее неподвижно, пока та лизала и сосала ее киску, как будто ее морили голодом. Яростные стоны, наполнившие комнату, звучали как крики демона в экстазе. Я не могла отвести от них глаз, когда стоны брюнетки превратились в глубокие гортанные крики, которые, казалось, ударяли прямо в мой клитор, заставляя мои ноги ослабеть, а соски затвердели.