Жилищная афера
Шрифт:
– О, храбрый капитан, мне право лестно думать, что я могла стать той бациллой, что лишила вас сна и аппетита. Смею ли я вам чем-нибудь помочь?
Капитан Стецкий мысленно торжествовал победу. Он отбил один за другим два неожиданных выпада красивой спутницы и готов был теперь в отместку легонько щелкнуть ее по носу.
– Гордиться тем, что вы бацилла? Простите Лиза, не смешно! Меня, как тополь в бурю сбило, еще до вас, давным-давно!
Четырехстопным ямбом ответил ей капитан. Явно у кого-то спер четверостишие, но как к месту и ко времени шулерски заменил слова. В глазах у Лизы загорелся неподдельный огонек интереса к собеседнику. Капитан не только мужествен и красив, но и не чужд прекрасного. Моментально изменившееся ее настроение можно было охарактеризовать двумя поворотными моментами: снежный душевный заряд сыпавший колючими льдинками язвительных слов мгновенно исчез, растворился в круговерти новых, более теплых чувств, а если забыть высокий «штиль» и перейти на язык милицейского протокола – то, его собеседница растерянно заерзала на месте. Наблюдательный капитан пользовался преимуществом своего водительского места. В зеркало он мог видеть лицо Лизы, а ей были видны только его глаза.
Сохраняя совершенно серьезное выражение лица, он откровенно посмеивался над нею. Капитан мог даже предсказать развитие дальнейшего разговора. Лиза свернет опасную тему и переведет разговор на работу.
– Ой, Антон, – сказала Лиза, подтверждая его провидческие таланты или хорошую розыскную школу, – я вам забыла рассказать, что сегодня была у учредителей, и узнала кое-что интересное для вас.
Вот теперь можно и покочевряжиться, что капитан не преминул и сделать.
– Ну, что вы Елизавета, если вам неприятно или это как-то связано лично с вами, можете ничего не говорить. Свидетельствовать против себя даже суд никого не может заставить.
Стервец издевался самым форменным образом. Лиза заподозрила что-то подобное, но серьезное и невозмутимое лицо капитана обмануло ее. А хитроумный, как Одиссей оперативник пользуясь моментом попробовал пересадить ее в соседнее кресло.
– Мы так и будем разговаривать вы там, а я здесь? Пересаживайтесь вперед пока я шею себе не сломал оборачиваясь назад!
Оказавшись рядом с капитаном и увидев его слишком откровенный взгляд брошенный на ее коленки, Лиза удивилась тому, как быстро она сдала все позиции. Вопрос о преждевременной высадке посреди Москвы снят с повестки дня, она готова рассказать абсолютно все, что сегодня узнала на фирме и еще вдобавок ко всему, как собачка заглядывает ему в глаза, стараясь понять, нравится ли ему то, что она говорит? Фантастика!
Хитрый змей, капитан Стецкий сделал еще один осторожный шаг.
– Может быть заедем, перекусим. Я знаю по пути неплохой ресторанчик. Уютно и тихо!
Он уже почти уверовал в собственную неотразимость и острый ум, как тут же попал под холодный душ.
– А как же сон и аппетит? Ведь вас как тополь в бурю сбило! Наверно голова болит, сознанье вкривь и вкось поплыло!
Лиза постаралась полностью прикрыть юбкой колени и сказала:
– Я согласна! Но только при одном условии. Давайте будем как в Америке, каждый платит сам за себя.
– Хорошо! Когда поедем в Америку, так и сделаем, а в России, давайте будем вести себя по-русски!
– А я когда в институте училась, мы всегда в складчину в ресторан ходили! – сказала Лиза.
Минут через десять капитан Стецкий подвез ее к уютному, почти пустому ресторанчику в одном из тихих переулков в центре Москвы.
Чтобы никто не мешал разговору, они заняли столик в дальнем углу открытой веранды. Тихо играла музыка. Официант принял заказ и удалился. Заказали они уху из стерлядей, мясо в горшочках, зелень. От вина Лиза отказалась. Давно так легко и свободно она себя не чувствовала.
– Так вот, – продолжила Лиза начатый ею же разговор, – я, как и Марья Ивановна хочу вам Антон облегчить работу.
– А я думал, хотите сделать замечание! – пошутил он. Но Лиза не поддержала его. Она старалась казаться серьезной и умной.
– Правда в отличие от Марьи Ивановны я не знаю, кто мог убить генерального директора, но сегодня я была у учредителей, и вот что смогла выяснить.
– Кто убийца, даже я сейчас не могу сказать, – сказал оперативник, – слишком широк круг подозреваемых.
Они, в убойном отделе, широко раскинули сети и рассматривали все варианты. С одной стороны, дом не строится, почти двести разъяренных инвесторов. И кто его знает, нет ли среди них психически больных или отъявленных отморозков. Эти двести надо проверять и проверять.
Во-вторых, не мешало бы поинтересоваться самими хозяевами фирмы, это же пауки в банке.
В третьих, всегда интересен состав коллег по работе, их отношения, микроклимат в коллективе, имеющий свойство перерастать от низшей точки, неприязни, когда делаются мелкие пакости, до высшей точки кипения, до крысиного яда и убийства.
И четвертое, это круг друзей и родственников покойного.
Все это в спешном порядке сейчас проверяется. К сожалению, на сегодня у капитана нет такого следа, который с каждой минутой становился бы горячее. Найденная гильза от пули и сама пуля, подсказали из чего она была выпушена. Из мелкокалиберной винтовки. А вот винтовку почему-то на месте преступления не выбросили. Спор у них возник в отделе.
– Чего тут рассусоливать и так все понятно, – с места в карьер заявил самый молодой из сотрудников, Овчинников Петр – покупатели ему голову оторвали за долгострой. Терпение у народа закончилось, жить негде, пошли на крайние меры. Искать надо среди будущих жильцов.
– Деньги хозяйчики не поделили! Здесь тоже может быть интерес, – задумчиво высказал свое мнение на совещании старый опер Петряев.
И вот теперь они прорабатывали оба направления. А испуганные до потери сознания сотрудники фирмы «Парадиз-сити» вызывали только жалость. Сегодня вечером капитан должен был еще встретиться со своим осведомителем по кличке «Гиена» имеющий выход на одного из учредителей строительной фирмы «Парадиз-сити», на Нестора Сахно. Капитан украдкой глянул на часы, до встречи еще оставалось несколько часов. Успеет.
– Хотелось вам чем-нибудь помочь! – сказала Лиза.
Капитан залюбовался девушкой. Каким ветром занесло эту наивную чистоту в большой город? Перемелет ведь он тебя.
– Трясутся хозяева фирмы наверно? – задал наводящий вопрос капитан.
– Не то слово. Риэлтор, который продавал квартиры, собирается на два месяца удрать за границу, хочет отсидеться там. Банкир, второй учредитель нашей фирмы, усилил охрану. Только третий, Нестор Сахно, принял близко к сердцу убийство директора. Он, своих друзей по бизнесу обозвал шакалами.
– Так и сказал?
– Что слышала, то и передаю!
– А дом будет построен?
– Я думаю, будет! Денег, как говорит главный бухгалтер и прораб, осталось ровно столько, чтобы его возвести.
Капитан промолчал, что в курсе их финансовых дел. Он уже смотрел уголовное дело, возбужденное другим отделом против сбежавшего первого директора Горохова (Пройдохи), по факту хищений и мошенничества. Канул с деньгами как в воду.
Официант убрал тарелки и подал кофе.
– С вашего позволения я закурю! – сказал капитан, доставая пачку сигарет.