Чтение онлайн

Мама принимает его протянутую руку. Он на мгновение нежно сжимает ее, наклоняя голову, затем отпускает и выпрямляется. Она смотрит на него сквозь очки, прищурившись и прямо спрашивает: — Что это за имя для ирландца?

Он не обижается, только посмеивается.

— Моя мать изучала искусство. Уинслоу Гомер был ее любимым художником.

Мама хихикает.

— Хорошо, что это был не Эдвард Мунк.

— Если я назову вам имя, под которым меня знают все остальные, вы будете смеяться еще громче.

— О чем ты? — спрашивает она.

— Паук.

Она не смеется. Вместо этого она смотрит на меня.

— Ты не говорила мне, что он комик.

— Он здесь не задержится, — говорю я сквозь стиснутые зубы. — И уже уходит.

— Не раньше, чем он нальет мне вина! — Самодовольная улыбка Куинна появляется снова. — И поставит цветы в воду.

Я мысленно посылаю ему телеграмму с угрозой убийства, которую он игнорирует. Вместо этого поворачиваясь к шкафу позади себя, выбирает вазу из коллекции хрусталя. Пока мы с мамой наблюдаем за ним, ставит вазу с цветами в раковину, срывает с букета пластиковую обертку и оберточную бумагу, наполняет вазу из-под крана, затем спокойно говорит: — У тебя вода закипела.

Я бросаю взгляд на плиту. Вода в кастрюле кипит, вот-вот перельется через края. Чертыхаясь, я оставляю бутылку вина и подскакиваю к плите, уменьшаю огонь, поворачиваюсь к Куинну и спрашиваю: — Как ты сюда попал?

— Через парадную дверь.

Самоуверенный ублюдок.

— Я имею в виду, кто тебя впустил?

— Экономка. Милая девушка. Беттина, я полагаю? Слаще и быть не могло.

Держу пари, она не смогла бы. Один взгляд на мистера Супермоделя-Убийцу, и она, скорее всего, упала бы в обморок.

— Почему она не сообщила о тебе?

— Я сказал ей, что хочу, чтобы это был сюрприз. — Он бросает на меня испепеляющий взгляд. — Сюрприз.

Я чувствую этот взгляд до самых кончиков пальцев ног. Взволнованная, с горящими щеками, огрызаюсь: — Ненавижу сюрпризы.

Мама бормочет: — Кое-кого здесь ждет сюрприз в виде затрещины, если я в ближайшее время не получу свое вино.

Куинн ставит цветы в вазу с водой, некоторое время возится с ними, пока не убедится, что они стоят идеально, затем подходит к стойке и берет бутылку "пино нуар". Он изучает этикетку.

— Хм.

Мама говорит: — Извините, у нас нет пива, чтобы предложить тебе.

Его улыбка слегка смущена.

— Я не пью пиво.

— Тогда почему ты так смотришь на вино?

Он поднимает на нее взгляд. После паузы говорит: — Я не хочу оскорблять вас, говоря правду.

— Раньше тебя это никогда не останавливало, — говорю я, злясь, что не могу выгнать его со своей кухни.

Он улыбается мне, его карие глаза горят.

— Штопор?

Ему удалось произнести это непристойно, свинья. Я указываю на ящик рядом с посудомоечной машиной, затем говорю: — Лилиана сегодня вечером в кино со своими подружками, так что, к сожалению, ты не сможешь ее увидеть. А мой брат сейчас в городе по делам. Если ты позвонишь завтра утром, мы сможем договориться о времени на более поздний срок на неделе.

— В кино? — Куинн повторяет.

— Да, — лгу я, кивая. — Думаю, ты слышал об художественных фильмах? Возможно, в Ирландии их нет. Полагаю, там слишком много других важных дел, таких как стрижка овец, танцы у реки и чемпионаты по метанию дротиков в местном пабе. Но она ходит туда каждый четверг. И вернется поздно. Так что тебе лучше уйти. Сейчас.

Некоторое время он молча смотрит на меня, потом говорит: — Морской дым.

Я моргаю.

— Что, прости?

Он переводит взгляд на мою маму.

— Если вам нравится “пино нуар”, то стоит попробовать ”Морской дым". — Он поднимает бутылку, которую держит в руке. — Это лучше, чем это дешевое чертово дерьмо.

Моя мама говорит: — Это пьет мой парень с YouTube. Но для меня это слишком дорого.

— Я куплю вам бутылочку.

Она просияла и захлопала в ладоши.

— Ах, grazie mille (с итал. большое спасибо). Я не могу дождаться!

У меня инсульт? Что, черт возьми, происходит?

— Мистер Куинн…

— Паук. — Он ухмыляется мне. — Я бы разрешил тебе называть меня моим настоящим именем, но ты еще не заслужила такой привилегии.

Я собираю весь бушующий в моем теле гнев и концентрирую его во взгляде, который направляю на его красивое, отвратительное лицо, как перегретый лазер. Он улыбается шире и открывает вино.

6

РЕЙ

Мама и я сидим с моим заклятым врагом за кухонным столом, молча наблюдая, как он поглощает свою пасту. Я никогда не видел, чтобы мужчина так ел. Он наклонился к своей тарелке и начал жадно поглощать тальятелле с мясным соусом, как будто шесть месяцев плыл по морю на плоту. Я в равной степени очарована и встревожена.

— Ммпф, — бормочет он с набитым ртом, закатывая глаза к небу и жадно пережевывая. — Боже всемогущий. Миссис Карузо, это, черт возьми, лучшая еда, которую я пробовал за всю свою жизнь.

— Похоже, это единственная еда, которую ты ел за всю свою жизнь. И поблагодари Рейну, она готовила.

Он перестает есть и удивленно смотрит на меня.

— Ты приготовила ужин?

Как будто он не сидел на этом чертовом месте и не наблюдал за мной все это время.

— Всё это, — добавляет мама, когда я просто сижу и бросаю на него кинжальные взгляды. — Паста, болоньезе, и фокачча. И заправка "Цезарь" для салата тоже домашняя. Рейна готовит всю еду для семьи. После смерти моего мужа я навсегда повесила свой фартук.

Куинн хмыкает. Каким-то образом это отражает его неверие в то, что я способна приготовить съедобное блюдо, а также признание смерти моего отца. Хотя я не должна удивляться, учитывая, что большая часть его словарного запаса, вероятно, состоит из таких невербальных выражений. Животные на скотном дворе не славятся своим остроумным рассуждением.

Я делаю еще глоток вина из своего бокала. Моя тарелка с едой остается нетронутой. В животе у меня неспокойно, подмышки влажные, и не могу дождаться, когда он закончит свой ужин, чтобы я могла разбить его тарелку молотком и выбросить ее в мусорное ведро, гарантируя, что ни один цивилизованный человек никогда больше не сможет из нее есть. Вилку, которой он пользуется, тоже придется выбросить. Во всем мире не хватит отбеливателя, чтобы очистить его от микробов.

Откусывая зубами кусочек хлеба фокачча, Куинн спрашивает: — Лили готовит?

Мама смотрит на меня, ожидая услышать, как я отреагирую на этот вопрос. Я соглашаюсь с нейтрально звучащим — Да.

— Также хорошо?

Я колеблюсь, не желая признавать, что Лили запретили входить на кухню за то, что она развела не один, а два огня, один в микроволновке, другой на плите.

— Она учится. Я уверена, со временем освоит это. Если ты помнишь, она всего лишь подросток.