Жизнь обреченных на смерть
Шрифт:
После ухода Реналя в лавке Гэли-Мэли наступила оглушительная тишина.
– Мой друг умеет произвести впечатление, не так ли, Гильермо?
– усмехнулся Хулиан.
– Прямо скажем, фееричная личность, - скептически сверкнув глазами, ответил хозяин лавки.
– Джинни, чтобы у вас не закралось сомнение, что все это дурацкая шутка, хочу сказать, что был свидетелем того, как Реналь делал предложение своим будущим женам раз пять.... В общем-то, столько раз он и был женат за всю его довольно продолжительную жизнь. И всякий раз, когда он делал предложение будущей супруге, у нее возникали весьма серьезные сомнения о том, все ли у него в порядке с головой и не шутит ли он. Реналь самый трезвомыслящий человек в мире, из всех кого я знаю. И он никогда не позволяет себе дурных шуток по отношению к женщине. Он может быть беспредельно жесток и бездушен, но шутовство это не его стихия.
– И что будет, если я скажу ему "нет"? Он съест меня на завтрак?
– Храни нас Создатель, в людоедстве никто из Персон до сих пор замечен не был. Мы, конечно, все в некоторой степени психи, но не настолько. Смею вас уверить, можете смело говорить "нет", если сочтете это для себя лучшим. Реналь пальцем вас не тронет.
– Что-то верится с трудом, - нервно поежилась Джинни.
– Если не секрет, почему вы хотите отказаться от такого умопомрачительного предложения? Поверьте, быть женой Корина Шагрин не так уж плохо. Все пять жен Реналя были абсолютно счастливы в своем супружестве, заполучив в мужья богатого, красивого, сексуального, могущественного и на редкость верного знатока женских сердец.
– И все они его любили?
– Знаете, большинство особ женского пола всех возрастов и мастей только при виде Реналя теряют способность здраво рассуждать. А уж при том, как мой друг старался очаровать вас сегодня, гм.... Скажем так, ни одной не пришло бы в голову, ответить "нет" и на менее лестное предложение с его стороны.
– Вы меня осуждаете?
– Я вам удивляюсь. Но, я видимо, отнимаю ваше время. Вы теперь здесь работаете?
– У меня есть работа, я помогаю отцу в саду. А здесь бы я хотела учиться.
– С тяжелым вздохом, ответила Джинни, у которой окончательно и бесповоротно все перепуталось в голове.
– Но ваш учитель живет в Фоли-Куидат.
– Джинни отметила для себя, что, похоже, Хулиан был в курсе жестких правил касты лекарей Фоли.
– Да. Я хотела вернуться в Фоли, чтобы продолжить обучение, но и Мина и Яго категорически против. Вы же понимаете, что я не могу нарушить их волю.
– Понимаю. А что вы скажите, Гильермо? Как давно вы брали ученика последний раз?
– Пятнадцать лет назад, вам ли не знать, Ваша Светлость.
– Ну, ваш брат прервал свой обет и взял ученицу.
– Ну, ради такой ученицы и я бы прервал свой обет, - со знанием дела ухмыльнулся Гэли-Мэли.
– Вы же видите, у нее это в глазах! Ей надо учиться дальше.
– Ну, так берите ее в ученицы.
Гэли-Мэли изумленно уставился на Корина Фоли.
– Но ведь существует запрет....
– Ну, если я этот запрет наложил, то я и могу снять его..., в виде исключения для нашей прелестной юной целительницы.
– Вы?
– воскликнула Джинни, не сдержавшись от возмущения.
– На каком основании вы так поступили с нашей кастой?
– На основании того, что являюсь ее Основателем, - удивленно заметил Хулиан.
– Не понимаю...
– Несколько веков назад, высший совет целителей принял решение не открывать адептам до шестого уровня имя Основателя и Учителя, - поторопился просветить Хулиана Гэли-Мэли.
– Старая, добрая борьба за власть и влияние, - понимающе ухмыльнулся Корин Фоли.
– Устроить бы вам всем переаттестацию, чтобы не зазнавались! Итак, Гильермо вы берете мою протеже в ученицы?
– С превеликим удовольствием, Учитель.
– Вот и славно, - довольно кивнул Хулиан и повернулся к Джинни.
– Добьете пятую ступень, буду ждать вас.
– Зачем?
– не верящая в свое счастье и ожидающая подвоха, насторожено спросила Джинни.
– Ну а кто же будет вас учить шестой?
– Вы учите сами?
– Ну, не друг дружку же им учить.
– Можно вопрос, - Джинни решила, что если звезды ей сегодня благоволят надо пользоваться случаем.
– Почему нет?
– Я, на уровне своей третьей ступени, работаю только с телом и жизненной энергией человека. Какого уровня мне надо достичь, чтобы я могла работать с душой?
– Седьмого, в этом и состоит седьмой курс - работа с душой.
– Седьмого?
– заплескавшаяся в девушке надежда погасла. Посетившая ее в эту минуту идея, заставила ее дыхание сбиться.
– Корин Хулиан, пожалуйста, ответьте, Кейсар Хоакин имеет отношение к нашей касте? Он может работать с душой?
Изумление, отразившееся на лице Хулиана, подсказало Джинни, что ей все-таки удалось его удивить. Задумавшись на мгновение, он повернулся к хозяину лавки, - Гэли, ты нас не оставишь?
– Конечно, Учитель.
Когда Джинни осталась один на один с Корином Фоли, ей стало не по себе. Этот непредсказуемый человек сводил ее с ума количеством "потайных кармашков".
– Итак, что ты знаешь о Кейсаре Фоли?
– Ничего.
– Джинни, ты же понимаешь, что ты можешь мне рассказать сама, или я могу залезть к тебе в голову и посмотреть все сам. Мне наплевать, чьей подругой, невестой или дочерью ты являешься.
– Я знаю, что вы можете высосать мой мозг досуха и при этом заставить об этом забыть. Что же тогда возитесь с расспросами?
– Джинни порой сама удивлялась, откуда в ней столько дерзости.
– Ты член касты лекарей сейма Фоли.
– Ворчливо ответил Хулиан, огорчившись, что ему не удалось просто запугать девушку.
– Все, кто вступает в касту, получают мою персональную защиту. Вот и приходится защищать от всех, в том числе и от себя.
– Я нахожусь под вашей защитой?
– Да, можешь быть уверенна, если с тобой что-нибудь случиться месть моя будет страшной, - сдавшись, устало ответил Основатель касты.
– Да, приятно знать.
– Потрясено хмыкнула девушка.
– Джинни, что там с Хоакином? Ты же не просто так спросила.
– Он приходил в Малкури в покои госпожи.
– Выбить из Джинни признание, поговорив по душам, было проще, чем запугать ее.
– Когда?
– Вчера.
– И что он делал?
– Откуда я знаю? Стоял и смотрел на нее. А потом сказал что-то типа "чтобы ты о себе не думала, ты проиграешь" и ушел.
– Кто еще это видел?
– Яго.
– Теперь понятно, как Хоакин тебя не засек. Джинни, ты должна провести меня в покои своей госпожи, так, чтобы этого никто не видел.
– Нет.
– Категоричность и быстрота ответа чуть не сбили Хулиана с ног.