Чтение онлайн

При тщательной проработке нынешнего «я» возникает персонаж, за которым хочется проследить до самого конца истории. Знакомясь с героем в настоящем времени, мы сразу же понимаем, что для него ценно и важно, какие уроки он успел извлечь из жизненных ситуаций, каких перемен он желает или боится. Это измерение персонажа – пожалуй, самое легкое; его прорабатывают почти все авторы, потому что без него практически невозможен сюжет.

Нынешнее состояние героя – только начало. В повествование обязательно нужно вплести детали прошлого, чтобы читатель знал предысторию персонажей. Ведь невозможно до конца понять человека, если не знать, что сформировало его как личность, что ему довелось пережить, какой путь он прошел. По меткому выражению К. М. Вейланд, писательницы и преподавателя литературной мастерской, «у каждого героя должен быть свой призрак». Это означает, что за каждым персонажем тянется шлейф прошлого; что его преследуют воспоминания и тайны. «Герой прибывает к началу истории со своим багажом», – пишет Вейланд. Груз или багаж – тоже прекрасная метафора для жизненного опыта, для предыстории героя.

В литературе предыстория – это те события из прошлого персонажей, которые непосредственно влияют на сюжет. Это все, что происходит до начала повествования, но определяет его ход. Поэтому к прошлому надо обращаться лишь в том случае, когда без него невозможно понять нынешние поступки, решения или настроения героев. Но, как я уже говорила, предысторию надо продумать заранее. Только так можно создать правдоподобный и многоплановый образ.

Обычно считается, что предысторию лучше не помещать в самом начале текста, но это верно лишь отчасти. С первых же строк обрушить на читателя лавину информации – действительно не лучший ход (это очень скучно читать и тяжело переварить). Читателя надо просветить и заинтриговать, а не отпугнуть или запутать. Истина в том, что небольшие вкрапления (а не куски!) предыстории необходимы во всем повествовании с начала и до конца. Они помогают полностью раскрыть образ героя, выстроить сюжет и создать красочный художественный мир.

Вернемся к нашему примеру из «Острова голубых дельфинов». Итак, последними гостями на острове были охотники, которые приплыли за шкурами морских выдр и чуть ли не полностью истребили этих зверьков. Вождь племени – отец Караны – вспоминает тот случай с большой горечью. Он не торопится привечать новую группу охотников, чье появление нарушило привычный ход жизни на острове. Нынешние гости дают все те же обещания, что и в прошлый раз, а на вопросы о том, какую долю добычи получит племя, отвечают неохотно и туманно. Словом, от них исходит угроза.

Когда возникает необходимость сократить объем, предысторией жертвуют чаще всего. Однако чересчур жесткая правка может лишить глубины любое произведение. С другой стороны, слишком много – тоже нехорошо. Совсем уж мелкие детали лучше убрать из текста и перенести в комментарий (если когда-нибудь ваша писательская карьера дойдет до издания книг с заметками автора). Вскоре мы поговорим о рабочих таблицах, которые помогут вам создать многомерного героя, сюжет и антураж.

Разрабатывая предысторию персонажа, нужно подумать о внешности, чертах характера, сильных и слабых сторонах, талантах и умениях, личных отношениях, внутренних и внешних конфликтах, о среде, в которой вырос герой. Какие цели, какие мотивы проистекают из жизненного опыта персонажа? Как он будет развиваться в дальнейшем? Прошлое должно полнее раскрывать образ героя в настоящем и давать ему почву для эволюции.

Мы не часто задумываемся о предыстории такого персонажа, как, например, Шерлок Холмс. А ведь у него есть прошлое, которое лишь усиливает вечную притягательность этого образа. Холмс славится прежде всего дедуктивным методом и несокрушимой, почти надменной верой в свою интеллектуальную мощь. Однако ему свойственна и скромность – ведь он не ищет славы и богатства. Свой знаменитый метод Холмс разработал, еще будучи студентом и расследуя случаи из жизни однокашников. (Вот вам и происхождение героя.) Очевидно, в университете он и убедился, что дедукция почти никогда не подводит. Знакомство с отцом одного из сокурсников навело Холмса на мысль о карьере частного детектива. Финансовые трудности заставили его искать соседа, чтобы снимать жилье на двоих. Именно так он познакомился с доктором Ватсоном, своим будущим биографом. Прошлое создает вокруг персонажа дополнительный ореол интриги.

Все три измерения должны работать на цельный многоплановый образ. Нынешнее «я» персонажей должно вытекать из всего того, что мы знаем об их предыстории. Если главная героиня – тихая отличница, которую беспощадно травили в школе, очевидно, что в ее прошлом не было места дружбе или романтическим отношениям с одноклассниками. Если в настоящем времени ее внешность резко изменилась, нужно подчеркнуть, что она приложила для этого все усилия именно в результате горького юношеского опыта. Нынешние внутренние конфликты должны отражать то, что она пережила прежде, а ее цели, мотивы и поведение должны соответствовать тому, как она справлялась с давними обидами.

В отличие от предыстории, будущее измерение персонажа (личность, окружение, конфликты и т. п.) не всегда напрямую зависит от тех событий, что должны произойти в книге. Долгосрочный прогноз на дальнейшую жизнь героев тоже не входит в наши задачи. Необязательно показывать, что произойдет с каждым из персонажей через десятки лет. Нам нужно наперед просчитать, что может случиться дальше, к чему выведет нас сюжет, если следовать логике развития характеров.

Задайте себе такие вопросы:

• Чего ваш герой хочет от жизни?

• Что нужно, чтобы этого достичь?

• Что изменится, если он достигнет цели?

• Не менее важно: что случится, если герой не получит желаемого?

• Что стоит на кону?

Если не наделить героя убедительными желаниями, стремлениями, целями и конфликтами, читателям нечего будет предвкушать и не на что надеяться. Они не испытают огорчения, когда герой потерпит неудачу; не затаят дыхание в момент, когда его судьба будет висеть на волоске. Дразнящие проблески лучшего и худшего исхода – вот что заставляет нас дочитать книгу до конца. Нельзя недооценивать их важность; они должны угадываться в каждом эпизоде. Без такой интриги читатель будет постоянно спрашивать себя: «И к чему это все идет? Какой тут смысл? Зачем вообще я это читаю?» Только намеки на будущее побуждают читателя переходить от одной сцены к другой.

Завтрашнее «я» персонажей как раз и позволяет читателям с радостью или страхом ждать новых поворотов сюжета. Это измерение дает возможность гадать, что же дальше, каким путем пойдет герой, какой выбор сделает, что предпримет его противник. Наша задача – не ослаблять интригу, держать читателя в постоянном напряжении, предвкушении. Иными словами, нужно создать эффект неуверенности в развязке и не испортить его нелогичным или блеклым финалом. Будущее измерение выстраивает глубокую перспективу, шаг за шагом подводит читателя к итогу, объясняет, почему все случилось (или не случилось) именно так, а не иначе.

Очевидно, что завтрашнее «я» героя будет постоянно меняться по мере развития сюжета. Напомню одну нехитрую истину: начало книги должно перекликаться с ее завершением. С первых же страниц читателю нужно узнать нечто о целях героя, о его надеждах и ожиданиях. К середине истории убеждения героя раскрываются более полно, но в то же время подвергаются испытанию. Внутренние и внешние конфликты двигают сюжет, а стремления персонажей понемногу трансформируются. Финал должен отобразить весь пройденный путь, хотя в итоге персонажи редко получают именно то, что грезилось им поначалу. Надо сказать, что буквальное и полное осуществление всех надежд нежелательно для развязки книги. Лучше, если концовка будет логичным образом вытекать из всего повествования, но сохранит и элемент неожиданности.

Без «будущего измерения» – намеков и зацепок, которые укажут на возможные варианты развязки – читатель не сможет понять, чего, собственно, ждать от книги. А если ждать нечего, то и читать нет смысла. Поэтому перспектива не менее важна, чем ретроспектива.

Всем главным героям нужно задать вектор развития характера, который будет прослеживаться в любом эпизоде. Человеку необходима цель; пирамида потребностей Маслоу вполне применима и к читательскому опыту.