Чтение онлайн

Поскольку Доменико и Сюзанна были женаты уже шесть лет, вполне вероятно, что Христофор не был старшим ребенком, но если у него и были старшие братья и сестры, то они умерли или младенцами, или в раннем возрасте. В любом случае Бартоломео Колумб, будущий аделантадо [14] Вест-Индии, был по крайней мере на год или два моложе Христофора. Кроме того, известно о существовании еще одного брата Джованни Пеллегрино, умершего в молодости, и сестры Бьянчинетты, о которой почти нет никаких сведений. И наконец, последний младший брат Христофора, Джакомо, вероятнее всего, был младше первопроходца на целых семнадцать лет, поскольку нашлись бумаги 1484 года о его ученичестве, тоже на ткача, в которых упоминается шестнадцатилетний возраст. К Джакомо, более известному как Диего (испанский эквивалент), Христофор испытывал привязанность, которую старшие братья часто испытывают к самому младшему ребенку в семье. Он взял его во Второе плавание и после того, как не увидел в молодом человеке задатков моряка и колониста, выхлопотал Диего священный сан и предпринял тщетные попытки добиться для него испанского епископства от королевы. Сын Колумба, Диего, вероятно, был назван в честь дяди.

В 1455 году, когда Христофору было четыре года, родители переехали в дом с внутренним двором и садом недалеко от порта Сант-Андреа. Современный дом, стоящий до сих пор на том же фундаменте, теперь обозначен Casa di Colombo. Поскольку Доменико был не просто ткачом, зависящим от жалованья, а имел статус мастера-суконщика (если использовать старый английский термин), он владел одним или несколькими ткацкими станками, покупал собственную шерсть, продавал готовую ткань и обучал мальчиков-подмастерьев ремеслу. Как гражданин Генуи и член местной гильдии суконщиков, он занимал респектабельное положение в низших слоях среднего класса.

Мать Христофора так и осталась для истории неясной фигурой, но личность его отца так или иначе всплывает из сухих записей. Не обладая силой воли собственного сына, Доменико, похоже, слыл незаурядным оптимистом. Он часто давал обещания, которые не мог выполнить, покупал товары, за которые был не в состоянии заплатить, и начинал пробовать себя в производстве второстепенных товаров, сыра и вина, вместо того чтобы развивать свое ткацкое дело. Нам случайно известно имя торговца сыром, который женился на его дочери Бьянчинетте, поскольку ему пришлось отсуживать у тестя обещанное приданое. Хотя Доменико и был плохим кормильцем своей семьи, он тем не менее считался добрым малым, ибо получал немалые кредиты и числился в нескольких комитетах ткацкой гильдии. Он входил в число тех отцов, которые закрывали лавку, если торговля шла плохо, и отправлялся с сыновьями на рыбалку, или тех продавцов вина, которые сами себе были лучшими покупателями.

В течение следующих пятнадцати лет архивы ничего не говорят нам о Колумбе. Существуют лишь свидетельства современников, что к восемнадцати годам Христофор обладал высоким ростом и заметно выделялся в толпе огненно-рыжей шевелюрой. Младший Бартоломео выглядел подростком. Генуэзские летописцы утверждают, что эти два знаменитых впоследствии брата в молодости трудились вовсе не ткачами, а были простыми чесальщиками шерсти. Скорее всего, они чесали сырье, закупаемое отцом, а мать занималась приданием пряжи соответствующего окраса. Но потом в любом случае ткать приходилось всем троим, в то время как отец семейства пил в тесной компании приятелей.

В начале 1470 года Доменико Коломбо был включен в комитет своей гильдии для изучения правил и предписаний савонских мастеров-суконщиков с целью принятия их в Генуе. Очевидно, это убедило его в том, что торговля в Савоне идет лучше, поскольку к 1 марта он перебрался туда с ткацким станком, семьей и подмастерьем. Из найденных бумаг мы знаем, что побочным делом отца стала винная торговля в розницу, поскольку в одном документе он назван табернарием [15] , а 31 октября 1470 года его сын Христофор, «старше 19 лет», признал за собой долг в размере более 48 генуэзских фунтов в счет оплаты ранее доставленных вин. Поскольку Христофор достиг совершеннолетия в соответствии с генуэзскими законами и, как трудолюбивый и благочестивый молодой человек, он считался более материально обеспеченным, чем его непутевый родитель.

Тем не менее нет никаких достоверных свидетельств, что Христофор переехал в Савону вместе с отцом, поскольку винный долг был признан Генуей, а следующие обнаруженные документы датированы уже 1472 годом. К ним относятся: засвидетельствование завещания Христофором де Коломбо из Генуи, суконщиком, в Савоне от 20 марта и заключение достаточно крупного договора между Доменикусом Коломбо и его сыном Христофорусом, с одной стороны, и торговцем шерстью – с другой, о покупке сырья и оплате его полотном от 26 августа. Вполне возможно, что в 1471 году Христофор уходил в море, а вернувшись, снова встал к родительскому ткацкому станку.

7 августа 1473 года Христофор вместе с обоими родителями и братом Джованни Пеллегримо заключил соглашение о продаже дома в Порто-дель-Оливелло в Генуе, а в 1474 году «ткач Доменикус де Квинтус, житель Савоны» арендует землю у кафедрального капитула. После этого следы семьи снова теряются на 9 лет. Известно лишь, что за время этого перерыва Сюзанна Коломбо и Джованни Пеллегрино умерли, а Доменико вернулся в Геную с маленьким Джакомо и Бьянчинеттой и поселился в доме Порта-Сант-Андреа. Старик, занимавшийся ткачеством и живший на денежные переводы своих сыновей из Португалии, обнаружил, что этот дом для него стал слишком велик. Итак, в 1483 году «Доменико Коломбо, сын Джованни, гражданин Генуи, бывший ткач» сдал сад и большую часть дома в аренду сапожнику, оставив за собой чердак и малую долю пространства на первом этаже. Несколько лет спустя кредиторы стали оказывать давление на поднадоевшего должника и предложили Доменико продать этот дом некоему торговцу сыром за 250 генуэзских фунтов. Поскольку право собственности на дом в Сант-Андреа принадлежало Сюзанне, Христофор и его братья были заинтересованы в сохранении недвижимости. Кроме того, Доменико выступающий в качестве «отца и законного представителя Христофора, Бартоломео и Джакомо, сыновей упомянутого Доменико и наследников покойной Сюзанны, их матери», смог воспротивиться продаже имущества на том основании, что цена была недостаточной. Его имя, указанное в документе от 30 сентября 1494 года, является последним сохранившимся у нас следом отца Христофора.

Можно лишь предполагать, что Джакомо к тому времени покинул дом, последовав примеру брата, Бьянчинетта была замужем, а старик, вероятно, умер через пару лет, поскольку он уже не упоминается в майорате Христофора от 1498 года. Тем не менее имя родителя не осталось в забвении: Христофор и Бартоломео назвали столицу Эспаньолы «Санто-Доминго» в честь святого покровителя отца.

Уверен, что этот момент кто-нибудь из сторонников «Колумбийской Испании» наверняка скажет: «Все это очень красивая история, но где веские доказательства, что некий Христофоро Коломбо, чесальщик шерсти, сын веселого ткача, и есть тот самый „Very Magnificent Don Cristobal Colon, Admiral of the Ocean Sea“? He вижу никакой убедительной связи!»

К счастью, у нас есть три документа, которые устанавливают эту связь, а в равной степени и опровергают ересь о Колумбе-португальце (Colom Portugues), Колумбе-каталонце (Colom Catali), Колумбе-корсиканце (Colomb Corse) – далее по списку.

1. В Генуе 22 сентября 1470 года «Доминикус де Коломбо и его сын Христофор» договорились с неким Джеронимо дель Фуэрто передать спор между ними в суд, который обязал Коломбо выплатить 25 генуэзских фунтов. Тридцать шесть лет спустя, в своей последней воле, выраженной в письменной форме, Адмирал Моря-Океана обязал душеприказчиков выплатить 20 дукатов наследникам Джеронимо дель Фуэрто из Генуи: очевидно, он не желал покидать этот мир с неоплаченными долгами.

2. У брата Доменико по имени Антонио было четверо сыновей. Старший из них, Джаннетто (по документам – Джонни), в 1460 году в возрасте четырнадцати лет был отдан в ученики к портному. 1 октября 1496 года, после смерти Антонио, остальные трое его сыновей – Йоханнес, Матеус и Армгетус, – встретившись в нотариальной конторе Генуи, доверили старшему брату (Джонни), бывшему подмастерью портного, отправиться в Испанию и разыскать там «Доминуса Христофоруса де Коломбо, Адмирала его величества Испании [Armiratus Regis Ispanie]», при этом «каждый вносит по трети расходов на дорогу». Был ли этот шаг предпринят для того, чтобы взыскать какой-то долг, чтобы Адмирал посодействовал старшему Джонни в поисках хорошей работы или даже, например, для того, чтобы просто приблизиться к богатому дядюшке, – об этом мы не знаем и не узнаем никогда. В любом случае Джонни получил работу: Колумб назначил его капитаном одной из каравелл Третьей экспедиции, а Диего (брат Христофора) завещал Джаннетто сотню золотых кастельяно [16] .

3. Наконец, у нас есть документ, из которого мы видим, как некий Себастьяно Кунео из Савоны пытался добиться заочного судебного решения против наследников Доменико Коломбо. За много лет до этого отец Христофора получил право собственности на определенные участки земли от отца Кунео, но (что характерно для Доменико) не торопился оплатить приобретение. Кунео привел к нотариусу пекаря и шляпника – старых савонских соседей Доменико, и 26 января 1501 года они официально засвидетельствовали, что «Христофор, Бартоломео и Джакомо де Коломбис действительно являются сыновьями и наследниками Доменико», но давно отсутствуют в Генуэзской Республике, «обитая в некоторых частях Испании».