Чтение онлайн

– Парашютный десант делается так. Тебя берут за руки за ноги и спиной об пол бросают три раза.

– Так ведь больно,– сказал Курзов.

– Там тебе не санаторий,– пояснил рассказчик.– Ну, потом ты уж вроде как с вой и вместе с другими участвуешь в выборах.

– Разве и там бывают выборы?

– Выборы бывают даже на поле. Там выбирают старосту. Один между коленок зажимает билетик с фамилией. Другие по очереди с завязанными глазами и руками подходят и вытаскивают билетик зубами…

– Ну, это можно,– довольно сказал Курзов.– Ничего страшного.

– Страшного, конечно, ничего. Только когда твоя очередь подходит, тебе вместо коленок голый зад подставляют.

Председатель был человек брезгливый, и он поморщился. Ему захотелось узнать, кто же это все так интересно рассказывает, и он вышел в коридор, вроде бы для того чтобы заглянуть в бригадирскую.

На длинной скамейке под стенгазетой сидели сидели Николай Курзов и Леша Жаров, которого три года назад посадили на восемь лет за то, что он украл на мельнице мешок муки. Увидев председателя, Леша поспешно поднялся и стащил с головы картузсс оторванным козырьком, обнажив стриженую с начавшими отрастать волосами голову.

– Здрасьте, Иван Тимофеевич,– сказал он таким тоном, каким говорят обычно людикпосле долгой разлуки.

– Здравствуй,– хмуро сказал председатель, как будто видел Лешу только вчера. Освободился?

– Выскочил досрочно, сказал Леша.– По зачетам.

– Ко мне, что ли?

– До вас, согласился Леша.

– Ну, заходи.

Леша пошел за председателем в кабинет, ступая осторожно своими потертыми бутсами, как будто боялся кого-нибудь разбудить. Он подождал, пока председатель сядет на свое место, и только после этого сам сел на краешек табуретки по другуюпсторону стола.

– Ну, что скажешь? помолчав, хмуро спросил председатель.

– На работу до вас проситься пришел, Иван Тимофеевич, почтительно сказал Жаров, в волнении растягивая картуз на колене.

Председатель задумался.

– На работу, значит? – сказал он.– А какую я тебе могу дать работу? Ты, Жаров, зарекомендовал себя не с хорошей стороны. Вот мне на МТФ человек нужен. Я бы тебя послал, так ведь ты молоко воровать будешь.

– Не буду, Иван Тимофеевич, пообещал Леша.– Вот чтоб мне провалиться на этом месте, не буду.

– Не зарекайся,– махнул рукой Голубев.– Тебе божиться, что дурному с горы катиться. Прошлый раз сколько я тебе говорил: Смотри, Жаров, нехорошо себя ведешь. Доиграешься. Говорил я тебе или нет?

– Говорили,– подтвердил Жаров.

– Вот говорили. А ты мне что говорил? Ничего, мол, переживем. Вот тебе и ничего.

– Напрасно вы старое поминаете, Иван Тимофеевич, – проникновенно сказал Леша и вздохнул глубоко. Я ваши слова в лагере вспоминал часто. Помню, сидели мы раз за обедом, и как раз дали нам компот…

– Неужто и компот дают? – заинтересованно спросил председатель.

– Это где какой начальник. Один голодом морит, а другой, если хочет, чтобы план выполняли, и накормит тебя, и оденет потеплее, только работай на совесть.

– Есть, значит, и хорошие начальники? – с надеждой переспросил председатель и подвинул к Жарову пачку папирос Дели.

– Кури. Ну, а как там в смысле массовых мероприятий?

– Этого сколько хочешь,– сказал Леша.– Кино, самодеятельность, баня раз в десять дней. Самодеятельность получше, чем у нас в городе. Там у нас был один народный артист, два заслуженных, а простых я и не считал. Вообще народу грамотного сидит… Леша понизил голос…– бессчетно. Был у нас один академик. Десятку дали. Хотел испортить кремлевские куранты, чтоб они на всю страну неправильно время показывали.

– Да ну? – Председатель недоверчиво посмотрел на Лешу.

– Вот те и ну. Вредительства, скажу тебе, Иван Тимофеевич, у нас полно. Вот, к примеру, ты куришь папироски, вот эти Дели, а в них тоже вредительство.

– Да брось ты, – сказал председатель, но папироску изо рта вынул и посмотрел на нее с подозрением. Какое же здесь может быть вредительство? Отравлены, что ль?

– Хуже, убежденно сказал Леша.– Вот можешь ты мне расшифровать слово Дели?

– Чего его расшифровывать? Дели значит Дели. Город есть такой в Индии.

– Эх, вздохнул Леша,– а еще грамотный. Да, если хочешь знать, по буквам Дели– значит Долой Единый Ленинский Интернационал.

– Тише ты,– сказал председатель и посмотрел на дверь.– Это, знаешь, нас с тобой не касается. Ты мне лучше насчет бытовых условий объясни.

Потом в кабинет, не дождавшись своей очереди, в ошел Николай Курзов. Утром ему надо было ехать на лесозаготовки, и он просил председателя выписать ему два килограмма мяса с собой.

– Завтра придешь, сказал председатель.

– Как же завтра, сказал Николай.– Завтра мне уже чуть свет отправляться надо на поезд.

– Ничего, отправишься послезавтра. Я справку дам, что задержал тебя.

Он подождал, пока дверь за Николаем закрылась, и нетерпеливо повернулся к Леше:

– Давай рассказывай дальше.

Баба Дуня, которая отрабатывала минимум трудодней, дежуря у продуктового склада, видела, что в председательском окне свет не гас до часу ночи.

Председатель все расспрашивал Лешу насчет условий жизни в лагере, и по Лешиному рассказу выходило, что жизнь там не такая уж страшная. Работают по девять часов,та здесь ему приходится крутиться от зари до зари. Кормят три раза в день, а здесь не каждый день и два раза успеешь поесть. Кино здесь он уже с полгода не видел.

Расставаясь, он пообещал Леше приличную работу.

– Пойдешь пока пастухом,– сказал он.– Будешь пасти общественный скот. Оплата, сам знаешь, пятнадцать рублей с хозяина и от колхоза– пятьдесят соток в день. Кормежка по домам. Неделю у одних, неделю у других. Поработаешь пастухом, пообсмотришься, потом, может, подыщем что поприличнее.

В этот день председатель вернулся домой в хорошем настроении. Он погладил по головкам спящих детей и даже сказал что-то нежное жене, отчего та, не привыкшая к мужниным ласкам, вышла в сени и всплакнула немного.

Утерев слезы, она принесла из погреба кринку холодного молока. Иван Тимофеевич выпил почти всю кринку, разделся и лег. Но ему долго еще не спалось. Он вздыхал и ворочался вспоминая до мельчайших деталей рассказы Леши Жарова. Но потом усталость взяла свое, и он прикрыл отяжелевшие веки.

И там люди живут,– подумал он, засыпая.

– 13 -

– Земля имеет форму шара, объяснил как-то Чонкину Гладышев.– Она постоянно врашается вокруг Солнца и вокруг собственной оси. Мы не чувствуем этого вращения, потому что сами вращаемся вместе с Землей.