Чтение онлайн

На Чансери-лейн тоже никто не вышел. Теснота, тычки локтей и колен стали еще сильнее: снова свершилось чудо — в вагон было запрессовано еще несколько пассажиров. Поезд медленно набирал скорость. Несколько секунд привычного гулкого грохота, затем резкая остановка и темнота — погас свет.

Генри даже и выругаться не успел, как поезд пошел снова. Тут неожиданно оказалось, что с боков его больше никто не подпирает — он чуть не упал. Протянув вперед руку, он ухватился за что-то мягкое. Но в этот миг лампы вспыхнули снова и выяснилось, что этим неизвестным мягким предметом была девушка в зеленом плаще.

— Да как вы смеете… — начала она, но ее голос тут же прервался, рот так и остался открытым, глаза вытаращились.

У Генри глаза тоже полезли на лоб: в вагоне, который еще минуту назад был до предела набит плотно утрамбованной человеческой массой, теперь, кроме Генри и зеленой девушки, находились всего три человека. Один из них был мужчина почтенных лет, уткнувшийся в свою газету с таким видом, словно он, наконец, достиг того, о чем мечтал всю жизнь. Напротив него сидела моложавая дама, погруженная в глубокую задумчивость. В самом конце вагона мирно спал какой-то парень.

— Ишь ты! — воскликнула девушка. — Милли-то смылась! Ну и задам же я ей завтра. Знает, что мне тоже вылезать в Холборне, так нет — сама сошла, а мне ни гу-гу. — Она запнулась. — Ведь это был Холборн?

Генри обалдело оглядывался по сторонам. Девушка схватила его за руку.

— Ведь это был Холборн? — повторила она с надеждой в голосе.

Мысли Генри витали в неведомых далях:

— Э-э-э, какой-такой Холборн?

— Ну та остановка, где все сошли. Тут ведь кроме как Холборну быть нечему, правда?

— Я… э-э-э… плохо знаю эту линию, — выдавил он.

— Но я-то знаю ее, как свои пять пальцев. Холборн это был, это уж точно. — Она явно старалась убедить себя в этом.

Генри снова оглядел раскачивающийся на ходу вагон и длинные ряды свисающих с поручней ременных петель.

— Я… э-э-э… не заметил никакой станции, — пробормотал он.

— Да ведь была же она! Где же, по-вашему, они все сошли?

— В самом деле, — ответил он, — где же еще?

Помолчали. Поезд, подрагивая на стыках и раскачиваясь, набирал скорость.

— Следующая остановка Тоттенхем-Корт-Роуд, — заявила девушка. Но особой уверенности в ее тоне не чувствовалось.

Поезд продолжал грохотать. Она пристально всматривалась в пустую темноту окна.

— Послушайте, — предложил Генри, — давайте-ка расспросим других пассажиров. Может быть, они что-нибудь знают.

Генри и следовавшая за ним по пятам девушка подошли к даме. Дама была одета в великолепно скроенный костюм и меховую накидку. Коротенькая вуалетка спускалась с полей круглой шапочки, кокетливо сидевшей на черных кудрях. Туфельки и совершенно прозрачные чулки были подчеркнуто отличного качества. Затянутые в длинные перчатки руки покоились на черной кожаной сумочке, лежавшей на коленях. На лице застыло отсутствующее выражение: видимо, она целиком погрузилась в свои мечты.

— Извините, — обратился к ней Генри, — не скажете ли вы, как называлась та станция, на которой все вышли?

Длинные ресницы медленно приподнялись. Глаза оценивающе оглядели Генри сквозь вуалетку. Наступила длительная пауза, во время которой дама, видимо, перебирала в уме причины, вызвавшие у Генри прилив общительности. Генри подумал, что выражение «молодящаяся» подходит к ней куда больше, чем «моложавая».

— Нет, — ответила она с легкой улыбкой, — я не заметила.

— И ничто вам не показалось удивительным? — настаивал Генри.

Подрисованные брови слегка выгнулись, а глаза провели повторную инвентаризацию.

— Удивительным? Что вы называете удивительным? — спросила она.

— Да хотя бы то, как быстро опустел вагон, — объяснил Генри.

— Что же в этом удивительного? Мне это показалось ужасно милым. Их тут было так много!

— Совершенно справедливо, — согласился Генри, — но мы никак не можем понять, где и когда все успели выйти.

Брови поползли еще выше.

— Вот как! Но мне кажется, я не обязана…

Позади Генри послышалось покашливание и шелест газеты.

— Молодой человек! Прекратите беспокоить даму своей назойливостью. Если у вас есть жалобы, благоволите обратиться в соответствующие инстанции.

Генри обернулся. Говоривший оказался седеющим человеком с тщательно подстриженными усиками на розовой, пышущей здоровьем физиономии. Лет ему было примерно пятьдесят пять, а одевался он строго по моде Сити — даже котелок и портфель были налицо. Человек из Сити бросил на даму вопросительный взгляд и получил в награду легкую улыбку. Затем он снова перевел глаза на Генри. Теперь его взор стал чуть мягче: видимо, с фасада Генри произвел более благоприятное впечатление, чем с тыла.

— Прошу прощения, — обратился к нему Генри, — дело в том, что эта девушка пропустила свою остановку… Да и вообще тут многое нуждается в объяснении.

— Последней остановкой, на которую я обратил внимание, была Чансери-лейн, так что, должно быть, остальные пассажиры вышли в Холборне.

— Чересчур уж быстро они сошли!…

— Вот и прекрасно. Лица, ответственные за порядок на транспорте, вероятно, ввели какой-нибудь новый метод обслуживания пассажиров. Они, как вам известно, постоянно заняты усовершенствованием и разными новыми идеями.

— Пусть так, но мы вот уже минут десять как едем без остановок и все еще не видели ни одной станции.

— Должно быть, нас перевели по каким-нибудь техническим причинам на запасный путь.

— Запасный путь! В метро-то! — запротестовал Генри.

— Не в моих принципах, уважаемый, совать нос в чужие дела. И вам тоже не советую это делать. В конце концов, на все случаи жизни существуют специальные инстанции, и они-то, уверяю вас, свое дело знают, даже если кое-кому их действия и представляются странными. Господи, да если мы перестанем доверять властям, наше общество окажется на краю бездонной пропасти!…

Генри посмотрел на девушку в зеленом плаще, она слегка пожала плечами в ответ. Они отошли и сели поодаль. Генри предложил девушке сигарету, и оба закурили.

Поезд лязгал в четком установившемся ритме. Платформа, которую они ждали, все не появлялась: в темных окнах отражались лишь их собственные лица. Генри взглянул на часы.

— Едем больше двадцати минут, — сообщил он. — Это положительно невероятно.

— Прямо-таки мчимся, — добавила девушка, — да еще под уклон.

В самом деле, поезд явно несся вниз по крутому уклону. Генри заметил, что вторая пара теперь принялась беседовать уже весьма оживленно.