Чтение онлайн

“Тук-тук”, — раздавшийся позади звук заставил девушку вздрогнуть. Она обернулась, рефлексивно потянувшись к заправленному за пояс кинжалу.

— А, это ты, дядя, — успокоилась она, увидев знакомое лицо.

— Я не отвлекаю? — вежливо поинтересовался он прежде чем сесть рядом.

После исчезновения матери, дядя стал её самым близким человеком. Иногда Синтия удивлялась, как же получилось что они были такими разными. Столь же сильно, как Говард был похож на своего брата внешне, так же отличался его характер.

— Уже завтра уезжаешь? Думаю, ты могла бы не торопиться так сильно.

— Чем раньше я с этим покончу, тем быстрее смогу получить свободу. Отец ведь сказал что это мой шанс проявить себя. Если все пройдет гладко, я заставлю его вспомнить ти слова.

— Ты так сильно хочешь отказаться от титула принцессы? Хочешь насолить отцу?

— Нет. Мне… просто не нравиться это всё.

— Тогда почему же ты так прилежно выполняешь все свои обязанности? Слышал, неделю назад, на баллу у Лерми ты болтала о чем-то с советником Марклидом. А говоришь, что не любишь закулисные интриги.

— Это… Так случайно вышло.

— Тем не менее, он остался о тебе высокого мнения. Всё больше людей при дворе склоняется к тому, что ты должна стать наследницей. Что ты сможешь переступить через закостеневшие устои нашего общества. Синтия, ты знаешь, что я всегда был на твоей стороне, но сейчас я не могу согласиться с твоим решением. Иногда нам приходится делать то что нам не нравиться, но что мы должны сделать. Твоя мать ушла потому, что так было лучше для Империи. А сейчас для неё будет лучше если ты останешься.

Синтия молчала, опустив взгляд. Ей нечего было ответить. Девушка понимала, что дядя прав. Что она ведет себя по-детски.

— Синтия, я надеюсь, что во время этой поездки, ты образумишься. Ты уже давно не ребенок, так что хватит себя так вести, — он словно читал её мысли.

Со скрипом отодвигая стул, Говард поднялся.

— Завтра утром, у ворот тебя будет ждать мой человек. Он поедет с тобой. И даже не вздумай перечить, — строго пригрозил он, увидев мятежный взгляд племянницы, — Он как никто позаботится о твоей безопасности, только и всего.

— Хорошо, — холодно ответила принцесса.

— Ах, да, вот ещё, — дядя залез в карман, — советник просил передать тебе это.

Он положил на стол небольшой сверток, затем откланялся, и оставил принцессу в одиночестве. Синтия взяла пакет в руку. Несмотря на свой размер, он был весьма тяжелым. Кроме того, она различала отчётливые механические щелчки, испускаемый его содержимым. Аккуратно срезав печать конвертным ножом, она достала на свет блестящие часы, точно такие же, какие были у Марклида.

— Всё будет нормально, Ник. И не из такого выбирались. Помнишь как мы взяли у твоего деда машину покататься, и увязли в грязи где-то за городом? Солнце уже садилось, и мы думали что придётся провести там всю ночь…

— Да, было такое. У меня тогда как назло телефон разрядился. Если бы не проезжавший мимо тракторист, дед мы мне голову открутил…

— Угу. Думаю, он бы не постеснялся и мне наподдать.

— Потом ещё три часа её у реки отмывали. Вёдрами воду таскали.

— Я думал у меня руки отвалятся. И спина три дня ныла.

— Прям как сейчас…

Я вздохнул, снова почувствовав дрожь в его голосе.

— Ник, мы обязательно сбежим. Они ведь тоже люди. Когда-нибудь они допустят ошибку. Нужно лишь быть к этому готовым.

— Быть готовым… Для этого ты там отжимаешься? Держишь себя в форме?

— Да, нет… Это я так, просто, чтобы согреться…

— Брось, Марк. В любом случае стражники не дадут нам этого сделать. Я понимаю, чего ты хочешь добиться, но… Давай будем реалистами. Так ты обычно говоришь?

Я опустил голову. Тут он меня уел.

— Если честно, я не могу понять, как ты остаешься таким спокойным. Шутишь, пытаешься меня утешить… Как ты это делаешь, зная что мы все скоро умрём? Что с тобой не так? Или… может, это просто я такой слабак… — его голос оборвался, и вскоре я услышал за стеной тихие всхлипывания, — Прости… Лиза. Прости…

Это был… мой последний с ним разговор… На следующий день, пришло время снятия очередной ступени. Его увели два коренастых стражника, но вернулись они уже без него. Только чтобы молча забрать следующего обречённого.

А я… я знал что так выйдет. Знал, но ничего не смог с этим поделать. То была уже третья подобная операция. Уже семеро из нас к тому моменту, не вернулись в свои камеры. И несложно было заметить, что все они… находились не в лучшей ментальной форме. Если проще — они сломались. И видимо, не смогли бороться, со своим демоном.

Я догадывался что Ника тоже постигнет такая участь. Пытался приободрить его, напоминал о ждущей его дома Лизе. Лгал, внушая надежду на скорое спасение. Всеми правдами и неправдами я пытался отсрочить наше с ним расставание. Но… терпение никогда не было его сильной стороной. Он предпочёл сдаться. Оставил меня одного…

Тяжело объяснять каково это, потерять близкого человека. До самого конца я не верил что это произойдёт. Мозг говорил что это неизбежно, что мы все умрем в этой темнице, но где-то в глубине души, я все равно верил, что с нами этого не случится. Что судьба не может быть так жестока. А потом, меня накрыла пустота. Быть может, это несколько заезжено, но мы на самом деле понимаем, как много для нас кто-то значил, лишь потеряв его. Я привык к компании Ника. Я знал, что он сидит за стеной, что я могу в любой момент поговорить с ним, чтобы развеять тоску. Но теперь, соседняя камера была пуста. И вместе с Ником, внутри меня завяли последние крупицы надежды.

Я стал ждать. Терпеливо ждать когда и меня постигнет та же участь. Каждое утро я просыпался, делал небольшую зарядку, и молча пялился в стену, прозябая в мыслях и воспоминаниях. Таким незатейливым образом, я проживал дни, недели, месяцы. С приходом зимы, в темнице остался лишь я один. Кроме меня, никто не дожил до второй ступени. Алиса, Никита, Сергей… все они ушли вслед за Ником. Думаю вам эти имена ничего не говорят. Как, впрочем, и мне. Одиночные камеры и редкие разговоры сквозь решетки не способствовали налаживанию отношений. Хотя, я если честно, даже не пытался. Мне хватило смерти одного друга.