Чтение онлайн

Пандора посмотрела на Руперта затуманенным взором, когда тот неохотно оторвался от нее, и щеки полыхнули огнем, стоило ей понять, что друзья наблюдают за ними с теплой улыбкой.

Невероятно, но она вновь вышла замуж. Теперь она жена Руперта Стерлинга, герцога Страттона.

Она еще острее осознала сей факт, когда Женевьева, а потом и Бенедикт поздравили их, хотя оба вежливо отклонили предложение Руперта отобедать с ними вечером в Страттон-Хаус. Бенедикт похлопал приятеля по плечу с озорными огоньками в глазах, и они с Женевьевой вместе вышли из церкви, непринужденно болтая.

Пандора проводила парочку подозрительным взглядом:

— Ты не думаешь?..

— Я стараюсь не строить предположений относительно своих друзей, Пандора, — поддел ее Руперт.

У Пандоры не осталось времени на раздумья, Руперт решительно взял ее под руку, повел к карете, усадил, убедился, что ей удобно, и сам забрался теперь уже в карету герцога и герцогини Страттон.

Все произошло так быстро, Пандора до сих пор не могла поверить в случившееся. Как во сне. Вот-вот пробудится и поймет, что она все та же обесчещенная вдова Барнаби Мейбери, а не герцогиня Страттон.

— Тебе холодно? — Он обнял ее и притянул к себе, увидев, что та дрожит. — Может быть, ты еще не совсем оправилась от вчерашнего шока, как уверяешь?

— Я в полном порядке, спасибо, Руперт. — Она нерешительно посмотрела на него сквозь густые ресницы.

— Полагаю, мне следует лично убедиться в этом для моего — и, надеюсь, твоего — удовольствия, когда мы прибудем в Страттон-Хаус? — предложил он севшим голосом.

Пандору бросило в жар.

— Если считаешь это необходимым.

— Мне это необходимо, как дыхание! — Он сильнее обнял ее и еще крепче прижал к себе.

— Я определенно не испытываю ни малейшего желания лишать тебя воздуха, — рассмеялась Пандора.

— Если я не поцелую тебя прямо сейчас, непременно задохнусь, — с жаром заявил Руперт.

Она положила ладошку ему на грудь и подняла лицо, принимая поцелуй и чувствуя, как бешено заколотилось сердце у него в груди. Ее собственное тоже не отставало!

Теперь она жена джентльмена, которым восторгаются и которого желают практически все представительницы высшего общества. Любая из них почла за благословение Господне очутиться на месте Пандоры. Несмотря на первоначальное нежелание выходить за него замуж, в глубине души она гордилась тем, что из всех женщин он выбрал именно ее.

Пока Руперт целовал ее со страстью, обещавшей повторение вчерашних утех, Пандора раздумывала: а не нашла ли она свою сказку со счастливым концом? «С тех пор они жили долго и счастливо». Причем с самым неожиданным мужчиной…

Надежда погасла несколько минут спустя, когда карета остановилась. Руперт подхватил ее на руки и переступил порог двери в Страттон-Хаус, которую услужливо распахнул перед ними дворецкий.

— Мне кажется, вчера вечером я ясно выразилась насчет того, чтобы приводить в мой дом эту женщину, — врезался в их беззаботный смех ледяной голос Патрисии Стерлинг.

Руперт поморщился, веселье словно ветром сдуло, но он не поставил Пандору на пол. Он кивнул дворецкому, отпуская его, подождал, пока старик удалится, и только потом обратил ледяной взор серых глаз на вдову своего отца, занявшую выгодную, как ей казалось, позицию у распахнутой двери золотого салона.

— Эта женщина, как вы посмели выразиться, теперь моя герцогиня Страттон.

На лице Патрисии отразилось недоверие, быстро переросшее в слепую ярость. Она метала глазами молнии в сторону Пандоры.

— Ты действительно женился на женщине, которая не только прославилась своей неверностью, но также в ответе за смерть мужа?

Руперт почувствовал, как Пандора судорожно вдохнула и напряглась в его руках, но не перевел на нее взгляда. Он прекрасно понимал, что боль, намеренно причиненная Патрисией и наверняка написанная на милом личике его жены, станет его погибелью. Еще крепче прижав ее к своей груди, он сосредоточился на вдовствующей герцогине:

— Не смейте обращаться к моей жене в пренебрежительном тоне, мадам.

Патрисия обидно рассмеялась, с хрипотцой, словно ветки захрустели.

— Ты и впрямь женился на женщине, которую успели уложить в постель дюжины джентльменов? Те самые, с которыми тебе придется ежедневно встречаться в клубе и которые будут хихикать у тебя за спиной, потому что опередили тебя? Твоя новобрачная — та самая женщина, которая так часто и открыто наставляла рога первому супругу, что он был вынужден сразиться из-за нее на дуэли и умереть?

— Советую вам попридержать свой острый язычок, мадам! — прорычал Руперт.

— Ты превратишься в настоящее посмешище! — продолжала ерничать Патрисия, не обратив внимания на угрожающий тон Руперта. — Как же свет будет хохотать, узнав, что печально известная Пандора Мейбери соблазнила надменного и многоопытного Дьявола Стерлинга и привела его к алтарю, держа прямо за мужское достоинство! — Она рассмеялась ему прямо в лицо. — Ты станешь героем анекдотов, Руперт!

Если бы у него были свободны руки, он непременно ударил бы женщину по лицу. Не за себя — свет может говорить о нем все, что пожелает, к черту их всех, — но за то, как ядовито она ранила словами Пандору.

Естественно, она делает это нарочно. Все ее действия подчинены определенной цели, начиная с соблазнения его самого, а потом, когда Руперт избежал ее ловушки, его отца. Теперь же она хочет разрушить их брак до того, как у них появился шанс начать выстраивать семью.

— Не отпустишь меня, Руперт, пожалуйста?

Он с тревогой посмотрел на Пандору. Это были ее первые слова с тех пор, как Патрисия принялась сыпать оскорблениями.

— Я намерен отнести тебя наверх в нашу спальню.

— Возможно, чуть позже. Для начала отпусти меня. — Она твердо повторила просьбу, спокойно глядя на него.

Руперт нахмурился, но поставил ее на пол, однако продолжая придерживать за талию. Обутые в атласные туфельки ножки коснулись мраморных плит холла, она поправила платье и шляпку, ободряюще улыбнулась Руперту и только после этого посмотрела на задиру.

— Вы правы в своем предположении относительного того, что в прошлом Руперт страдал от… некоторых домыслов, которые свет строил насчет женщин, с коими он прежде имел дело, — невозмутимо проговорила она, прекрасно понимая, чего добивается Патрисия.