Чтение онлайн

Он умолк. Через несколько минут встал из-за стола, повесил над очагом котелок с водой. Сел обратно. Посмотрел в свою миску, покивал каким-то своим мыслям, доел мясо, механически пережевывая жесткие куски.

— Тогда я впервые сделал что-то без ведома сестры, — теперь он посмотрел на Джамира. — У вас не принято считать, что женщина может командовать, но я верил, что сестра — лучший правитель для любого народа. Я предложил отцу сделать ее когда-нибудь советником будущего императора. А пока отправить нас туда, где Аннаира сможет дать выход своему гневу.

— И поэтому император сослал вас в Цитадель? — поразился Джамир.

— Не сослал, — цесаревич строго посмотрел на собеседника. — Отправил учиться. Несколько наших наставников приехали вслед за нами, несколько лет тайно жили возле Цитадели. Один из них занимал этот дом.

— Так далеко?

— Он тоже испугался Аннаиры, — признал Аянир. — Когда она начала захватывать Цитадель, все наши учителя беспокоились. Они ведь не дураки, знаешь, эти столичные наставники. Они быстро поняли, что Аннаира не хочет, чтобы наш отец узнал о ее успехах. Поэтому один из них тяжело слег от крайне заразной хвори, — он усмехнулся. — И поселился подальше от Цитадели. Отсюда он должен был отправить послание императору.

— Как она узнала об обмане? — нахмурился Джамир. — Здесь ведь несколько дней пути. Шпиона не подошлешь.

— Так же, как она узнает сейчас обо всех ваших провалах. Через зеркала.

Он подошел к очагу посмотреть, не закипела ли еще вода. Пузырьки только-только начали налипать на дно и подниматься к поверхности крошечными белесыми жемчужинами.

— Это я нашел способ общаться через зеркала, — пробормотал он. — Так что это целиком и полностью моя вина. Я многое узнал от антимагов про сущность магической энергии. Даже научился использовать заемную магическую силу, как чародеи используют свою. Ведь между нами всего-то разницы — они могут дотянуться до Сердца Мира, а мы — нет. Им легче управлять силой. Но и обычный человек способен иногда использовать магию. Через зелья, амулеты, артефакты, магических созданий вроде големов…

— Нас учили, что маги — это мутанты, которые разрушают своими действиями первоосновы, — заметил Джамир. — Что даже богиня Триединая — противное природе создание, которое позволяет красть силу у простых людей и использовать ее эгоистичным жрицам. А значит, все маги — опасные, противные мирозданию еретики.

— И что? — рассмеялся Аянир. — Вы все в это верили? В Цитадель учеников приводят либо нужда, либо зависть, — заметил он. — О, завистникам, ненавидящим чародеев, наверняка приятно было принять эту чушь за истину. А тебе?

Джамир замялся. Конечно, он попал к антимагам ребенком, как и сам Аянир, только был еще младше. Его отдала раненому антимагу, забредшему в их деревню, двоюродная сестра отца, когда стала слишком стара и бедна, чтобы о нем заботиться. Будь в их роду маг земли — он бы здесь не оказался.

— Нам ведь показали, как можно взаимодействовать с природой, чтобы вернуть магию в ее лоно и таким образом победить мага, — пожал плечами антимаг. — Я думал, это правильно. Думал, маги воры, крадущие чужие жизни…

— Не будь идиотом, друг мой, — поджал губы Аянир. — Это мы — воры. Или ты думал, что все эти ритуалы и обереги не имеют отношения к магии?

Джамир открыл рот. Моргнул. Тут же закрыл рот. “Так на чем же строится наша сила?” — задумался он.

Аянир снял с огня котелок, заварил травяной чай в маленьком глиняном чайничке.

— Взять хоть эти зеркала, — он поставил чайник на стол, кивнул на угол, увешанный рамами. — Не сами по себе ведь они передают сигнал?

— Н-наверное, — икнул Джамир. — Никто никогда не говорил, как это работает.

— Разумеется. Аннаира ведь и сама не знает.

Он разлил чай по круглым чашкам, зачерпнул маленькой ложкой горсть брусники, отправил в рот.

— Вот ты здесь уже неделю. Ничего интересного не ощущаешь?

Джамир задумался. Здесь он спал гораздо спокойнее, чем в Цитадели. А еще у него пропало ощущение, что за ним кто-то постоянно подглядывает. Зато сам он иногда замечал в зеркалах какие-то смутные фигуры.

— За мной будто больше никто не следит, — выдавил антимаг.

— Правильно, — кивнул Аянир. — Аннаира увидела в зеркале, как ты провалился в трясину. Зачем следить за мертвецом?

— Как ты это сделал?

Цесаревич улыбнулся, не разжимая губ. Кажется, он был рад наконец кому-то похвалиться.

— Мои зеркала, как и ее, покрыты специальным составом. Он работает, только если рядом есть какой-то источник магии: амулет, сам маг, некоторые виды зелий подходят, магические аномалии вроде долговременных чар… — Аянир щелкнул пальцами. — Состав превращает зеркало в артефакт, и через него можно связаться с любым другим зеркалом. Другие составы позволяют следить за происходящим там, где зеркал нет, но они очень быстро выдыхаются и работают, только если есть какой-нибудь связующий элемент с объектом в фокусе.

Джамир не понял и половины — что только убедило его в том, что отшельник придумал какую-то невероятно мудреную штуку.

— … И потому уязвимы к видениям! — закончил он свои объяснения. — Достаточно совсем немного изменить состав — и можно показывать вместо того, чтобы подсматривать.

— А! То есть ты подсунул ей ложную картинку, — это все, что антимаг смог уяснить из речи цесаревича.

— Ну, если обобщить и упростить, то да, — неохотно согласился Аянир. — Это, кстати, одна из причин, по которым мы должны уходить отсюда. Хоть и не главная.

— Иначе снова погоня?.. — не понял Джамир.

— Нет же! — нетерпеливо воскликнул отшельник. — У меня заканчиваются источники магии. Я не смогу больше пользоваться зеркалами, если останусь здесь.

— Интересно, чем Владыка подпитывает свои… — протянул Джамир. — Все магические вещи уничтожаются по его… э-э-э, ее, то есть, приказу.

— На месте уничтожаются? — уточнил Аянир.

— Нет. Самые мощные везут до специальных печей… — Джамир осекся. — Я болван. Вот зачем это все!

Цесаревич встал из-за стола, сложил аккуратно посуду из-под еды в пустую кадушку и вручил ее Джамиру:

— Завтра уходим на рассвете.

***

Данатос всегда любил леса. Правда, он больше привык к лесу прозрачному, смешанному, где в хорошую погоду на каплях смолы играют солнечные блики. Здесь же было влажно, душно и очень уж зелено.

— Почти пришли, — сообщила Феликса с удовлетворенной улыбкой.

“Вот кому здесь явно нравится, — подумал Данатос. — Вряд ли это из-за джунглей. Скорее какие-то радостные воспоминания”. В какой-то момент он едва заметил высокую каменную кладку: всю ее затянуло плющом и лианами, и стена цвела от подножья до верхушки. Он бы так и не понял, что это, если бы не двое стражей, которых он почуял, а потом и увидел.