Чтение онлайн

Гадать по звездам и полетам

По собственным отбросам: о рабы, – Среди снегов и в солнечных пустынях –

Рабы, рабы, рабы – рабы, без счета – Голодные на кнут и пряник –толпы… Что им Олимп? Походы Александра?

Мы перепрыгнем лужу Геллеспонта!

Взнуздаем Азию! У нас Вожди,

Избранники трибун и стадионов,

Им видно все, они не уязвимы,

Повязку – на рукав, штандарты на площадь Весь мир – котел вскипающих знамен…

Большинство немцев, покинув страну жили жизнью эмигрантов, но Готфрид Бенн остается, продолжая жить со своим народом. Нацисты запретили печатать произведения Готфрида Бенна, так как не могли воспользоваться его услугами ради своей грязной политики. В то время в Германии прославилась книга Йорга Ланца фон Либенфельса «Теозоология». В книге часто употреблялся термин «чандализм». «Чандализм» значил смешение представителей высшей расы с представителями обезьяноподобной низшей расы. Говорят, что нацистские идеи Гитлера немало почерпнули из этой философии.

Внутренняя свобода, смелость как воздух и вода необходимы творческой личности. Потому что, оставаясь наедине с самим собой, он будет объективно относиться к происходящему, не будет никого повторять, служить чьим-то неверным идеям. Готфрид Бенн был одним из таких людей. Обратимся к одному из его стихотворений.

Равнодушие к изменчивости мира

– глубина мудреца.

Забота детей и внуков не проникают в него. Следовать направлениям,

действовать, прибывать, отбывать Все это для тех,

кому не дано ясного зрения.

Юрий Архипов в своем очерке «Двойное бытие Готфрида Бенна» пишет: «Когда в Германии говорят Олимпиец, подразумевают Гете. Если же поминается Двойная жизнь, то на ум сразу же приходит Готфрид Бенн (1886-1956) последний по времени немецкий поэт и которому приложили титул великий. Так – «Двойная жизнь» – он сам назвал свои мемуары… И он, и его сподвижники-экспрессионисты пытались со своими изломами привычного синтаксиса добыть сверхэнергию архаика, очистив ее от «заштемпелеванных» (Андрей Белый) напластований культуры. Вернуться вспять, за первый день творения» – вот к чему призывал Готфрид Бенн.

До славы, однако, еще надо было дожить, в этих самых катастрофах века уцелеть… От более тяжких преследований Бенна спасла все та же двойная жизнь: «бегство в армию, где врачи всегда востребованы… Двенадцать лет без читателей, треть творческой жизни!.. Все эти годы работал напряженно и постоянно… Русская литература, русская культура и даже русская жизнь, кстати, всегда были предметом особой, внимательной к деталям любви Бенна. Признание в этой любви он вместил в пространный верлибр, написанный в 1943 году, в разгар войны… У мира по Ницше есть только одно – эстетическое – оправдание… Того же мнения держался и Готфрид Бенн».

Поэт участвовал в Первой и Второй мировых войнах, самоотверженно работал как военный врач. Пламя войны и кровь невинных людей потрясли, произвели переворот в мировоззрении, взглядах на жизнь любого интеллигента.

Порицая Первую мировую войну великий русский писатель Максим Горький писал в своем стихотворении:

Как же мы потом жить будем?

Что нам этот ужас принесет? Что теперь, от ненависти к людям Душу мою спасет?

Готфрид Бенн поэт и врач, прошедший пламя войны. Как врач, давший клятву Гиппократа, как поэт, не запятнавший свою совесть, он искренен и честен перед своими ранеными пациентами и читателями с раненым сердцем, впрочем, как и всегда:

Жизнь – разных форм круженье,

в них – и я и мы, и ты, но вечной раны жженье в чем смысл всей суеты? Вопрос по-детски сказан, Отыщешь не сразу ответ, одно лишь ясно: ты обязан рассудком, страстью, мифом связан – Нести свой крест, иного нет. Снега, моря, любая вещность

Все сменит форму бытия, Две вещи вечны: бесконечность и предначертанное «я».

Я хочу представить вам идеи современного американского писателя Нила Доналда Уолша «Беседы с Богом». В этой книге Бог советует людям: «Я желаю того же, что и вы. Когда вы воистину возжелаете, чтобы не было голода, голода не станет. Для претворения этого я дал вам все необходимые возможности. Все необходимое, что нужно чтобы сделать этот выбор в вашем распоряжении. Однако вы до сих пор не сделали это. Не потому, что вы не умеете. С голодом в мире можно покончить в глобальном масштабе… Таким же образом вы можете положить конец всем войнам. Очень просто».

Одна из самых больших трагедий ХХ и ХХI веков горькая судьба безвинных детей павших жертвой войн. Слова «Я пожалуюсь на тебя Богу» в последнем вздохе ребенка, потерявшего надежду на вооруженного, безжалостного врага на войне, – душераздирающая истина. Это трагедия века!

Ты кровь, а я кровоточу, как рана

Ты вниз стекаешь темною струей Ты щупальце ночное, что поляну, Вот-вот затянет черной пеленой.

Ты грузных роз предсмертное цветение

Потерь последних одинокий час, Мучительное слишком сновиденье, Что возвращалось слишком много раз.

Действительность ты оттолкнул подале –

Доступный мир не стоит ни копья,

Томительна обманчивость деталей,

И непостижно внутреннее,

Хоть знак, хоть слово – что там не молчи же

Но в глубине все тихо и мертво,

Молчи и ты и опускай же ниже В унылый мрак, где больше никого. Подумается вдруг – само собою

Что был ты прежде? как же ты забыл

Небесный цвет? Вопрос? Словцо любое

Из тех, что ты когда-то так любил?

И свет, и слово, бывшие моими Случилось мне, растратя, разорить. И должно навсегда проститься с ними И старого уже не ворошить.

Вот день последний – жаркий запоздало Ручей течет куда-то в мир иной.