Чтение онлайн

С другой стороны, универсалы часто становятся жертвами собственной частичной слепоты. Они склонны упускать нюансы из-за отсутствия у них глубоких знаний. Типичные универсалы никогда не были первоклассными исполнителями, поскольку не любят вдаваться в подробности. Специалисты видят глубже, зато универсалы – смотрят шире. Скажу, возможно, упрощенно: универсалы определяют проблемы, а специалисты их решают. Ясно, что универсалы и специалисты дополняют друг друга. На работе нужны оба. В идеале каждый хотел бы стать и тем и другим.

«Я заставляю специалистов говорить в терминах, которые я, универсал, не могу понять, – говорит Сьюзен Огаст, технический аналитик компании «ИнноПас» из Силиконовой долины. – Это моя работа. Я рушу „воздушные замки“, которые специалисты построили для собственной безопасности».

«Существует более двадцати тысяч различных профессий, и в каждой – трудятся исследователи, которые изо всех сил стараются сегодня заменить то, что ими же было создано вчера, – говорит Джон Бёрк, ведущий традиционного шоу «Связи» на Британском телевидении. – Вы быстрее добьетесь признания, если сделаете вашу исследовательскую нишу настолько специализированной, что в ней будет место только для вас. Так что цель большинства ученых – узнать много о малом, описав то, что они узнали, – настолько узкоспециальными и профессионально точными терминами, что фактически их едва ли поймут их собственные коллеги, не говоря уже о широкой публике». Вот и получается, что роль универсала – переводить и разрушать границы.

Я полагаю, что имеет смысл выйти за пределы двоякого понятия о том, что вы обязательно должны быть одним или другим – универсалом или специалистом. Смешение двух способов существования возможно. Я называю этот, третий, путь – «Витрувианская способность», по имени Витрувианского человека, знаменитого рисунка Леонардо да Винчи 1492 года, изображающего обнаженную мужскую фигуру, представленную в двух положениях, с распростертыми руками и расставленными ногами. Такое положение определяет строгие пропорции между длиной и шириной. Еще этот рисунок напоминает о единстве искусства и науки, учитывая, что фигура Витрувианского человека вписана одновременно в круг и в квадрат – самый запоминающийся символ, созданный самым знаменитым в истории человеком Возрождения.

Журналист Брайан Гамбел однажды был представлен в журнале «Спортс Иллюстрейтед» как «друг, которого можно привести на любую вечеринку, потому что он знает все обо всем. Это лучший в мире партнер по Тривиал Персьют [6] , завсегдатай Джеопарди [7] , один из последних людей Возрождения. Он еще и Красавчик Браммел [8] наших дней, у него безупречный стиль. У этого человека более ста костюмов, и с некоторых из них до сих пор так и не срезаны бирки. Он никогда не выйдет из дома, не подобрав в тон галстук, запонки, нижнее белье и носки. Он – знаток хорошей кухни, ценитель шампанского, человек мира, гольфист с гандикапом 12 [9] , отец двоих детей и мультимиллионер».

Тайлер Коуен, профессор экономики университета Джорджа Мейсона, ведет популярный блог под названием «Маргинальная революция», охватывающий поразительно широкий круг вопросов. Он слывет эрудитом мирового класса и залпом, как комиксы, проглатывает 816-страничные фолианты, вроде «Африка: биография континента», слушает все – от Баха до бразильского техно, выискивает экзотические блюда по всему миру, а также находит время для путешествий в далекую Мексику, чтобы пополнить коллекцию картин на бумаге амате. Смысл жизни для него – в неразрывном слиянии с культурой, и его читателям косвенно достается доля культурных богатств, которыми он владеет. Недаром его назвали «культурным миллиардером».

Кристин Ченоуэт – певица, актриса музыкального театра, кино и телевидения, лауреат премии Тони. Среди самых известных ее ролей – Глинда в бродвейском мюзикле «Грешник» и Аннабет Скотт в телевизионном шоу «Западный ветер». Однажды Ченоуэт призналась корреспонденту газеты «Нью-Йорк Таймс»: «Может, я и страдаю профессиональным дефицитом внимания, но я ежедневно успеваю переделать пять миллионов всевозможных дел». Видимо, столько и требует ее яркая индивидуальность, которая, несмотря на внешнюю миниатюрность, сочетает в себе «веру в Иисуса, сексуальный шарм, строгий профессионализм, детскую беззащитность, недюжинный талант и непреклонное, неутомимое стремление эксплуатировать все это на полную катушку. Ее личность напоминает щенков в корзинке – каждая амбиция лезет на другую, желая выбраться наружу».

Другое воплощение «универсализма» – Снупи из дешевых комиксов. Он – астронавт, отправившийся на Луну, без пяти минут известный писатель и охотник. Он – все, что только может создать его воображение: муравьед и куропатка на грушевом дереве, пиранья, Гекльберри Финн, Микки Маус, свирепая белая змея, профессиональный игрок, доктор Джекил и мистер Хайд, крупный специалист по стрекозам. Он расточает «поцелуи, что слаще вина» [10] и путешествует по Сахаре и Франции. Он – поклонник абсурда, и ему это никогда не надоедает. Он же – Снупи – на все лапы мастер.

Живой ум – одна из самых желанных вещей. И все же, как ни странно, эта идея встречает широкое сопротивление. Почему? Четыре препятствия, что перечислены ниже, представляют собой силы, которые все мы должны преодолеть, чтобы получить сильный, тренированный универсальный ум. Это наши четыре всадника Апокалипсиса.

1. Интеллектуальный голод. Без постоянного обучения легко может начаться интеллектуальное голодание. Назовем его «энтропией мозга». Вспомните последний год учебы в школе или в колледже (смотря где вы сошли с этой карусели) и спросите себя: сейчас мой ум острее, чем был тогда? Скорее всего, вы придете к неутешительному заключению, что, когда вас заставляли умственно трудиться – выполнять задания, выступать с презентациями и готовиться к тестам, – вы были более сообразительным, более проницательным, более восприимчивым, чем сейчас, когда навалились обыденные проблемы, которые вас не вдохновляют, и работа, не требующая умственных усилий. Это правда – как только заканчивается наше формальное обучение, начинает развиваться «умственный застой», если только мы не принимаем активных мер, чтобы обратить вспять эту энтропию. Берегитесь энтропии.

2. Антиинтеллектуализм. Жесткое давление антиинтеллектуализма испытывает вся общественная культура. Я его ненавижу. Я читала как-то в каком-то ненаучном журнале одну статью, автор которой употребил слово «экзогенный», тут же дав ему определение как «направленный вовне»; меня очень задело, что затем автор стал извиняться за то, что вообще употребил это слово, как будто употребление редкого слова могло вызвать осуждение, замешательство, упреки цензуры и всеобщее неудовольствие. Мы живем в особенную эпоху, когда тупость считается хорошим тоном и политкорректностью. Открытые проявления живого ума ассоциируются с элитарностью или декадентством. Количество нереализованной умственной энергии среди населения даже вполне развитых стран просто ужасает. Многие даже гордятся своей умственной ограниченностью. Мещанство существует. Оно наш противник.

3. Групповое мышление. Третий фактор, который нужно преодолеть, это групповое мышление. Групповое мышление означает отсутствие мышления независимого, критического. Оно подчиняется группе, отказывается от творчества, воображения и профессиональной ответственности в пользу серой массы. С точки зрения группового мышления, согласие и подчинение – превыше личного мужества, открытости, дерзости и инициативы. Чтобы преуспевать, со всем и всегда следует соглашаться. И так везде.

4. Нехватка времени. Четвертый фактор, который не дает нам развивать живой ум, – это ощутимая нехватка времени. Возражение настолько сильное, разумное, распространенное, понятное, логичное и подходящее всегда, что я посвятила ему целую главу (см. главу 6).

Преодоление этих препятствий дает нам возможность получить более богатый, более насыщенный жизненный опыт и открывает путь всем людям – мужчинам и женщинам – эпохи нового Возрождения.