Чтение онлайн

– Не шевелись! Стартуем!

И нога прижала меня обратно к полу – с гражданскими тут явно не церемонились. Краем глаза увидел, как тень последнего бойца влетела во внутрь, и машина дала ходу, набирая скорость в направлении противоположном тому, где я оставил Волчонка.

– Стойте! – я снова пытался приподняться. – Вы… Вы не понимаете… Мне надо… надо вернуться!

Нога опять пригвоздила меня к полу:

– Лежи уже, мать твою!

А тем временем над головой вновь загрохотали автоматы – видимо, твари нас все-таки преследовали. Железный пол на каждый выстрел отдавал гулким эхом, а во время очередей еще и бил по затылку с упорством, достойным отбойного молотка.

Я уже не пытался подняться, видел лишь мелькавшие во вспышках над собой оскаленные лица военных. И почему-то даже подумал, что они сейчас выглядят куда страшнее, чем те твари, которые на меня напали. Сейчас они увозили меня все дальше от убежища, где остались девчушка с собакой, поэтому я их практически ненавидел.

– Уффф… Вроде отстали! – снова загремел командирский голос. – Отставить стрельбу! Отставить, я говорю!

Но прошло еще как минимум пару секунд после прозвучавшего приказа, прежде чем выстрелы окончательно стихли.

– Двери! Закройте двери!

Что делать?! Вывалиться из БТРа на ходу?! Я не знал, какую он в принципе развивает скорость на трассе, но понимал, что ее точно хватит, чтобы помочь мне совершить самое идиотское самоубийство в истории города. Нет, так точно я Волчонку ничем не помогу, да и родных своих не найду. Поэтому молча наблюдал, как солдаты закрывают десантный отсек.

– Куда мы едем? – спросил я.

– Увидишь! – усмехнулся командирский голос. И от этого смешка мне стало не по себе…

Минут через десять бронетранспортер сбавил ход. Притормозил (видимо, миновали КПП) а, затем еще немного проехав, замер на месте.

– Конечная! Все на выход! – скомандовал офицер.

Двери открылись – в лицо ударил луч прожектора. Настолько отвык от света, что глаза сразу заслезились.

С электричеством у них точно все хорошо. Причем не было слышно гула генераторов, скорее всего, спрятаны под землей.

Один из молодых солдат, который в форме больше смахивал на игрока-пионера во взрослой хоккейной экипировке, подхватил меня за плечо.

– Куда его? – спросил он у командира.

Тот как раз повернулся ко мне настолько, чтобы его можно было рассмотреть. До этого воображение рисовало эдакого Сильвестра Сталлоне из фильма «Неудержимые» – высокого, жилистого бугая с большими ручищами. Этот же офицер был мало похож на героев киношных боевиков. Скорее на карикатурного белогвардейца из советских фильмов: маленький, худенький, да еще и с усищами, который завивались в разные стороны. Мои губы невольно расползлись в улыбке.

– Вниз его! – «белогвардеец», видимо, уловил мои эмоции. – Пусть там посмеется… если сможет.

– Шагай! – я еще не успел очухаться от такой «гостеприимности», а мне уже тыкали стволом автомата в плечо, указывая дорогу.

Мы находились на перроне железнодорожного вокзала. Прожекторы хорошо освещали здание, которое нынче перевели на осадное положение: возле входа были аккуратно уложены мешки с песком, а сверху еще и накручена колючая проволока. Из тьмы на меня таращились стволы пулеметов. Тут же, поперек перрона, стояла пара БТРов.

Окна вокзала большей частью были разбиты и завалены мешками, а заодно и остатками разнообразной мебели. В них зияли бойницы, так что, по моим прикидкам, вся площадь вокруг вокзала хорошо просматривалась, а при желании – простреливалась. Лучше не дергаться и не проверять реакцию тех, кто там засел.

Мы подошли ко входу, где один из солдат меня обыскал.

– Вроде чи… – начал было он, но замер на полуслове, наткнувшись на рацию в кармане, – а это что?!

– Рация.

– Я вижу, что не айфон. Откуда?

– Нашел в полицейском участке, где меня ваши подобрали, – я не видел смысла врать.

– Ментовская значит? Интересно-интересно, но это уже Дэн разберется, что к чему. Проходите!

Рацию заграбастал мой конвоир, а проверявший махнул двум другим чувакам в форме – они открыли двери. Мы вошли в вестибюль, где вовсю кипела работа – этот рубеж обороны, как я понял, еще не был до конца возведен. Стоявшие обычно справа и слева от дверей киоски с прессой и сувенирами частично демонтировали, но еще не убрали полностью. Рамки для проверки багажа на предмет оружия тоже стояли рядом, их спешно разбирали люди в форме. На их месте у дверей появилась еще одна линия из мешков с песком и пулеметов. Здесь же стояли несколько вояк с овчарками, которые на меня даже не взглянули. Сразу же вспомнил про Макса: как они там без меня сейчас?!

– Послушайте! – обратился я к конвоиру. – У меня девочка с собакой осталась одна в магазине, где мы прятались.

– А мне зачем это знать?! Да и не одна она.... с собакой, сам говоришь, – заметно смутился молодой солдат, но тем не менее двинул меня в плечо: дескать, не фиг тут рассусоливать!

– А куда мы?!

– Тебе же сказано: на допрос!

– Я же ничего не сделал. А кто такой Дэн?

– Да увидишь… Только боюсь, тебе эта встреча не понравится. Не любит он у нас таких вот… типа загадочных… да еще и разгуливающих по Красной зоне с ментовскими рациями, – усмехнулся солдат.

– Какой еще Красной зоне?

– Ладно. Все! И так слишком много базарю. Двигай давай!

Впереди по курсу показались закрытые решетками двери помещения камеры хранения. Возле них дежурила еще пара солдат. На решетках появился замок, реагирующий на отпечатки пальцев. Не помню, чтобы у бывшего хозяина здания – РЖД – водились такие. Скорее всего, его установили уже армейские после того, как все «завертелось, закружилось и помчалось кувырком». Тут нас снова обшмонали (насчет «нас» я не оговорился – и конвоира тоже), а затем уже пропустили через решетку.

Внутри все еще находились ровные стеллажи для сумок. Самой поклажи не было, а по полкам змеились толстые – с пару пальцев толщиной – кабели. В дальнем конце стены находилась еще одна дверь. Тут охраны уже не было, зато стоял кодовый замок и видеокамера, в которую я даже улыбнулся.

– Привел задержанного в Красной зоне, прошу допуск! – обратился, тоже глядя в камеру, конвоир.

– Допуск есть! Спускайтесь! – прогремел голос из динамика.

Дверь открылась. За ней – лифт, похожий на те, что есть в крупных больницах. При необходимости сюда могла войти бригада медбратов с носилками.

Я должен был сразу догадаться, что меня ведут в бункер. Правда, ни разу не слышал, что под железнодорожным вокзалом существуют подземные коммуникации. С другой стороны, при «совке» чего только не строили под важными стратегическими объектами. Бомбоубежища так вообще обычное дело.

– Погодь.... Спускаемся? Куда?

– Много будешь знать… эмм.. скоро… скорее поседеешь, – юнец пытался бравировать даже своим возрастом. Это было и смешно и грустно, потому что даже обычную пословицу, которую знают назубок первоклашки, он толком не помнил. Двоечник на службе Отечества – классика!