Жестоко и прекрасно
Шрифт:
Я вращаю языком, покачиваясь вверх и вниз по нему. Его хватка почти болезненно сжимает мои волосы, и вскоре я ощущаю последствия его оргазма, пронзающего мое горло. Я вижу, как напрягаются мышцы его челюсти, когда он приглушает собственные стоны удовольствия. Я проглатываю все, прежде чем он наконец вырывается. Он аккуратно заправляет штаны, прежде чем поднять меня на ноги. Он поворачивает меня и стряхивает с меня пыль.
Сначала я слишком боюсь встретиться с ним лицом к лицу. Мои губы все еще покалывают от всего, что мы только что сделали. Затем я слышу, как открываются двери патио, и оборачиваюсь. Я слишком опоздала, чтобы что-то сказать; его темно-русая голова уже проглочена толпой. Я стою и думаю, что, черт возьми, только что произошло. Меня буквально трясет, когда я достаю свой телефон. Я ошибаюсь несколько раз, прежде чем мне удается отправить сообщение Дженне. Я никак не могу остаться. Я чувствую влагу на ногах. Освещение в бальном зале может быть тусклым, но я думаю, что мое белое платье не такое идеальное, каким оно было, когда я вошла. Я собираюсь поймать такси до дома и написать об этом Дженне. Я не осмеливаюсь сделать шаг, пока не получу ответный звонок, сигнализирующий, что мне пришло сообщение.
Дженна: Подожди меня.
Я: Нет. Оставайся. Я еду прямо домой. У тебя есть ключ.
Я дала ей один на случай, если она захочет остаться со своим парнем и вернуться позднее.
Дженна: Ты уверена?
Я: Абсолютно. Я поймаю такси.
Дженна: Напиши, когда будешь там.
Я: Напишу.
Вечеринка в самом разгаре. Я не единственный человек, который шалит и не заботится о подглядывающих. Я пробираюсь сквозь гедонистическую толпу. Мэнди была права насчет этой вечеринки. И то, что я сделала, это не я. Я не занимаюсь сексом в общественных местах. В довершение всего, он ушел, даже не попрощавшись и даже не поблагодарив за трах. Мы были одни. Он мог бы нарушить правило «молчать», если бы захотел.
Тем не менее он никогда раньше не был таким со мной. Как много я действительно знала о нем раньше? Возможно, есть причина для нового имени. Никогда бы не подумала, что он придет на такую вечеринку. Опять же, кто я такая, чтобы судить? Я здесь.
Я толкаю двери, по обеим сторонам которых стоят двое крупных мужчин в костюмах. Я нажимаю кнопку лифта и молюсь, чтобы остаться в одиночестве. Удача на моей стороне, и я добираюсь до вестибюля без единой души. Я практически бегу на улицу с поднятой рукой в поисках такси, когда меня окликает холодный голос.
— Кейт.
Я оборачиваюсь, и Тед стоит перед открытой дверью лимузина.
— Тебя подвезти?
Я почти говорю «нет», но ловлю себя на том, что киваю.
— Пойдем, — говорит он, махая мне рукой.
Глава 12
Прошлое
В четверг становится все яснее, что мне, возможно, придется перенести поездку к Дрю на субботу. Я знаю, что если я поеду в пятницу, то ничего не сделаю, а в понедельник мне нужно сдать две работы. Меня это убивает, но я заставляю себя позвонить.
Веселый голос Дрю отвечает:
— Ты именно тот человек, которого я надеялся услышать.
Мое настроение еще больше падает от его слов. Его улыбающееся лицо всплывает в моей голове, и это изображение делает мою тягу к его рукам на моем теле еще сильнее.
— Я ненавижу быть вестником плохих новостей, но…
— Это проклятое, но, — усмехается он. — Как дела?
— Учеба. Я тону под количеством бумаг. Я знаю, что если я приду завтра, то не сделаю того, что нужно, а в понедельник у меня две длинные статьи. Мне придется отложить визит до субботы.
— Эй, Кейт, не беспокойся об этом. Ты должна делать то, что важно, а учеба важна. Понимаешь?
— Да, но я тоже хочу тебя видеть.
— И ты увидишь. Всего на день позже запланированного. И не волнуйтесь, я это компенсирую, — говорит он. Я почти вижу, как он улыбается.
— Ах, да? Расскажешь мне.
— Хм. Я так не думаю. Я когда-нибудь говорил тебе, как сильно я обожаю твою шею? Это должно держать тебя в тонусе.
От его глубокого смешка у меня по спине бегут мурашки.
— Ты играешь нечестно.
Он снова смеется.
— Я знаю, но когда я говорил, что играю честно?
Я роюсь в мыслях в поисках чего-нибудь, за что можно зацепиться, но ничего не получаю.
— Я когда-нибудь говорила тебе, что против?
— Ты сказала это сейчас.
Мой рот изгибается в уголках.
— Но Кейт, я играю в хоккей, помнишь? Я знаю, как драться очень грязно.
Боже мой. То, как он говорит: «Очень грязно», заставляет меня желать его. Как раз в эту секунду. Как я дождусь субботы?
— Эм, Кейт, ты еще здесь?
Я сглатываю огромный горячий комок желания, который комком застрял у меня в горле, и хриплю:
— Ах, да. Я здесь.
— Хорошо. Потому что мне нравится оборот, который принял этот разговор. Я думаю, что хотел бы посадить тебя в свою скамейку для штрафников и, возможно, наказать.
— Н-наказать меня? Как?
— Ммм, я должен позволить тебе подумать об этом некоторое время.
Ебена мать. О чем он сейчас говорит?
— Итак, Кейт?
Его глубокий сексуальный голос взбудоражил меня.
— Да, Дрю.
— Как думаешь, во сколько ты сможешь быть здесь в субботу?
— Грех. Я имею в виду шесть.
Непристойный смешок достигает моего уха.
— Хм. Это время, когда начинается моя игра.
— Я говорю про шесть утра.
Он хохочет.
— Ты нетерпелива?
— Я бы, наверное, назвала это как-то иначе, Дрю.
— О, и что бы это было?
— Я должна дать тебе подумать об этом некоторое время.
Его смех звучит в трубке.
— О, и Дрю, просто чтобы ты знал, Луиза тоже очень рада тебя видеть. — С придыханием добавляю: — Будь готов ко встрече со мной в шесть в субботу.
Отодвигая телефон от уха, я слышу, как он все еще смеется.
Пятница — это не что иное, как постоянная работа. Но хорошая часть всего этого в том, что я выполняю то, что намеревалась сделать, чтобы я могла пойти к Дрю с чистой совестью. Я собираю сумку на ночь, так что утром мне остается только быстро принять душ и уйти. Я ставлю будильник на четыре сорок пять, и через пятнадцать минут уже на трассе. Через час я подъезжаю к стоянке Дрю. Словно по сигналу, он стоит в дверях своей квартиры и ждет.
В выцветших джинсах с расстегнутой верхней пуговицей и только с растрепанными волосами, он выглядит достаточно хорошо, чтобы съесть.
— Ты даже не дал мне возможности постучать, — говорю я.
— Я думал, ты придешь вовремя. Ты сказала шесть, и сейчас шесть. — Его рот изгибается в сексуальной улыбке, поэтому я встаю на цыпочки и целую его. Он ладонями прижимает мою задницу и поднимает меня, чтобы мы были одного роста, и целует меня в ответ. — Это все?
Он имеет в виду небольшую сумку, которую я держу.