Чтение онлайн

К слову, о талантах – вернемся опять к Элвису. Не перестаю удивляться, что ему нравились „Monty Pythons“, ведь их юмор рассчитан на определенный интеллектуальный уровень. Бедняга! Кто опускается в умственном отношении, тот плохо кончает. У кого мысль заедает, тот не в состоянии разобраться, что к чему, и в результате идет ко дну, частенько даже не замечая этого.

Как-то по телевизору показали «Элвис в концерте». Публику попросили высказать свое мнение о звезде. Так вот, каждый второй твердил о том, что Элвис, мол, красив, прекрасен, сногсшибателен и тэ дэ. Но поймите вы, дорогие мои: красота не освобождает от нашего общего долга как homo sapiens думать, думать и думать! Так завещает великий Леннон!

Кстати, было бы неплохо включить такую фразу в мое завещание.

Но это еще успеется. Далее: о красоте. Красота – это не оправдание. И она не уникальна. Сегодня косметическая хирургия делает чудеса: каждый может стать красивым. Я и Йоко встретили у доктора Янова жену одного пластического хирурга. Она нам таких историй понарассказала – мы только ахали. Практически любое лицо можно перекроить и сделать из тебя Мону Лизу за какие-нибудь пять часов скальпельной работы. Даже если предположить, что она кое-что приукрасила, все равно картина получается весьма впечатляющая. Одним прекрасным утром наш Элвис посмотрел на себя в зеркало и решил, что ему не нравится его нос. И он решил его перекроить. Сказано – сделано. И вот сидит наш король в своем доме в Мемфисе и любуется на свой новый нос. Нос-то новый, да сам-то он остался как был! Так было дело, Элвис?

Мы тебя научим уважать великого человека!

Да ты сам на себя в зеркале полюбуйся! Урод, да и только…

Я прислушался. Нет, показалось. Слишком тонкий слух иногда улавливает какие-то вибрации, которые плохо поддаются расшифровке. Или я стал яснослышащим? Ведь есть же ясновидящие, так почему бы не быть яснослышащим? Новый виток эволюции, привет Дарвину!

Но вернемся к вопросу о носах.

Да что там Элвис! Даже моя первая жена Синтия сделала свой нос красивым. А что это изменило в наших с ней отношениях? Как будто в этом было дело! А ведь как бы просто жилось на белом свете, если бы мы все прооперировали наши носы и стали бы счастливыми! Но нет, не тут-то было. В этом пункте мы с Элвисом и иже с ним кардинально расходимся. Дело не в носах! Кто-то из классиков написал повесть «Нос» (если доживу до седых волос, прочту), но я думаю, это была шутка. Важно то, что внутри, а не то, что снаружи. Твоя способность мыслить и чувствовать определяет тебя как личность, как человека. Нос, глаза, рот есть у каждого, но они разные. Да, мы все разные. Наука установила, что даже однояйцевые близнецы не идентичны. С осознанием этого немаловажного обстоятельства надо уметь жить. И все-таки, несмотря на все различия, люди могут понять друг друга. Люди могут договориться друг с другом. Люди могут жить друг с другом в мире. Я в это и теперь верю, хотя наши с Йоко кампании за мир и не принесли желанных плодов. Вот только носы и прочие внешние черты здесь ни при чем! Мир во всем мире – дело будущего.

Надвигалось время ужина. Сосание под ложечкой становилось все более ощутимо. Но перспектива идти на кухню, рыться в шкафчиках, доставать из холодильника кокосовое молоко, смешивать семечки и орешки с овсянкой в мисочке – все это так невыносимо затрудняет жизнь. Лучше терпеть голод, покуда терпится.

Король должен быть худым! Этот постулат вытекает непосредственно из слова thnking, что следует интерпретировать как thin king (худой или стройный король). А наш монарх от рок-н-ролла уже давно склонялся к полноте. А полнота не только не эстетична, она приводит к болезни. Поэтому я и говорю: диета! Единственное, что я по-настоящему не люблю в Америке, это еда. Один раз в пять лет можно позволить себе один гамбургер, но уж никак не три раза в день! 1 + 5 + 3 = 9. Девятка – моя золотая пятка! Мое число! Доктор Леннон как всегда прав! Может быть, осчастливить мир книгой о здоровом питании «Так ест Леннон»? Надо будет подумать об этом. Пожалуй, лучше звучит заглавие «О вкусном и здоровом питании». Но такая книга уже имеется: стоит у нас на кухне. Раскинем мозгами… Что ни говори, но вкус – великое дело! Ходили слухи, будто Элвис, когда мы его обскакали, стал сетовать о падении вкуса у молодежи и так далее и тому подобное. Он даже обратился к математической стороне дела и стал рассуждать: мол, как же иначе, если Битлы вчетвером стоят на сцене, а я один должен концентрировать на себе внимание публики весь вечер… В его интерпретации (единодушно поддержанной всеми его придворными, а иначе и быть не могло – в том и состояла их работа, чтобы во всем ему поддакивать) четыре против одного – борьба неравная и даже нечестная. Но это только в школьной математике четыре больше, чем один. В музыке имеет силу другая математика. Один может перевесить и сто и тысячу, не только что четырех. Все смотря по тому, что и как этот один делает. Грандиозная ошибка Элвиса в том, что он перестал сочинять песни. Конечно, можно сказать, что в этом были повинны обстоятельства: казарма, отсутствие творческой среды, безвкусный менеджер и прочая и прочая. А я говорю, человек должен бороться против обстоятельств, должен выбиваться из заедающей его среды, уволить деспотичного манипулятора и жить по-своему. Среда, как мы знаем, всегда «заедает». Но артист никогда не должен плыть по течению. Так что нет, Элвис, тебе оправдания. Музыкальная математика против тебя!

Мне вспоминается скандал с той, в общем-то, скучноватой, а главное, плохо написанной книжкой, в которой откровенничали три его опричника. Он их выставил – они на него накатали книжку-донос. И поделом! Нечего было таскаться к дяде Никсону и предлагаться в осведомители! И никто никогда не узнает, кто спонсировал эту книжонку. Через подставных лиц, разумеется. Знай наших! Но сама по себе книжонка – средней руки макулатура. Для меня, как и для каждого, имеющего дело с шоу-бизнесом, там не было ничего нового. Ну разве что сцена, где Элвис чуть не застрелил своего врача. Разумеется, нечаянно, играя револьвером, как неразумное вооруженное дитя. Так себе – мелочь, маленькое происшествие, в сущности ерунда, просто случайная пуля, вылетевшая как бы сама по себе из пистолета нашего обожаемого короля! К счастью, пуля была рикошетная и попала как раз в грудную кость. Врач, как говорится, «отделался легким испугом». А Элвис разразился знаменитым своим заливистым смехом. Вот если бы у него на руках оказался труп, то с него мигом бы слетела вся веселость. Может быть, он бы очнулся… Ясно: в тот момент от был накачан до краев амфетаминами и тэ дэ. Но некоторые события – как правило, шоковые – способны стряхнуть действие наркотиков. Кстати, я как раз поэтому и не доверяю версии о том, что Сид проткнул Нэнси. Он бы очнулся при виде крови и вызвал бы скорую… или бы сбежал из отеля и вообще из Штатов. Он вряд ли бы стал дожидаться полиции. Со мной, например, был случай. Я вез Йоко и детей на машине и съехал в кювет. Всего лишь два бренди и одна занюшка кокса – пустяк! Йоко и дети закричали, посыпались стекла, у меня самого полетели искры из глаз от удара. В тот самый момент с меня слетел весь high. Прямо как ветром сдуло. Потом в клинике, когда нам зашивали раны, я дал Йоко слово, что никогда больше не сяду за руль. Но это только часть истории: после этого случая я долго не притрагивался даже к бутылке, а уж о психоделических субстанциях и говорить незачем. Так что неплохо подумать на досуге о «пользе» несчастных случаев… Даже марихуана, и та лежала нетронутой… Йоко помнит этот случай до сих пор. У нее очень хорошая память, просто замечательная. Особенно ярко она помнит все мои прегрешения и ошибки. И она умеет с большим тактом мне об этом напомнить при случае. А случай представляется частенько. Положим, я и сам виноват, но повинную голову меч не сечет… Хотя речь идет в данном случае не обо мне, а об Элвисе. Чувство вины или, в более официальной формулировке, осознание собственной неправоты ему было так же чуждо, как жизнь на Марсе, что ли. Еще хуже то, что он даже не допер до понимания, что впал в самую глухую зависимость от таблеток. Да, наш дорогой и любимый Элвис скатился в самую банальную наркоманию. Фред купил для меня эту книженцию. Перелистать ее было достаточно. Многие в нашем бизнесе попадают в эту западню, но большинство в какой-то момент осознает ситуацию и старается найти выход. Есть профессиональная помощь, есть группы взаимопомощи, есть частные клиники. Всем в наших кругах известны имена надежных, проверенных врачей, но он, видите ли, стоял выше всего этого. Все это было не для нашего королька! Он возвышался над нашим грешным миром, как Эверест над долиной. Вот и сыграл в ящик в 42 года!

В голову пришла вдруг фраза как раз для дневника, который не что иное, как черновик будущей книги: «Непрерывно подрывая устои общества, вы помогаете человечеству». Не забыть записать! Вообще-то я редко беру дневник в руки.

«Подрывать устои общества» – это революция маленькими шажками, не как у Ленина. Кстати, «Леннон» по звучанию близко к «Ленин». Мы с Йоко заметили это созвучие незадолго до нашей свадьбы. Ну что ж – в России Ленин, в Америке Леннон. Правда, не все вышло, как мечталось, но кое-что нам удалось. Но кто же мог подумать, что среди революционеров столько придурков?!

Революция и реакция были прямо за углом, рукой подать! И когда прекрасная дама Революция меня обманула, пришла и разгулялась гнусная старуха Реакция. Разгулялась, да еще как! Любо-дорого… Даже Уотергейт поначалу не помог. А как мы с Йоко надеялись! Какие замечательные планы мы строили! Йоко… Чем она сейчас занята? Моя вечная возлюбленная, краса и гордость Нью-Йорка, гроза «Дакоты»… А она как раз, насколько мне видно, собирается нюхнуть героинчика. Никак не может отвыкнуть… Я вот, с ее же подачи, живу как аскет, наркотиками не балуюсь, марихуана, конечно, не в счет, а она что себе позволяет?! Пойти, постучать в дверь, спугнуть… или уж Бог с ней. Пускай балуется! Но я ей скоро вправлю мозги. Так ведь дело дальше не пойдет: у нас сын, замечательный мальчуган. Его надо растить, ему нужны оба родителя. И вообще, героин в больших порциях разрушает творческое начало в человеке. Так что хватит! Вот если бы Йоко курила марихуану, я бы к ней с удовольствием присоединился, а так… Напишу-ка я реалистичное продолжение к “Ballad of John and Yoko“ и покажу ей – это ее отрезвит. От романтизма к реализму! Пора завязывать с наркотиками. Точка.

К слову о героине: наш оболтус-герой Сид, голова с дырой, тоже баловался героинчиком. Вот оно (Оно!) и вышло боком. Плохо одно: панки отныне будут ассоциироваться с этим порохом.

Я чувствую внутреннее родство с панками и поэтому болею за них, в некотором смысле. Мы, когда начинали, тоже были панками. Мы ели и пили пиво не сцене, перешучивались, а иной раз переругивались с публикой, да и одеты мы были поначалу кое-как. Мы просто опередили время! Мы соотечественники, да, просто мы родом из Ливерпуля, а молодежь, все эти Sex Рistols, The Clash – из Лондона. Вот и вся, собственно говоря, разница.

Но мы были первыми! Поэтому мы и взвихрили ураган всеобщего восторга.

Сосание под ложечкой становилось все сильнее.

Тут что-то не то. Послушаем все же, что там рассказывают…

Так, картина вырисовывается следующая: поздно вечером 11 октября Нэнси вызвала дилера по прозвищу Рокетс и купила диладида. А дилер этот известен в определенных кругах как полицейский информант. Так! Он остался с ними в номере далеко за полночь, а когда выходил от них, то столкнулся с другим дилером Чинкотти, имеющим репутацию психа. С ним уже давно никто из приличных людей не хочет связываться. Он доставил нашей парочке туинола. Сплошная химия! Насколько мне известно, глотать разные таблетки одновременно или с коротким промежутком вообще нельзя. Такой вот химический коктейль и прикончил Элвиса и Монро и многих других. Ребята, будьте осторожны! И лучше вообще держитесь подальше от всяких таблеток! Я, например, научился обходиться практически одним кофе. А нынешняя молодежь не знает удержу.

Кроме всех этих даров фармацевтики, они были накачаны героином. А свой большой нож дурачина Сид показывал соседу по этажу, гитаристу Неону Леону, за день до случившегося. Этот же негр-гитарист утверждает, что Сид был в очень подавленном настроении, подарил ему свою кожаную куртку и как бы прощался с ним.

Сид дал занести в протокол, что между ним и Нэнси вспыхнула ссора, причина ему не ясна, и он ударил ее чем-то, а потом свалился в постель и отключился. Утром он увидел, что вся постель залита кровью, и кровавый след ведет в ванную, где он и увидел тело Нэнси. Все это так. Все как будто складывается в стройную картину. Но, с другой стороны, у Нэнси были какие-то счеты с пуэрториканскими дилерами, а всем известно, что это за кровожадные бандиты. Здравомыслящий человек никогда не стал бы с ними связываться. Кроме того, из номера пропали деньги – что-то около полутора тысяч «зелененьких». Так что имеется несколько версий убийства. Хотя сам Сид сразу взял вину на себя: “I did it because I’m a dirty dog”. В начале шестидесятых мы пели о том, что мы устаем как собаки на работе. Отсюда все и пошло… Но никто из нас не был замешан в мокром деле. Нет, мы были другими.

Это правда: героин делает человека агрессивным, я и сам это знаю. Я как-то даже пнул Йоко в живот, когда мы о чем-то поспорили. Сплошной мрак! Совершенно не помню, в чем было дело. Но помню, что я страшно разозлился на нее, а я и так завожусь с четверти оборота. Ну вот и пнул… Странно это теперь вспоминать… Как будто это было не со мной. Лучше забыть. Но я просто к тому, что я способен поставить себя на место этого несчастного олуха и вообразить ход событий. Что он должен был почувствовать при виде зарезанной шалавы, которая еще вчера ругалась с ним, размахивала руками, орала, вешалась ему на шею и целовала его, чтобы потом опять начать ругаться и истерически хохотать. А он уже просто хотел, чтобы его оставили в покое. Такое бывает.