Чтение онлайн

— Гер, может помягче ты, а? Все-таки клуб Владу принадлежит.

— А Влад-то здесь причем? Мы нечисть из его клуба выметаем. Считай, за органы их работу сделали. Клуб не закроют. А этих всех во главе с Аресеньевым, так запросто. На пару эдак лет.

— Не слишком жестко?

— Нормально. Что делать, если человек слов не понимает?

— Может, помягче, а? Другие способы есть информацию подоходчивее донести.

— Намекаешь. Что в его организме слишком много целых костей? Нет, Дэн. Не вариант. Если бы этот сученыш сразу сюда сорвался, то, может, я бы и подумал так мягко с ним беседу провести. Но уже десять минут прошло. И где он? Думает, я тут шутки шутить с ним собрался. В прошлый раз вообще. Бабло мне всунуть решил, идиот. Пусть выгребает теперь по полной программе, если мозги не в ту сторону работают.

Кажется, я не улавливаю всей сути.

Только обрывки.

Но полицию и суть того, чем здесь занимаются и за что нас сюда приволокли, улавливаю четко.

Полиция? Арест?

Ох, нет! Нет, нет, нет!

Отец такого мне не попустит! Домашний арест мне сказкой покажется! Да он меня с землей смешает за такое!

А если еще и его тот старый партнер узнает, что его невесту в полиции закрыли за… Даже слово это в мыслях произносить не хочу!

Это же скандал будет! Жуткий! На всю столицу!

Дочь Валерия Поплавского арестовали за такое!

Тем более, отца-то сейчас даже в стране нет. К гадалке ходить не нужно, чтобы понимать, что Дара с Ринатой и пальцем не пошевелят, чтобы меня оттуда вытащить или как-то все замять. Наоборот. Сделают все, чтобы я осталась там как можно дольше. Еще и прессу подключат. Они же спят и видят, чтобы отец от меня отказался! И чтоб завещание все на них написал!

Это…

Катастрофа!

Сжимаю кулаки.

С наивной детской вере, что, если их держать, то пронесет. Рефлекторно.

— Вызывай, — дает отмашку главный, и внутри все холодеет.

Второй кивает и выходит, прижимая телефон к уху.

— Пожалуйста, не надо.

Начинаются крики. Суета.

Все те, кого сгребли вместе со мной, резко поднимаются с пола, где раньше тихонько сидели, не шевелясь.

— Арсеньев разберется.

— Мы просто переедем в другое место…

— Молчать!

Рявкает этот главный и все затихает.

— Я Арсеньева предупреждал. Теперь с ним разбирайтесь!

А дальше… Дальше начинается просто полный ужас.

Звуки сирен, внутри хаос и беготня.

Двери слетают с петель. Явно ударом ноги.

Даже, кажется, выстрелы слышны. Но я не уверена. Может, это мое разыгравшееся от страха воображение.

— По очереди. На выход, — командует полицейский.

Даже не понимаю, сколько их здесь.

— И не дергаться!

Закрываю голову руками. На чем свет стоит кляну себя за эту дурацкую идею лишиться невинности. Потому что иначе я бы здесь сейчас не была!

— На выход.

Рявкает полицейский раз за разом.

Указывает пальцем на кого-то и тот послушно выходит.

Люди, которые все это устроили, так и стоят у стен по всему кабинету. Главный расхаживает между «преступниками». Да, может они и виноваты! Но только не я!

— Пожалуйста!

Понятия не имею, как набираюсь смелости.

Хватаю его за футболку, когда он проходит рядом со мной.

— Пожалуйста! Я не с ними! Я понятия не имею, что здесь вообще происходит! Я в этом клубе в первый раз вообще! Мне нельзя в полицию!

— Ага. Все вы здесь. В первый раз. Вообще. Случайно мимо проходили.

— Нет! Я правда! Мне восемнадцать сегодня! Я отметить хотела… С подругой, и…

— Ну вот и ответишь по полной программе, раз уже восемнадцать есть! Пора учиться взрослой жизни. И отвечать за то, что делаешь.

— Нет! Пожалуйста! Я правда случайно здесь!

— Правда?

Он хмыкает.

Резко опускается передо мной на корточки.

Скользит черным тяжелым взглядом по лицу. Будто как рентгеном может понять, что у меня внутри. Правду я говорю, или вру сейчас.

— Правда, — киваю, а на глазах слезы выступают.

— Ты. На выход, — полицейский касается моего плеча.

А я неотрывно смотрю в глаза этому главному. Вкладываю в свой взгляд столько мольбы, сколько могу. Умоляюще складываю руки перед собой.

— Эта не в теме. Со мной пока пойдет, — его губы кривятся в какой-то странной, хищной улыбке.

— Давай. Поднимайся, — сжимает пальцы на моем плече. — Или передумала, м?

— Я тоже случайно!

— В первый раз здесь вообще!

Начинается визг. Крики. Просьбы.

— Молчать!

Рявкает так, что стены дрожать начинают.

— Ты — за мной. Остальных пакуйте.

Следую на ним, пригнув голову. Внутри всю трясет. А вдруг передумает, мамочки?

Он проходит в распахнутые створки шкафа за столом. Там оказывается еще одна комната.

Переступаю порог, и…

Тут же оказываюсь прижатой мощным телом к стене.

— И чем ты со мной расплатишься за такое удовольствие? Не провести ночь в обезьяннике, м?

— Расплачиваться? Эммммм….

У меня подкашиваются ноги.

От стресса, который сейчас накрывает выше головы. Начинается откат. Чувствую себя так, как будто все кости из тела вынули.

Но…

Не только поэтому!

А еще потому, что….

Боже! Это же ОН! Герман!

То ли нервы играют со мной дурацкую шутку. К ним еще и прибавляется полумрак.

То ли…

Это действительно он!

Лучший друг моего старшего брата!

В которого я отчаянно была влюблена, сколько себя помню!

Он на меня и не смотрел никогда. Тыкал, не глядя, мне в руки куклу, когда в гости приходил. Или бусики какие-то. И отправлялся с братом какими-то их делами заниматься.

А я…

Я прокрадывалась. Иногда просто у брата под дверью так и стояла, пока он там оставался.

Не подслушивала. Просто слушала его голос. От него с ума сойти можно.

Низкий. Прямо в живот сразу ударяет. Ну точно, как басы в громкой музыке.

Чуть хрипловатый. Мало того, что внутри живота отдается. Еще и мурашки сразу по коже ползут. Даже не разбирала, о чем они там разговаривают. В суть не пыталась ни разу даже вникнуть.