Жестокий век
Шрифт:
– Сейчас, ее, наверное, уже кремировали, – монотонно произнес Кент.
– Боюсь, что да. До тех пор, пока мы не научимся обращаться с Чумой, нам придется соблюдать все возможные меры предосторожности. После случая с тем бедолагой, который работал у нас в морге…
Он оборвал себя, ужаснувшись той чепухе, которую нес, но Рон, похоже, его не слышал. Он взял ручку и стал вертеть ее в своих коротких пальцах.
– Спасибо, что пришел, Клифф. Я оценил это, тем более что знаю, как ты загружен работой и… о, проклятье. – Ручка сломалась, и он с остервенением швырнул ее в корзину для мусора.
– Господи, лучше бы я продолжал практиковать! Лучше бы я делал что-то, а не сидел здесь, сходя с ума!
– Ты на своем месте, – горько сказал Клиффорд. – Как ты думаешь, что мы реально делаем! Ничего! Чума поступает по своему усмотрению! Да, нам удалось спасти нескольких больных, находившихся в пограничном состоянии, но мы до сих пор не можем с уверенность сказать, кто будет жить, а кто умрет.
Ей-богу, я не уверен, что мы спасли хоть одного пациента, который не мог бы поправиться сам. И, в конечном счете, эту проблему могут решить только твои люди. Мы используем лекарства, но даешь их нам ты. – Он ощутил потребность сменить тему, так как этот разговор слишком огорчал их обоих. – Что за человек только что вышел от тебя?
– Его зовут Боргам. – Рон потер глаза кончиками пальцев, потряс головой, словно хотел прояснить ее, и взял сигарету из коробки. Яростно откусив ее кончик, он продолжил:
– Он из местечка Балмфорт Латимер. Помнишь, один из первых зараженных Чумой работал садовником? Боргам нанял его за пару недель до того, как он заболел.
– Он сообщил тебе что-либо ценное?
– Конечно же, нет, – пренебрежительно скривился Рон. – Я и не ожидал услышать от него что-нибудь путное, хотя он и пытался чем-то оправдать свое желание посмотреть лабораторию. Впрочем, спасибо на том, что это отвлекло меня.
Конец ознакомительного фрагмента.