Чтение онлайн

— Клевета на нас им понадобится для того, чтобы задержать нас. Отнять письма. Гольдман их никому не покажет. Постарается скрыть, уничтожить. Затем перед нами извинятся. Вы чему улыбаетесь, Стэн? Создается впечатление, будто вас не беспокоит завтрашний день?

— Ну не так чтобы не беспокоил, а не скрою — я доволен. Вы только вникните, друзья мои, откинув все опасения хотя бы на время, что сюжет нашей пьесы напрягается до крайней степени! В движение приходят все новые силы и подталкивают действие. У меня сейчас такое же состояние, как и в тот незабываемый вечер, когда я впервые, сидя на галерке, ждал финала в шекспировском «Гамлете».

— О боже! — посмотрев на него, вздохнула Джейн.

Мистер Гордон постарался исправить впечатление от своих слов:

— Я, как и вы, Джейн, надеюсь, что конец все же будет хорошим. Не все драмы кончаются трагически. Вы сами можете вспомнить много примеров, когда порок наказывается…

Томас Кейри добавил:

— …и добродетель торжествует. Не так ли?

— Да, Том, — печально сказала Джейн. — Хотелось бы, чтобы и в нашей пьесе был бы такой банальный конец. Тем более что ставкой является наша жизнь, наши надежды, наше будущее.

— Прости, Джейн. Ты права, этим шутить нельзя. Но я так же, как и Стэн, надеюсь, даже уверен…

Заскрипел песок. Подошли русский старшина и матрос.

Томас Кейри спросил:

— Вам удалось наладить связь?

— Нет, с базой не удалось поговорить. Слабовата ваша станция. Или уже сели батареи.

— Я внимательно прочитал инструкцию. Этого следовало ожидать. Но вам беспокоиться не следует: за вами наверняка придет ваше судно. Думать надо нам…

Уловив тревожные нотки в голосе мужа, Джейн спросила:

— Что теперь с нами будет? Неужели попадем в лапы Гольдмана?

Авижус сказал:

— Не беспокойтесь, все будет хорошо.

— Но вы слышали, что они хотят учинить на острове? Хотя и у нас есть оружие, мы будем защищаться! Том, Стэн, вы не потеряли пистолеты?

Мистер Гордон похлопал себя по оттопыренному карману:

— Ну как вы могли такое подумать, Джейн! Потерять оружие до конца боя — значит или сдаться, или погибнуть!

— Отлично, Стэн! Вы отвечаете, как персонаж шекспировских трагедий. Мы дорого продадим свою жизнь! Жаль, что я не позаимствовала у Малютки Банни его револьвера.

— Браво, Джейн! — Мистер Гордон довольно потер руки.

Старшина Асхатов по-русски обратился к Томасу Кейри:

— Передайте вашей жене и мистеру Гордону, что мы решили уходить с острова, не дожидаясь, когда сюда придет за нами корабль. Встретим его в море. И вы можете уйти с нами. Только нам потребуются ваши канистры с бензином.

Когда Томас Кейри торопливо перевел, Джейн сказала:

— Я чувствовала, что так и случится. Не могло быть, чтобы от нас отвернулись наши боги-покровители. Они так хорошо нам помогали все эти тревожные недели. Когда же мы можем уехать?

— Хоть сейчас, — ответил старшина. — Заправим наш бак, и можно отдать чалку. Разбудим Гарри, Алешу, пусть собираются.

— Ну для чего же так спешить? — Джейн засмеялась. — Раз все решено, то можно подождать до рассвета. Хочется еще побыть на этом дивном берегу. Давайте пройдем вон до тех мрачных скал и дождемся, пока луна скроется за вершиной горы. Чувствуете, как повеяло теплом из долины? Какая игра лунного света, какие причудливые тени на воде!

Мистер Гордон сказал с восхищением:

— Какая вы сами очаровательная непоследовательность, Джейн! Вы необыкновенно талантливо ведете свою роль.

— Вы находите, Стэн? — Она взяла его под руку и потащила вдоль кромки воды по блестящему, укатанному волнами песку. — Но я совсем и не считаю, что играю какую-то роль. Хотя должна вам сообщить, что в юные годы я имела некоторый успех на любительской сцене. О моем исполнении роли Офелии даже писали в студенческой газете.

— В этом нет ничего удивительного, у вас несомненный артистический талант.

— Ах, Стэн! Вы у любого находите какой-нибудь талант, и особенно артистический, чтобы подтвердить вашу странную теорию о жизненных драмах, комедиях и водевилях.

— Ну конечно, Джейн! И вы убедились в ее правоте на собственном опыте.

— Нет, Стэн, не льстите, я бездарная актриса. Вот вы другое дело. По всей вероятности, вы когда-то играли в театре?

— Признаюсь, что в юности я тоже мечтал о сцене и предпринимал попытки к осуществлению своей призрачной мечты.

— И конечно, успешно? Из всех нас именно вы производите впечатление прекрасного актера!

— И я так думал когда-то, и даже был убежден, что рожден для театра. Кое в чем мне удавалось завоевать зрительские симпатии.

— Я уверена, что вы играли Отелло!

— Да, Джейн. Было и это.

— Вы рождены для этой роли!

— Может быть, но тогда я действительно любил одну Дездемону. И конечно, был не в силах ее задушить, несмотря на все наговоры одного коварного Яго, мне было даже страшно подумать об этом. Потому я с треском провалился…

Шагов десять они прошли молча, затем Джейн сказала с некоторой досадой:

— Любительская сцена одно, а вот то, что сейчас творится с нами, — это очень скверный спектакль. И я не хочу, как вы говорите, вживаться в теперешнюю свою роль. В данном случае я вовсе не актриса, я просто боюсь за Тома, за себя, за вас, Стэн. И мне часто кажется, что мы совершенно беспомощны, что за нами охотятся, как за бизонами в прерии, где негде укрыться. Надо только удивляться, почему мы все еще живы!

Мистер Гордон засмеялся:

— Потому что мы не бизоны, милая Джейн! Мы с вами пока успешно боролись не только за свою жизнь, но и за жизнь многих других людей. Том, узнав об опасности, угрожающей вам и всем, кто находился на судне, очертя голову кинулся в бой. Он едва не погиб в первый же день, еще по пути на «Глорию», то есть к вам, Джейн. Затем мы вместе упорно разыскивали преступников и на берегу и на судне. Как известно, небезрезультатно. Нет, Джейн, мы далеко не бизоны. Нам рано подводить итоги нашей борьбы; судя по всему, она еще продолжится, все же мы должны победить, Джейн! Добра в мире больше, чем зла. Только поэтому происходят благоприятные перемены на земном шаре. Появление на сцене трех русских моряков подтверждает мои слова. Они появились в кульминационный момент, когда, казалось, у нас уже нет выхода. Нам оставалось одно — передать документы нашему другу Юдзи, но тогда мы причинили бы ему и его семье неисчислимые страдания. Его могли пытать, посадить в тюрьму. Убить, наконец. Теперь все улаживается. Слышите, они уже готовят катер к отходу.

— Заливают горючее из наших канистр, что были на плоту. Чувствуете, пахнет бензином?

— Действительно, бензин перебивает даже запахи моря. Какие это решительные, бесстрашные ребята! После всего, что они перенесли, им бы загорать на этом благоуханном клочке суши в ожидании помощи. А они сами хотят помочь другим. По первому зову сердца идут на новые опасности. Кто бы мог предугадать их появление в финале третьего акта? Тем и хороши сюжеты, разработанные жизнью, что в них никогда нельзя предвидеть сцен под занавес…