Чтение онлайн

Бурное пиршество позволило людям приблизиться незаметно на приемлемую дистанцию атаки. Уже заранее пожалев и подстраховав своего коня, Эрик спешился за двадцать метров от крайнего шакала, шлепнул мечами по крупу:

— Мчись к повозкам, может, и не свалишься!

После такой команды сообразительное животное с места рвануло к маленькому каравану вскачь, а наездник побежал в противоположную сторону, делая крюк и нападая на группу хищников со стороны ближайшего холмика. Тут уже тварь очнулась, оторвалась от еды и ударила по атакующему мечнику звуком, весьма похожим на низкочастотный скрежет циркулярной пилы. Как правило, на таком коротком расстоянии люди от этого звука валились, словно кегли. Но Эрик не только остался на ногах, приняв на себя всю мощь первого магического удара, но и ускорился. Несколько взмахов мечами, и две пары скулящих шакалов с рассеченными пастями откатились в стороны. Да, так и не останавливаясь, мчался по кругу, стараясь первым делом уничтожить и подранить именно прикормышей. Потому что те имели вредную привычку подпрыгивать на скорости и вонзаться своей жертве зубами в глотку.

Ну и началась массированная атака стрелами от замерших на месте повозок. Расстояние не позволяло попасть гигантской гусенице в глаз или в иные, жизненно важные места туши, но в любом случае дырявили красочную кожу, замедляли движение, вызывали внутренние и наружные кровоизлияния.

Зерпра завертелась на месте, сворачиваясь в бублик и пытаясь ринуться на машущего мечами, никак не валящегося с ног человека. Третий и четвертый магические удары тоже не принесли хищнику успеха. Тогда как лучники успели утыкать тварь стрелами, как швейную подушечку иголками, и она наконец запоздало обратила внимание и на них. Оттуда-то и грозила главная опасность, а вовсе не от одиночного бойца, который вроде пока и не нападал непосредственно. Пятый магический удар полетел в сторону повозок. Только из-за чрезмерного расстояния растворился втуне. Хищник поспешно зашевелил своими многочленными лапками, стараясь сблизиться с новой целью, и оставил свои тылы без должной защиты. А ведь шакалов уже и в живых-то почти не осталось.

Вот тут уже Эрик порезвился от всей души: на максимальной скорости побежал следом за главной дичью и своим острейшим мечом отсек, повредил лапы на длину доброй трети тяжеленного туловища. А когда чудовище заревело от боли и бешенства и стало опять сворачиваться бубликом, мощнейшими ударами с оттяжкой разрубил туловище по наиболее мягкой линии сгиба между секциями. Повреждая при этом и внутренние органы настолько, что сам чуть не погряз под хлынувшими из толстенного тела вонючими внутренностями.

Чудом не поскользнувшись и с трудом удерживая мокрые от слизи мечи, маркиз отскочил от приближающейся пасти и поспешил оббежать зерпру с другой стороны. Там провел аналогичные действия, в результате которых тварь лишилась трети своего тела окончательно, и это решило ее участь. Да и стрел к тому времени даже в пасти оказалось такое огромное количество, что издыхание только по этой причине было предопределено.

Остальные охотники двинули повозки к месту стычки без всякого приказа или призывного взмаха. А вот коня пришлось к себе подзывать условным, успокоительным свистом. Правда, вскакивать в седло Эрик не собирался: вначале следовало хоть немножко отмыться от попавших на него внутренностей, — просто достал чистую тряпку и тщательно вытер насухо свои мечи. Затем закрепил их обратно в ножнах, которые снял со спины, и только тогда приступил к умыванию и смене одежды. Правда, вначале скомандовал своим боевым товарищам, которые в поте лица разделывали тушу зерпры:

— Вырезайте только самое ценное, у вас осталось на это десять минут. Иначе не успеем в форт и все наши трофеи и гроша ломаного стоить не будут после нашей бессмысленной гибели.

По здравом рассуждении даже малый кусок переливающейся буйством красок, удивительно крепкой кожи этой довольно редкой твари стоил необычайно дорого, но время и в самом деле поджимало. Как только стемнеет, твари резко активизируются и стадами поспешат туда, куда их влекут резкие запахи добычи со сладкой кровью, к местам проживания людей. А на помощь в виде встречного отряда с несколькими гульденами во главе рассчитывать не приходилось. Путешествовать ночью даже в сравнительно благополучном Ирцшуларе считалось самым вредным для здоровья делом.

Вот и спешили, словно при пожаре. Хотелось и трофеи собрать, и собственными шкурами при этом не рисковать. Так что, когда маркиз вскочил в седло, любые работы по разделке туши прекратились, топоры и последние куски кожи наспех были заброшены в боковые отделения вдоль бортов, и повозки дружно тронулись с места.

Дальнейший путь, несмотря на усиливающиеся треволнения, оказался вполне чист и безопасен. Уже в сгущающихся сумерках успели и к форту, где прибывших, как давних и хороших знакомых, встречали все свободные от вахты и сна воины, ночующие здесь путники, несколько купцов и постоянные жители. Ну и понятно, что вскоре все командование форта собралось у постели неизвестного, найденного в лесу. Постарались раздеть и подлечить странного человека. В этом деле больше всего распоряжался и участвовал сам Эрик, как наиболее старший по магическому званию и титулу дворянина. При помощи своего друга барона и главного врача форта, изойдя по'том от усердия, таки раздели несчастного человека, якобы уронившего себя с дерева, и приступили к его интенсивному лечению.

Естественно, что рассказ, а затем и предположения о происхождении незнакомца и о его диковинных одеждах с оружием не прекращались ни на минуту:

— Таких у нас отродясь не бывало. Может, он из столицы?

— Там тоже такие не ходят, — ответствовал авторитетно маркиз.

— Значит, из столицы соседнего государства.

— И там таких гостей не бывает.

— Ну, тогда остаются только окраины континента.

— Ха! Там вообще уже никто не живет.

— Так что же он, с неба свалился?

— Вот и я так подумал, — подал голос барон Данью, внимательно прощупывая сюртук и бесполезно пытаясь его разорвать своими огромными ручищами. — Не мог же он на дереве жить!

Гульден-магистр отошел устало от кровати с раненым и глянул на друга с иронией:

— А ты уверен, что не мог? Помнишь наши легенды о людях, живущих в дуплах больших деревьев? Так в них еще сказывалось, что обитатели древ могли перемещаться друг к другу в гости, делая это не по веткам или мостикам, а прямо из жилища в жилище. Значит, и этот мог так перемещаться, но… заблудился и рухнул в наш мир.

Пожалуй, общий скепсис по поводу такого предположения лучше всех высказал врач форта:

— Извините, ваше магическое сиятельство, но с помощью сказок мы не отыщем ответы на вопросы: «Кто он и откуда?» Или вы имеете из столицы некие новые сведения на подобную тему?

Эрик Зарнар скривился с сожалением:

— Увы, господа, мы в столице уже не были почти полгода. Охотимся в основном только по окраинам королевства и сами тоскуем по последним новостям. Но, с другой стороны, теперь уже найденный мною незнакомец точно выживет, а значит, и сам вскоре ответит на все наши вопросы.

Барон Данью нравоучительно поднял вверх свой указательный палец-сардельку:

— Если очнется вообще! — В основах целительства он не слишком разбирался, зато прекрасно знал, что если сверзиться с дерева, ломая головой толстенные ветки, — итогом может быть кома или полный кретинизм. — Все-таки падал он и в самом деле чуть ли не с неба.

Местный главный целитель развел руками, желая высказаться и на эту тему, но его прервал тихий стон, после которого получивший множественные переломы и ушибы человек открыл налитые кровью глаза. Причем сразу было видно, что он и потолок рассмотреть как следует не в силах, но вот прошептать смог:

— Где я?..

Маркиз бросился к кровати и заговорил тоном заботливой сиделки:

— Окраина королевства Ирцшулар! Но вы молчите, вам нельзя даже говорить. И уж ни в коем случае не двигаться! Множественные внутренние повреждения, полученные при падении с дерева. Самое главное, что мы вас вытянем, наших магических умений хватит. Вам только и остается, что не напрягаться и лежать в полном расслаблении. Покой, вам не обходим только покой.

Кажется, последние слова незнакомец уже не услышал, явно проваливаясь опять в бессознательное состояние.