Чтение онлайн

– Это совершенно невозможно, он слишком молод для того, чтобы так долго находиться в базовом лагере на высоте 4,200 метров.

Митя произнёс эту фразу, ещё не видя самого Сашу, на редкость субтильного тело сложения, скорее даже, тело вычитания, как выразился когда-то сам академик Ландау Л. Д. о своём теле. Представляю, чтобы Митя сказал, если бы увидел его воочию?

Забегая вперёд, скажу, что мудрый Митя оказался прав: Сашу действительно пришлось эвакуировать из базового лагеря вертолётом досрочно – его хрупкий организм не выдержал даже месяца пребывания на высоте базового лагеря.

Когда я озвучил Саше Митин ответ, Саша сначала приуныл, а затем, немного подумав, спросил:

– А что, если я сделаю две радиостанции для короткой связи между базовым лагерем и горой?

Здесь следует пояснить, что в те годы были только большие радиостанции для связи между базовым лагерем и ближайшим большим городом (в нашем случае Фрунзе, столица Киргизии), но вообще не было радиостанций для связи между базовым лагерем и группами на горе – это то, что сегодня называется рация (а по-английски walkie-talkie) и продаётся в любом спортивном или детском магазине. Вернее сказать, они были, но это были трофейные немецкие Кляйнфо времён 2-й Мировой Войны. Они весили 4 кг и потому на серьёзные восхождения их не брали, а вместо них для связи использовали ракеты только двух цветов (красные и зелёные), которые запускались с помощью очень простых и лёгких алюминиевых ракетниц. Когда я озвучил Сашино предложение Мите, он всерьёз им заинтересовался и сказал, что возьмёт его радистом, если он изготовит и привезёт хотя бы две рации. На этом и решили. Саша всерьёз взялся за изготовление раций, но каких-то там деталей ему не удалось достать и к нашему отъезду они так и не были готовы. Но, поскольку Саша был уже включён во все бумаги экспедиции, было уже поздно что-либо менять и, таким нестандартным образом, Саша оказался в экспедиции. С уверенностью можно сказать, что если бы мы тогда обладали такими рациями, трагедии, которая произошла, не случилось бы.

Когда Митя уже в базовом лагере узнал, что раций нет и не будет, он был очень зол и высказал мне по этому поводу много неприятных слов. Ко всеобщему удовлетворению, работа по специальности Саше совершенно неожиданно нашлась: у наших соседей по лагерю из Ленинградского ДСО «Локомотив», которые тоже заявили на Чемпионат СССР свой маршрут на Хан-Тенгри, была радиостанция дальней связи с городом Фрунзе, а вот радист, как оказалось, был совсем не профессиональным, и они с удовольствием воспользовались услугами Саши и, как я слышал краем уха, даже оплатили его услуги новой пуховкой для нашего начальника Мити. А для себя Саша тоже получил вполне утешительный приз – ещё с тремя вспомогателями из «Локомотива» (один из них был тем самым радистом, которого Саша полностью и заменил в работе) он сходил на ближайший к лагерю пупырь, на который они, конечно же, взошли первыми, т. е. по правилам альпинизма считаются первовосходителями и по праву таковых назвали его пиком Радистов, который сами оценили, как 4А к.т. И это при том, что по всем правилам альпинизма он со своим чистым 3-м разрядом, конечно же, не имел права идти на такую категорию трудности. По сути, начальство взяло на себя такую ответственность, учитывая, что весь их довольно простой маршрут находится очень близко и на прямой видимости от базового лагеря. Но, что ни говорите, а это был пяти-тысячник, т. к. в этом районе любой пупырь является таковым.

Теперь самое время отправить читателя к первому источнику, который содержит в основном материалы из дневников и воспоминаний вспомогателей экспедиции. Только двое из цитируемых на этом веб сайте – Влад Шемелис и Игорь Виноградский – были непосредственными свидетелями развернувшейся трагедии. И потому на этом сайте имеется, на мой взгляд, много неточностей, невинных ошибок, но также и намеренных искажений фактов. Вызывает также удивление тот факт, что на этом сайте дали слово практически всем членам экспедиции, даже повару Алику Кантонистову, но совсем не представлено мнение ни начальника экспедиции Мити Хейсина, ни Саши Карасёва, ни Миши Ильяшевича или моего, а как раз именно последняя тройка только и была на вершине. Причём, Карасёв был не только руководителем штурмовой группы, но и непосредственным свидетелем болезни Толи Носова, а также на его руках скончался Вадим Гриф. Я подозреваю, что наши свидетельства были не желательны для создателей веб сайта. Когда я первый раз ознакомился с этим сайтом, то помимо того, что он мне, профессиональному программисту, понравился своим дизайном, меня не оставляла мысль, что у создателей сайта я почувствовал обиду за себя лично или за своих родителей, которые все были вспомогателями, а вовсе не в составе команды. Во время чтения у меня, непосредственного участника событий, сложилось впечатление, что создатели сайта пытаются внушить читателю мысль, что команда была подобрана неправильно и что, вот если бы они были в команде, то никакой трагедии бы не произошло. Несмотря на все эти недостатки, я настоятельно рекомендую прочитать и просмотреть картинки, поскольку считаю, что сам сайт сделан очень профессионально внуком одного из наших вспомогателей и легко и увлекательно читается:

http://www.khantengry70.narod.ru/index.htm

В отличие от вышеупомянутого сайта, который был сделан 33 (!) года после трагедии, я также очень рекомендую прочитать художественную повесть на ту же тему, но написанную по горячим следам сразу после трагедии. Повесть под названием «Вторая команда» написана профессиональным писателем, эстрадным драматургом Игорем Виноградским, он же член команды и непосредственный свидетель трагедии. Несмотря на то, что книга написана по грустному поводу, в ней изобилует юмор даже там, где он может показаться не уместным. Но профессиональный юморист иначе не может. История этой книги такова:

В 1971 году Игорь написал эту повесть по свежим следам и посвятил её памяти моего хорошего приятеля Вадима Грифа. Поскольку он привык публиковать почти всё, что выходило из-под его пера, Игорь принёс её в литературный журнал «Юность», в то время очень популярный среди молодёжи. Там ему предложили кое-что переделать, прежде чем они возьмут её в печать. Но в то время он был очень занят другими проектами, а эту книгу отложил в сторону и, таким образом, забыл про неё. Когда я уезжал в эмиграцию первый раз (я не ошибся, будет ещё и второй раз, но этому эпизоду будет посвящена целиком 3-я часть книги) в 1975 году, Игорь пришёл на мои проводы и принёс мне в подарок машинописный текст этой книги на 125 страницах. Конечно, я принял её как очень ценный подарок в качестве напоминания о молодых годах и наших общих свершениях. Но, передавая её мне, Игорь произнёс очень смешное для меня предложение:

– Исаак, ты едешь в эмиграцию «гол как сокол», так ты опубликуй там эту книгу и, таким образом, у тебя на первое время будут какие-то деньги.

Я рассмеялся абсурдности этого предложения, хотя, безусловно, был польщён такой заботой обо мне. Конечно, я очень добросовестно хранил его подарок все эти годы и вот сейчас впервые решил дать возможность читателю ознакомиться с ней через ссылку в моей книге. Хочу сразу предупредить, что вид у книги сохранён первозданный (почти как у древнеегипетских папирусов), т. е. я её просто сканировал и положил в один файл для удобства чтения. А печатная машинка, которую использовал Игорь, была не лучшая даже и по тем временам, но куда важнее, что мне, очевидно, достался не первый, и даже не второй, экземпляр от его закладки. Таким образом, читать её современному (компьютеризированному) человеку не очень легко, но, если наберётесь терпения, то получите удовольствие. Зато такое необычное её оформление лишь добавит к вашему чтению определённый шарм. В печатном виде она так и не увидела свет, хотя в 2001 году Игорь издал её под другим названием («Там, наверху…») в сильно переработанном виде (что на мой взгляд, здорово ей повредило) и очень ограниченным тиражом. Как это часто бывает, переработанная копия потеряла свою свежесть и непосредственность, которые сохранил её оригинал. Именно поэтому я настоятельно рекомендую прочесть её в оригинальном виде. Но для тех, кому это будет трудно, я сообщаю, что у меня ещё есть несколько экземпляров книги «Там наверху…» и я могу их дарить пока они у меня не закончатся.

Хочу напомнить, что при чтении оригинала очень полезно увеличить масштаб текста нажатием знака (+, т. е. Zoom in) внизу страницы.

Итак, вот эта книга:

https://tinyurl.com/w6fr2he9

Помимо этих двух наиболее интересных на мой взгляд источников, есть ещё несколько других, но они не так интересны, поскольку написаны людьми, совсем никакого отношения не имеющими ни к развернувшейся трагедии, ни даже к экспедиции, но с большой охотой высказавшие своё мнение на произошедшие события. Теперь, когда читатель, я надеюсь, ознакомился в общих чертах с событиями, имевшими место в нашей экспедиции (я подразумеваю, что он прочёл указанные мной источники), мне хочется воспользоваться правом автора и передать свои личные впечатления, переживания и события так, как они отложились в моей памяти. А заодно исправить ошибки и неточности, допущенные в этих источниках. Итак…

Эпизод 1

25 июля – это день, когда наш заболевший начальник Митя Хейсин ушёл вниз в сопровождении вспомогателей с высоты ~5,300 м, передав дальнейшее руководство Толе Носову. В тот день вся команда, состоявшая из 10 человек, плюс оставшиеся вспомогатели, медленно, но верно, поднимались вверх с полными рюкзаками весом более 30 кг, согласно установленному порядку: первый шёл на всю длину верёвки (у нас тогда все верёвки были длиной по 40 м) с нижней страховкой, по возможности организуя промежуточные точки страховки с помощью либо скальных, либо ледовых крючьев в зависимости от рельефа склона. Выйдя на всю длину верёвки, первый закреплял её на верхней точке и тогда все остальные проходили по ней с помощью самодельных жумаров (промышленность СССР их вообще не производила), что экономило силы всем остальным. Жумар – это такое устройство, которое представляет из себя подобие дверной ручки и закрепляется на верёвке; он легко по ней передвигается вверх, но при нагрузке «схватывает» верёвку своими зубчиками и не двигается; тем самым даёт возможность альпинисту подтянуться вверх. После того как все члены команды и сопровождающие их вспомогатели проходили по таким перилам, верёвка не снималась, а оставалась закреплённой на склоне для будущего (через несколько дней) спуска, а бывший в цепочке восходителей первым становился в ней последним. Теперь должно быть понятно, что мы несли с собой большое количество верёвок, значительная часть которых должна была быть оставлена для спуска на самых опасных или крутых участках маршрута.

Случайно получилось так, что за 100 метров до выхода на так называемые «молодцовские» ночёвки (лагерь № 4) на высоте 5,600 м, мой черёд был идти первым и вот что тогда произошло: я иду первым и попадается мне редкостный в альпинизме участок для прохождения – это был склон градусов 45–50, усеянный булыжниками размером с небольшой арбуз, пустоты между которыми заполнены льдом, а сверху этот природный «пирог» покрыт небольшим слоем свежего снега. Это означает только одно – ни скальный, ни ледовый крюк в такой склон забить нельзя, как, впрочем, и ледоруб воткнуть в него тоже невозможно. Ни до этого, ни после, мне никогда такой тип склона не попадался. На Тянь-Шане вообще много того, чего не встретишь в горах Кавказа или Памира и, в первую очередь, это касается качество снега – он сухой и сыпучий как крупа. В таком снегу очень трудно делать ступени – они плохо формируются и осыпаются под тяжестью человека, как только он пытается их нагрузить своим весом.

Итак, я прошёл пол верёвки, не сделав ни одной точки страховки, после чего до меня дошли крики, чтобы я как можно быстрее сделал промежуточную точку страховки. Я же совершенно не вижу такой возможности и продолжаю идти до тех пор, пока не вышел на всю длину верёвки. Теперь, понимая свою вину, что вылез на 40 метров без единой точки страховки, всё же пытаюсь объяснить Носову ситуацию, с которой мне пришлось столкнуться, и прошу надвязать к моей верёвке ещё одну. Внизу недоверчиво ругаются, но всё-таки достают верёвку и надвязывают её к моей. Я продолжаю подъём в надежде на то, что рельеф склона изменится и смогу найти место для страховки.