Чтение онлайн

Маленький брадобрей почесал в затылке, покачал головой, покосился на чайник и, осторожно пятясь, вышел из комнаты. Джон Уэстлок, придвинув кресло, сел рядом с миссис Гэмп. Мартин, усевшись в ногах кровати, стал поддерживать ее с другой стороны.

– Вы, должно быть, хотите знать, что нам нужно?
– заметил Джон.
– Я вам скажу, когда вы придете в себя. Это не к спеху, несколько минут можно подождать. Как вы себя чувствуете? Лучше?

Миссис Гэмп, заливаясь слезами, покачала головой и едва слышно пролепетала имя миссис Гаррис.

– Выпейте немножко...
– Джон замялся, не зная, как назвать содержимое чайника.

– Чаю, - подсказал Мартин.

– Это не чай, - прошептала миссис Гэмп.

– Какое-нибудь лекарство, - отозвался Джон.
– Выпейте немножко.

Миссис Гэмп уговорили выпить стаканчик.

– С одним условием, - расчувствовавшись, заметила она, - что Бетси Приг от меня никогда не получит никакой работы.

– Разумеется, нет, - сказал Джон.
– Уж за собой я ей ходить не позволю, ни в коем случае.

– Подумать только, - сказала миссис Гэмп, - что она ходила за этим вашим другом и могла услышать такие вещи, ах!

Джон посмотрел на Мартина.

– Да, - сказал он.
– Могла выйти большая неприятность, миссис Гэмп!

– Уж действительно, что неприятность!
– отвечала она.
– Только то одно, что я дежурила ночью и слушала его бредни, а она - днем, только это и спасло. Чего бы она ни наговорила и чего бы ни сделала, если бы знала то, что я знаю, двуличная дрянь! Боже ты мой милостивый!
– воскликнула Сара Гэмп, в гневе попирая ногами пол вместо отсутствующей миссис Приг.
– И я еще должна выслушивать от такой женщины то, что она говорит про миссис Гаррис!

– Не обращайте внимания, - сказал Джон.
– Вы же знаете, что все это неправда.

– Неправда!
– воскликнула миссис Гэмп.
– И еще какая неправда! Ведь я же знаю, что она, моя милая, ждет меня в эту самую минуту, мистер Уэстлок, и смотрит в окно на улицу, а на руках у нее маленький Томми Гаррис, который зовет меня своей Гэмми, и правильно зовет, сохрани господь его пестрые ножки (точь-в-точь кентерберийская ветчина, говорит его родной папаша, да так оно и есть), с тех пор как я застала его, мистер Уэстлок, с красным вязаным башмачком во рту; засунул его туда, играя, и уж захлебывается, бедный птенчик; они посадили ребенка на полу в гостиной и ищут башмак по всему дому, а он уж совсем задыхается! Ах, Бетси Приг, и показала же ты себя нынче вечером! Ну, да уж больше я тебя и на порог не пущу, змея ползучая!

– А вы еще были всегда так добры к ней!
– сочувственно заметил Джон.

– Вот это-то и обидно. Вот это мне всего больней, - отвечала миссис Гэмп, машинально подставляя стакан Мартину, который его наполнил.

– Вы взяли ее в помощницы ходить за мистером Льюсомом!
– сказал Джон. Приглашали ее себе в помощницы ходить за мистером Чаффи!

– Приглашала, да больше уж не приглашу!
– отозвалась миссис Гэмп. Никогда Бетси Приг не будет моей компаньонкой, сэр!

– Нет, нет, - сказал Джон.
– Никуда это не годится.

– Не годится, и никогда не годилось, сэр, - отвечала миссис Гэмп с торжественностью, присущей известной степени опьянения.
– Теперь, когда марка, - под этим миссис Гэмп подразумевала маску, - сорвана с лица этой твари, я думаю, что оно и вообще никогда не годилось. Бывают причины, мистер Уэстлок, почему семейство держит что-нибудь в тайне, и когда имеешь дело только с тем, кого знаешь, то и можешь на него положиться. Но кто же теперь может положиться на Бетси Приг, после того что она говорила про миссис Гаррис, сидя вот в этом самом кресле!

– Совершенно верно, - сказал Джон, - совершенно верно. Надеюсь, у вас будет время подыскать себе другую помощницу, миссис Гэмп?

Негодование и чайник лишили миссис Гэмп способности понимать, что ей говорят. Она глядела на Джона слезящимися глазами, шепча памятное имя, которое оскорбила своими сомнениями Бетси Приг, - словно это был талисман против всех земных печалей - и, как видно, уже ничего не соображала.

– Надеюсь, - повторил Джон, - у вас будет время найти другую помощницу.

– Времени мало, это верно, - отозвалась миссис Гэмп, возводя кверху посоловелые глаза и сжимая руку мистера Уэстлока с материнской лаской. Завтра вечером, сэр, я обещала зайти к его друзьям. Мистер Чезлвит назначил от девяти до десяти, сэр.

– От девяти до десяти, - сказал Джон, выразительно глядя на Мартина, а после того за мистером Чаффи будут как следует присматривать, не так ли?

– За ним и нужно присматривать как следует, будьте уверены, - возразила миссис Гэмп с таинственным видом.
– Не я одна счастливо избавилась от Бетси Приг. Не понимала я этой женщины. Она не умеет держать под замочком то, что знает.

– Не удержит под замком мистера Чаффи, вы думаете?
– сказал Джон.

– Думаю?
– возразила миссис Гэмп.
– Тут и думать нечего!

Чисто сардонический характер этой реплики был усилен тем, что миссис Гэмп медленно кивнула головой и еще более медленно поджала губы. Задремав на минуту, она сразу же очнулась и прибавила чрезвычайно величественно:

– Но я задерживаю вас, джентльмены, а время дорого.

Под влиянием этой мысли, а также и чайника, который внушал ей, будто бы ее посетители желают, чтобы она куда-то немедленно отправилась, и вместе с тем хитро избегая упоминания предметов, которых она только что коснулась в разговоре, миссис Гэмп встала, убрала чайник на обычное место, очень торжественно заперла шкафчик и стала готовиться к нанесению профессионального визита.

Приготовления эти были весьма несложны, так как не требовали ничего другого, кроме протабаченного черного капора, протабаченной черной шали, деревянных башмаков и неизбежного зонтика, без которого ей невозможно было ни принимать младенцев, ни обмывать покойников. Облачившись во все эти доспехи, миссис Гэмп возвратилась к креслу и, усевшись на него, объявила, что она совсем готова.

– Большое все-таки счастье знать, что можешь принести пользу им, бедняжкам, - заметила она.
– Не всякий это может. Какие мучения им приходится терпеть от Бетси Приг, просто ужас.

Закрыв при этих словах глаза от невыносимого сострадания к пациентам Бетси Приг, она не открывала их, пока не уронила деревянный башмак. Ее сон прерывался еще не раз, подобно легендарному сну монаха Бэкона *, сначала падением второго деревянного башмака, потом падением зонтика. Зато, избавившись от этих мешавших ей предметов, она безмятежно уснула.

Оба молодых человека переглянулись - положение было довольно забавное, - и Мартин, с трудом удерживаясь от смеха, шепнул на ухо Джону Уэстлоку: