Чтение онлайн

В это время преставился богочестивый властитель, строитель святых церквей, жертвователь имуществ и попечитель об убогих, и был погребен в Хандзте, напутствуемый Арсением и сыном его Мцхуедою. Отец же Арсений и блаженный Иоанн, брат Джибрила, закончивший постройку новой церкви, оба они, скончались настоятелями, Христос да упокоит их!

Гурген, племянник Ашота, великий властитель многих племен, сел божьею милостью эриставом эриставов. Он закончил новую церковь в Хандзте при участии всех славных властителей, азнауров и всего верующего народа, господь да даст всем им неиссякаемое благо.

XXIX. Теперь вернемся снова к тому, что мы раньше прервали. Когда возвеличилось имя блаженного отца и достигло Картли, и вожделенная мать услышала о славе своего сына [она была жива и в преклонном возрасте], она возрадовалась в душе, окрепла плотью и воздала благодарение Христу, услышав благую весть о прекрасном своем сыне, телесной гордости ее и увенчателе ее души, так как у нее он был единственный сын и, по рождении его, она не знала мужчины, свято предаваясь молитвам, посту и постоянному божьему страху.

Сердце ее оплакивало разлуку с сыном, но радостная молва укрепила ее; утешившись, она забыла о преставившихся, причинявших ей огорчение, поспешно направилась сюда верхом в сопровождении слуг, женщин и мужчин. Она прибыла в Мере к матери Февронии. Та радостно приняла ее и поспешила письмом сообщить блаженному Григорию. Святой беспорочный сын пошел к верующей матери, поклонился и дал ей благословение и мир во Христе, Она с радостью встретила сына, и, облобызав его, сказала: "Сын мой милый, я вижу тебя, к кому я стремилась, так как при твоем лицезрении у меня исчезли все болезни". Беседа их была разнообразна и продолжительна.

Блаженный отец Григорий сказал: "Прости меня, мать моя, но я удалился от тебя не по своей воле, а потому, что то, что произошло, угодно было богу, это была его воля. Однако, в этой мимолетной жизни ты до сих пор не чувствовала недостатка ни материального, ни духовного, отныне же на мне лежит обязанность пещись о тебе духовно и телесно по заповеди о почитании родителей, которую господь заповедует, да в премудрости написано: "Сын, воздай родителям твоим за то, что они дали тебе, ибо без них не было бы и тебя". Еще говорит: "Подлежит осуждению, кто пренебрегает своего отца, и проклят господом, кто язвит сердце матери", ибо "благословение отца и матери укрепляет дома во веки, а проклятие их искореняет в конец". Павел также заповедует многократно всем о почитании родителей. Эти и подобные им слова мы слышим из боговдохновенных книг для поучения верующих, и я милостью божьею унаследую твое благословение посильною покорностью согласно с твоим сердечным желанием, как сын, любящий родителей".

Блаженный божий человек доставил вожделенной старице большое утешение, преподал ей внушительное назидание. Она сперва благословила бога, затем – сына и поручила ему пришедших с нею домашних со словами: "Сын, подобно мне да будут предметом твоих забот эти, принявшие на себя ревностное служение мне! " Святой сказал: "Апостол говорит – "Если кто о своих и особенно о домашних не печется, таковой отрекся от веры, и он хуже неверного". На мне лежит обязанность слушаться твоей, о, мать, воли и заботиться о всех этих предметах твоего попечения". И он во благе распорядился, как надлежало.

Тогда блаженная Феврония сказала верной старице: "Богочестивая мать, отныне я – твое дитя рядом с сыном твоим и моим братом Григорием. Будем мы всемерно служить тебе без упущения, так как вижу в тебе пророчицу Анну, которая денно и ношно молилась и постилась, не удаляясь из храма господня, подобно ей ты всегда твердо пребываешь в заповедях божьих, да и по плодам узнается доброта дерева". Она же радостно благодарила Христа и святых.

Тогда-то блаженный Григорий устроил, как надлежало, жизнь своей матери и бывших с нею. Одну из служительниц матери он выдал замуж, и у нее родился Василий, хандзтийский настоятель, который игуменствовал в Хандзте долгие годы до смерти и явления к Господу. Что касается вожделенной матери отца Григория, она спустя много времени преставилась в Мере и отошла к господу, к которому стремилась.

Блаженный Григорий озаботился об ее душе, воздал славу богу, который сподобил его во благе служить матери, и получил от нее полное благословение.

XXX. Между тем, видя, что достойные божьи люди Арсений и Ефрем возмужали и созрели умом и летами, Феодор и Христофор, великие вожделенные отцы, успокоились, отныне свободные от обета, данного отцу Григорию – не расставаться с отроками, пока они не вырастут. После этого они вышли из Хандзты тайком ночью, взяв с собою кой-кого из братии, и отправились в страны Картли, ибо господь звал их невидимым велением, чтобы построить через них монастыри, один в Недзви, другой – в Квирикецмида. Блаженный Григорий извещен был господом не мешать их рвению и оказать содействие в этом добром деле. Отец Григорий принялся искать, нашел их в Самцхе и укорял их в тайном уходе. Они же припали к нему со словами: "Да будет прощение нам, святой отец! Мы ушли из Хандзты для того, чтобы, построив вновь монастыри, мы получили какую-либо пользу в удел себе". Святой сказал: "Прекрасно ваше решение божьею волею, но сделайте меня соучастником вашего рвения, так как я не сторонюсь от добра". И они вместе отправились в пустыни в областях Самцхе и Картли, нашли два места, удобные для монастырей, построили в них обоих кельи и назвали обитель Феодора Недзви, а обитель Христофора – Квирикецмида.

Оставив там учеников, блаженные Григорий, Феодор и Христофор отправились втроем сюда в Хандзту, чтобы надлежаще разделить братию. Когда прибыли в богоугодное собрание, и их приветствовали, блаженный Григорий обратился к братии с речью: "Христов народ, слушайте меня! В начале в эту святую пустынь прибыли вместе мы – я, убогий Григорий, Сабан, епископ Ишхани, Феодор и Христофор, вот эти четверо. Эти великие отцы, угодники Христа, были мне покорны как ученики много лет, пока не призвал их бог.

Христос сделал Савву епископом в Ишхани, когда он это захотел, и тот взял с собою братьев отсюда. Ныне Христос строит через Феодора и Христофора два прекрасных монастыря в Картли. Как телесные родители раздают свое имущество детям, так Хандзта при моем посредстве жалует братьев этим своим детям, чтобы, поддерживаемые хорошо испытанными монахами, они спокойно вели новые насаждения, и чтобы твердо держалась духовная любовь монастырей, построенных нами: Хандзта – духовная родительница всех нас, так как здесь приняты нами все посвящения, хотя монашеская схима у нас была раньше, до прибытия сюда".

Окончив эти слова, он велел собрать всю братию, и с ведома Феодора и Христофора он из ее среды отобрал тринадцать братьев для Хандзты, как старшей, и, так как удел Шатберди сначала же был отправлен туда, всех остальных он разбил на три группы и велел поделиться согласно уговору по жребию. Феодор и Христофор обрадовались, но у них было небольшое недовольство, так как Ефрем и Арсений оказались в части Григория. Тогда Григорий Ефрема уступил Феодору, оставив себе Арсения, и другого брата, равного, дал Христофору, и они удовлетворились с радостью.

Но удивительно было в самих вожделенных пасомых то, что они не спорили с добрыми пастырями, чтобы, например, возражать против места в зависимости от того, кому где было удобно, ибо, как избранные Христом, постоянно пребывавшие с ним, считали себя овцами, такая у них была покорность перед победоносными мужами.

Блаженные отцы наши повели братьев и опять прибыли в Недзви и Квирикецмида. Отец же Григорий от всего сердца поддерживал их в новых постройках. Освятили они места святых церквей и заложи ли основание. А когда блаженный Григорий собрался в путь, вся братия с плачем говорила ему: