Жестокое пари
Шрифт:
– Ты шесть лет издевался надо мной. Почему сейчас я должна тебе верить?
– Знаешь что, Грейнджер, – зло бросил Малфой, чаша терпения которого, наконец, была переполнена. – Катись к черту! Так говорят у вас в магловском мире?
Он развернулся и зашагал к замку. Ошарашенная Гермиона долго смотрела ему вслед.
*
Джинни сидела у Гарри на коленях и, смеясь, кормила его мороженым. Час назад им удалось незамеченными пробраться в Хогсмид, благодаря мантии-невидимке, и теперь оба прекрасно проводили время. Гарри попытался увернуться, и сладкая масса испачкала его щеку. Тогда Джинни озорным движением слизнула мороженое, вызвав шок у Парвати Патил, которая в эти выходные осталась без пары, и пришла в Хогсмид с сестрой.
– Ты видела? – спросила она у Падмы. – Эта Уизли ведет себя как… как…
– Парвати, перестань, – поморщилась когтевранка, бросая недвусмысленные взгляды в сторону шестикурсника из Гриффиндора, который покраснел и уткнулся в свою чашку с горячим шоколадом. – Ты же с Верноном вела себя точно также.
– Мы с Верноном расстались, – напомнила сестре Парвати. «Нужно обязательно рассказать обо всем Лаванде», – подумала она.
Гарри зарделся, замечая как на них с Джинни косятся местные сплетницы. Девушка заметила его смущенный румянец и расхохоталась:
– Не обращай внимания, им просто больше нечего обсуждать.
Неожиданно дверь с шумом распахнулось, и в кафе появился Рон в насквозь промокшей мантии.
– Что случилось? – ахнула Джинни. – На тебе лица нет.
*
– Открой, пожалуйста, – Лаванда Браун настырно барабанила в дверь спальни старосты Гриффиндора.
– Я занята!
Десять минут назад Гермиона вернулась в замок и дала, наконец, волю слезам. Но долго плакать ей не дали. Сначала у дверей возник Гарри. Потом Джинни пыталась поговорить с ней. Гермиона накрыла голову подушкой и продолжала рыдать. Рон так и не появился. Теперь ее осаждала Лаванда.
– Драко Малфой ждет тебя у входа в гостиную, и говорит, что не уйдет, пока ты не поговоришь с ним.
– Тогда пусть торчит там вечно! – крикнула гриффиндорка, снова уткнувшись в подушку.
– Не думаю, что это получится, – усмехнулась Лаванда. – Полная Дама пришла от него в восторг, и готова пропустить без пароля.
Девушка вздохнула и потянулась за волшебной палочкой. Спрятав следы от слез при помощи заклинания, Гермиона поправила сбившуюся блузу и вышла из спальни. Лаванда с интересом разглядывала гриффиндорку. В ее глазах светилось плохо скрываемое любопытство. Некоторое время девушка пыталась пересилить себя, но потом не удержалась:
– Ты уже не встречаешься с Роном? – затрещала она, но Гермиона прошла мимо, не удостоив Лаванду взглядом.
Малфой стоял у портрета, прислонившись плечом к стене.
– Так значит в вашем фамильном замке мало портретов красивых женщин? – хихикала Полная Дама, жеманно закатив глаза.
– Да, – с показной грустью кивнул ей Драко.
– Что тебе надо? – грубо прервала их беседу староста Гриффиндора, скрестив руки на груди.
– Как невежливо, милочка, – начала, было, Полная Дама, но девушка посмотрела на нее таким взглядом, что женщина обиженно вздернула нос и удалилась с портрета.
– Ты забыла ее в кафе, Грейнджер, – Драко протянул девушке мантию.
– А почему же ты не вернешь мне ее за завтраком, когда вокруг будет множество свидетелей, и ты сможешь в очередной раз выставить меня полной идиоткой?
– Гермиона, я полагал, что не раз объяснял тебе причину своего поведения…
– Не зови меня Гермиона!
– Я думал, что тебя злит, когда я называю тебя по фамилии…
– Когда ты зовешь меня по имени, я злюсь еще больше! Гермионой меня называют друзья. А ты не из их числа. Зачем ты вообще пришел?
– Я хотел поговорить, – миролюбиво начал Драко, но Гермиона его снова прервала.
– Нам не о чем разговаривать.
– Мне жаль, что так вышло.
– Это все? Если да, то я, пожалуй, вернусь к себе.
Гермиона шагнула к двери и застонала от бессилия – Полная Дама, видимо, не на шутку обиделась и так и не вернулась в свой портрет.
– Если хочешь, я поговорю с Уизли.
– Сегодня я вела себя ничем не лучше Рона, как же ты не поймешь? – перебила его Гермиона.
– Я поговорю с ним, – повторил Малфой.
– Я не буду ни перед кем оправдываться. Тем более перед Роном, который… который… – она силилась подобрать слова, но так и не смогла найти нужные.
Гермиона чувствовала, что слезы снова наворачиваются на глаза. Малфой развернулся и решительным шагом направился вглубь коридора.
– Что ты собираешься делать? – крикнула она ему вслед.
– Мы просто поговорим по-мужски.
– Не трогай Рона! – Гермиона кинулась за ним и попыталась удержать. – Не все в этом мире решается кулаками.
– Хорошо, тогда я просто наведу на него порчу, договорились? – Малфой мягко отстранил ее в сторону, но она снова встала на его пути.
– Это ничего не решит.
– Малфой, отпусти ее, – раздался голос Гарри с другого конца коридора.
– Поттер, все как раз наоборот, – поморщился Драко.
– Да неужели?
Джинни, идущая следом, вопросительно приподняла бровь. Гермиона отдернула ладони, словно обжегшись, и покраснела. Драко самодовольно улыбнулся:
– Я же говорил.
– Гарри, как хорошо, что ты здесь, – затараторила Гермиона, стараясь отвлечь внимание друзей от неловкой ситуации. – В Хогсмиде мы с Драко стали свидетелями пророчества профессора Трелони! – выпалила она.
– А что ты делала с ним в Хогсмиде? И с каких это пор он «Драко»? – глаза Гарри округлились от удивления.
– Нечего таращиться, Поттер, – съязвил Малфой. – А то глаза больше очков станут. «Драко» я с рождения.
– Я не тебя спрашивал.
– А ты спроси, – продолжал подначивать Малфой.
Гарри занес кулак, но его удержала Джинни. Драко в долгу не остался, кидаясь к противнику.
– Прекратите! – отчаянно воскликнула Гермиона, вцепившись в плечи Драко и пытаясь оттащить. – Вы ведете себя как дети!
– Гарри, не надо, – вторила ей младшая Уизли.
– Прекратите! – повторила Гермиона. – Есть вещи важнее драки. В пророчестве говорилось о Темном Лорде!
Упоминание убийцы родителей подействовало на Гарри словно оглушающее заклинание. Он замер и удивленно уставился на Гермиону.