Жестокие кости
Шрифт:
Мои плечи расправились, и я прищурил глаза.
— Я иду внутрь.
— Подожди. — Патриот поднял руки, зная, что я больше не хочу иметь дело с задержками. — Эй, я понимаю. Я знаю, ты хочешь ворваться туда и надрать всем задницу. Это то, что мы сделаем.
Да, черт возьми.
— Тогда почему ты стоишь у меня на пути?
— Потому что, если ты пойдешь туда и начнешь стрелять, ты умрешь. Может быть, и Твичи убьют тоже, — объяснил Рейт. — Нас троих недостаточно. Нам нужно вернуть это Гриму.
— Что, черт возьми, он собирается сделать? — Спросил я, практически прорычав эти слова. — Я не допущу, чтобы с моей женщиной что-нибудь случилось. Давина может пострадать прямо сейчас. Кто, черт возьми, знает, что они с ней делают.
— Вот почему мы возвращаемся к Гриму и хватаем нескольких наших братьев. Сразимся с этими придурками и разнесем это место к чертовой матери.
Итак, я топал к двери Перекрестка, а Патриот и Рейт следовали за мной. Я не стал их дожидаться, войдя внутрь и позвав Грима. Несколько голов повернулись в мою сторону. К черту протокол. Давина попала в беду.
— Я слишком стар для этого дерьма, — пожаловался Грим, глядя на меня сверху вниз. — Ты не нашел Твичи?
— Нет. Не совсем, — ответил я.
— Что, черт возьми, это значит?
— Они схватили ее, президент. Я думаю, она заметила Потрошителя на их территории и решила встретиться с ним лицом к лицу. Ас нашел ее мобильный разбитым за воротами, — объяснил Рейт.
— Она там, президент, — добавил Патриот. — Нам нужно действовать быстро.
— Блядь! — Крикнул я, разбивая деревянный стул, расхаживая по общей комнате и перешагивая через обломки. — Тебе чертовски повезло, что я не бросился туда, Грим. Я, конечно, хотел этого. Рейт и Патриот удерживали меня, но нам нужно двигаться сейчас.
Грим зарычал, бросаясь вперед, когда оказался у моего лица, всего в нескольких дюймах от прикосновения.
— Это мой гребаный клуб. Ты меня слышишь? Не приходи сюда и не веди себя так, будто ты можешь управлять этим дерьмом. Я без колебаний надеру тебе задницу, понял меня?
Я не вздрогнул и не пошевелил ни единым мускулом. Моя челюсть изогнулась, и я усмехнулся.
— Да, я понял тебя, Грим. Так что помоги мне вернуть Твичи, или я займусь этим сам.
Грим хрустнул шеей, и я мог бы сказать, что он вот-вот потеряет самообладание.
— Эй, Ас, — вмешался Жаба, взглянув на Грима, прежде чем продолжить. — Есть протокол. Мы поможем. Ты думаешь, я не пойду и не буду готов причинить Потрошителю огромную боль? Я ждал этого два года. Мы вернем мою сестру. Остынь, черт возьми.
Я чуть не ударил его кулаком в лицо, пока не понял, что моя ярость загоняет меня в темное место. Я сделал несколько вдохов, успокаиваясь достаточно, чтобы понять причину. Я уеду меньше, чем через минуту и вытащу и верну Давину обратно. С королевскими бастардами или без них.
— Я больше не могу ждать, Жаба.
— Я знаю. Я тоже. — Он направился в мою сторону, остановившись, чтобы оглянуться на Грима.
Он кивнул, дернув подбородком в мою сторону.
— Давайте выдвигаться.
15
В комплексе Скорпионов сегодня вечером было тихо. Никаких диких вечеринок или криков, доносящихся изнутри. Никаких фургонов, набитых девушками, ставшими жертвами торговли людьми. Я не видела ни одного фургона русского босса или какого-либо намека на то, что они были здесь.
Ну, черт.
Была ли я неправа? Может Потрошитель в другом месте?
Скорпионы были похожи на Королевских бастардов со множеством отделений и несколькими клубами. У отделения в Тонопе было три отдельных помещения, которые они использовали для различных целей. Я могла ошибаться, полагая, что он предпочел именно это место.
Низко пригибаясь к земле, я обошла периметр. Несколько Перспектив прогуливались вдоль забора, и я молчала, не желая привлекать ненужного внимания.
Камеры включались через определенные промежутки времени, готовые заснять любого, кто подкрадывается к их местоположению. За три года, прошедшие после нападения на Жабу, я провела множество наблюдений. Потрошитель был хитрым сукиным сыном. Казалось, он знал, что я наблюдаю за ним и жду возможности нанести удар.
Я больше не потеряю времени даром. Теперь, когда Ронин заполучил Ларами, мне нужно было знать, что мудак, который его чуть не убил, не сможет вернуться и попытаться закончить работу.
Позади меня хрустнула ветка, упавшая на землю, и я обернулась, затаив дыхание.
— Привет, Твичи.
Блядь.
Он поднял руку и ударил меня прикладом своего пистолета по голове. Свет погас. Дура, подумала я. Мне не следовало приходить одной.
Некоторое время спустя жужжащий звук в моих ушах медленно вернул меня к настоящему. Застонав, я открыла глаза, несколько раз моргнув. Осознание приходило медленно, но, когда это произошло, ужас моих обстоятельств начал доходить до меня.
Мое тело было привязано к деревянному кресту. Крепко привязанная к раме, я не могла пошевелиться. Мои руки и ноги были широко расставлены, передо мной стоял Потрошитель с девятихвостым хлыстом. Посмотрев вниз, я заметила, что на мне не было никакой одежды, прикрывающей мое тело. Меня раздели догола. Страх змеей пробрался вдоль моего позвоночника, моя челюсть сжалась. Я изо всех сил сопротивлялась ограничителям, пытаясь ослабить кожаные ремни. Ничего не произошло.
Потрошитель взмахнул запястьем, и по моей коже пробежал огонь. Леденящий кровь крик сорвался с моих губ.
— Тебе следовало бы быть умнее, маленькая шлюшка. Теперь ты будешь страдать.
Он не колебался и не выдвигал требований. Потрошителя не интересовало ничего, кроме моих мучений. Часы за часами одно и то же. Я понятия не имела, как долго он держал меня здесь, привязанную, голую, без еды и воды. Мой разум взбунтовался, когда боль стала слишком сильной, и я перестала желать, чтобы кто-нибудь нашел меня. Даже Ас.
Почему я была такой гребаной дурой?
День перешел в ночь, и я знала, что это последние часы, которые я проживу, прежде чем он прикончит меня. Когда снаружи до моих ушей донесся шум, я не хотела в это верить. Спасение? Непостижимо. Что, если мне это почудилось?
Потрошитель выругался, услышав тот же хаос.
— Они здесь! — Объявила я, неуверенная, правда ли это, смеясь, когда Потрошитель поднял нож и полоснул меня по щеке.
— Я разберу тебя по частям. Они не найдут ни одной гребаной твоей части, которая останется нетронутой.
— Я сомневаюсь, что у тебя получится. Ты покойник.
— Идите! — Взревел Потрошитель, кипя от ярости. — Убейте их всех к чертовой матери! — Безумный смех сорвался с его губ.
Двери клуба с грохотом распахнулись, и многочисленные члены Скорпионов выбежали в ночь. Почти сразу же раздалась стрельба.