Чтение онлайн

– Не нужен круглый стол. Мы с Алёной сумеем достичь понимания.

Я моментально обернулась, чувствуя как взметнулись волосы и платье. Посмотрела в заледеневшие глаза, вмиг ставшие неподвижными. Долгий, пронзительный взгляд. Как, почему? Но Ратмир молчал, нахмурившись и бросая недобрые взгляды на своих товарищей.

– Я с у-до-во-льствием приму предложение о круглом столе, – растягивая слова, пропела я, стараясь не смотреть на жениха, чей вид вызывал оторопь и угрожал пригвоздить на месте всех вокруг. – Мне нужно многое рассказать!.. Особенно те досадные тайны, о которых забыл упомянуть мой дед! Знаете, он весьма страдает забывчивостью и прочими хворями, говорят, многие черты я унаследовала от него…

И подмигнула правым глазом. Пусть будут заинтригованы! У меня будет время придумать непреодолимую наследственную болезнь, от которой мой жених захочет сбежать, сверкая пятками… Тихо и мирно, к благу для всех.

– Обсудим это по дороге, – буркнул женишок, вновь повел бровью и тут… Я застыла, неподобающе вытаращив глаза для моего благородного положения. Эст вел к нам коня… кобылу белой, в яблоках, масти невиданной красы. Мой рот приоткрылся сам собой, издав удивленное:

– О-о-о!

Необыкновенная грация животного завораживала. Тонкое изящное тело, лебединая изогнутая шея, прямая снежная грива, вздернутый хвост, чуть робкая поступь, как будто этой красавице было место исключительно на модном дефиле, а не в каком-то там лесу. Небольшие ноздри чуть слышно раздувались, подрагивая, принюхиваясь и изучая, бездонные голубые глаза поглядывали с таким же интересом на меня, как и мои на нее. Сердце екнуло в радостном предвкушении. Я с детства питала слабость к животным, чего только один Ку-ку стоит, а с лошадьми всегда не могла расстаться, проводя часы в папиной конюшне. И хотя я повидала довольно много и ездовых, и гончих, и тяжеловесов, такую лошадку видела в первый раз. Я замерла, с восхищением наблюдая, как Ратмир хватает животное под уздцы. Он довольно усмехнулся, видя мою реакцию:

– Ариадна. Алёна. – Как будто представил нас. – Это тебе Алёна. Ариадна теперь твоя.

– Мне?.. – проблеяла я недоверчиво, забыв возмутиться такому быстрому переходу на "ты". Ратмир уверенно подошел ко мне и вложил мне в руки поводья, накрыв своими ладонями мои. Как под гипнозом я провалилась в голубые глаза Ариадны, словно в них отразились бескрайние дикие просторы. Та довольно хрюкнула и принялась обнюхивать влажным носом мое лицо, волосы, руки – очень необычно для лошади. Что ж, выходит не только я, но и Ратмир приготовил мне представление для знакомства. Да еще какое! Интересно, получится ли у меня забрать прекрасную Ариадну домой, к себе… Сомневаюсь, с горечью осекла себя я. Не даст…

Видя, что завладел моим вниманием, и я растеклась кисельной лужей от восхищения, продолжая хлопать глазами от свалившегося на меня счастья, Ратмир предложил:

– Вам будет полезно прокатиться по окрестностям до дома вместе со мной. Развеетесь, заодно и поговорим. Согласны? – зачем-то снова перешел на "Вы", а я поспешно кивнула. Мне не терпелось прокатиться на Ариадне верхом. Сама не поняла, как быстро поменялись мои эмоции. Вот если бы у жениха за пазухой оказалось несколько необычных кристаллов, моя воля треснула бы окончательно.

Я забралась на лошадь, осторожно касаясь бархатистой шерсти, и осмотрелась. Клозель застыла в удивлении и сложила руки на груди словно в немой просьбе (подозреваю, к небесам, чтобы жених не отвернулся от меня и ей не достался нагоняй от Гарольда за попустительство в моем воспитании), стражи с интересом наблюдали за нами. Перехватив мой взгляд, Ратмир пояснил:

– Мои друзья проведут экипаж до места, Вам не о чем волноваться.

И грациозно сел на своего иссиня-черного коня, отчего тот радостно фыркнул, затоптался на месте и привстал на дыбы. Не менее красивого, чем моя Ариадна, только гораздо мощнее и крупнее ее. Эти двое разительно отличались от остальных лошадей сопровождения. Вот вам и принц на черном коне. Почти что из сказки. Только какой финал будет у сказки, я не могла предположить…

.

Прощание с прошлым.

Ратмир уверенно скакал впереди, я же отставала, пытаясь поспеть за его стремительным конем. Быстрая езда никогда не была моей сильной стороной, поэтому я до боли в руках стиснула поводья, направляя все внимание на галоп и трусливо прилипнув к изящной лошадиной шее. Через минуту, когда каретная процессия осталась позади, мощный конь жениха (фантазия мне отказала, поэтому про себя я его так и окрестила – Черный) неожиданно остановился, вынуждая затормозить и меня. Ариадна недовольно фыркнула, да и я напряглась, осознав, что оказалась один на один с подозрительным во всех отношениях типом (признаться, подозревала я его в меркантильности и умопомешательстве с равной долей вероятности). Однако Ратмир лишь мельком глянул на меня и без объяснений развернул коня в противоположную сторону. Секунда – и он уже мчался назад, к выходу из леса. Что бы это значило? Липкое беспокойство всколыхнуло грудь.

– Мы что-то забыли? – изумленно спросила я, стремительно перебирая в голове все варианты предметов из гардероба жениха, которые он мог потерять по дороге. Если бы это были столь же дорогие часы, как у дядьки Томсона, то я, без сомнения, поняла бы его поспешность.

Но ответа не последовало, мой попутчик по несчастливому брачному обременению не посчитал нужным отвечать. Он набрал ход, и мне не оставалось ничего иного, как поскакать за ним. Мелькнула подленькая мысль, а не решил ли женишок так сразу избавиться от ненужной невесты? В лесу затеряться не сложно, осталось сослаться на диких и особенно свирепых зверей, по ужасному стечению обстоятельств оказавшихся неподалеку от нерадивой девицы. А утонувший в горечи несостоявшийся жених, смахнув слезу, согласится все же оставить в своем кармане превыгодное торговое соглашение с дедом в качестве недостаточной, но столь вежливой компенсации за утерю взбалмошной невесты, успевшей прихвастнуть проблемами с рассудком.

Отгоняя тревожные мысли, я все же подумывала, не закричать ли, напрягая все голосовые связки, о планирующемся жестоком убийстве? Возможно, моя охрана услышит дикий вопль и не даст случится злодейству? Жаль, что доказательств у меня не было! Выставлять себя в окончательно дурном свете и портить отношения с таинственным женихом, который, мог всего лишь обронить по дороге портмоне, не хотелось.

Я все же не выдержала и позвала негромко:

– Ратмир…

Он моментально обернулся, уколов меня темным взглядом, словно на дне его зрачков притаились две гадюки, так и норовящие укусить, развернулся, подъехал в упор, еще больше напугав меня. Я опасливо потянула поводья, отодвигая Ариадну на безопасное расстояние и внимательно следя за руками жениха, усмиряющими рвущегося в путь Черныша. Первый раз я назвала мужчину по имени. Вышло неожиданно мягко. И… он задумался, как бы пробуя мое произношение на вкус, словно вспоминая что-то… Показалось ли, но мой попутчик на секунду ушел в глубину себя, словно пытаясь разыскать давно забытое ощущение. Затем улыбнулся, без сомнения, ему понравился мой тон загнанной в ловушку мыши. Одна бровь на его лице приподнялась в немом вопросе.

– Я хотела… Не могли бы Вы… пояснить, куда мы едем? – еле выдавила из себя я, запинаясь и чувствуя, как ладони становятся липкими под пристальным взглядом. Возможно, извиняющийся тон мне шел, но я бы предпочла быть похожей на тетку Изольду, чей громогласный голос в момент заставляет моих кузенов Тили и Били (не менее, чем в дважды крупнее нее по размеру) подскакивать со свистом с мест. Толстяки любят, как невидимые тени, непозволительно прятаться, почитывая газетенки, вместо того, чтобы, не покладая рук, работать в теткином кафе «Заморских невиданностей» (популярном, между прочим, среди высшего света)! Но я отвлеклась. Воспоминание о хрупкой, но влиятельной тетке Изольде придало мне сил. Я выпрямила спину и с вызовом посмотрела на жениха. Девчонки

Общение с незнакомыми людьми мне всегда давалось с трудом. Несмотря на все внутренние усилия по внушению себе уверенности, я чувствовала себя нерадивой ученицей, вызванной к доске. Скрывающий мрачные тайны жених смотрел свысока, словно в недоумении, что кто-то помимо него посмел открыть рот! Несколько секунд Ратмир молча разглядывал мое лицо, а потом до подозрительного спокойно ответил:

– Я хочу… – он слегка нахмурился, подбирая слова (но, видимо, так и не подобрал ничего путного), – показать тебе одно место. Увидишь.