Чтение онлайн

– Я не могу сказать. Я думаю… кто-то… кто-то мучает мою маму… теперь я… я в опасности… я заперта совсем одна… в темноте… Меня толкают… всё…

На этом тело Дженни обмякло на стуле. Ее дыхание замедлилось.

– Что происходит сейчас?

– Я просто там внутри, – ответила она.

– Сколько тебе лет?

– Я не знаю. Я маленькая, совсем маленькая.

– Там есть кто-то еще? – уточнила я.

– Я очень стараюсь, – отвечала она, – но я не могу понять.

Через неподвижную границу проникали только отдельные смутные звуки. Затем наступила тишина, покой, и в конце концов Дженни испытала странное умиротворение, отдыхая внутри своего небольшого убежища.

– Ух ты, – сказала она, открыв глаза. – Что бы то ни было, сейчас я помню это яснее. Я чувствовала себя как маленький ребенок, может быть, двух-трех лет, я пряталась в чулане. Я была беспомощна, просто слушала, как кто-то мучает мою маму. Но как бы я могла ощущать, что меня так пихают, если бы я была в чулане? Это не имеет смысла. Я должна выяснить, что со мной случилось.

На следующей неделе Дженни отправилась домой, в Азию, расспросить родителей о своем детстве. Однако стоило ей начать задавать вопросы, как мать расплакалась навзрыд. Отец принялся ругать Дженни: «Никогда больше не заводи этот разговор!» Она обратилась с вопросом к бабушке по материнской линии, но и та ее упрекнула и ничего не стала отвечать.

– Моя поездка не принесла ничего, кроме разочарования, – поведала мне Дженни, – ведь мне пришлось уехать, не получив ответов на свои вопросы. Но по крайней мере я убедилась: что-то там произошло.

Эта тайна мучила Дженни, она чувствовала, что должна разрешить эту загадку, и стала терпеливо ждать, пока соберется вся семья.

Вскоре Дженни решила, что пышная свадьба двоюродной сестры будет прекрасной возможностью обратиться с расспросами к другим родственникам. На свадьбе все немного выпили, принялись вспоминать прошлое и воспринимали ее вопросы как должное. В конце концов тетя Дженни рассказала ей о том, что случилось.

Много лет назад к ним в дом ворвалась ревнивая любовница отца Дженни. Она схватила с кухонного стола нож для разделки мяса и кинулась в спальню, чтобы убить соперницу. Мама была на девятом месяце беременности, вынашивала Дженни. Проснувшись, она увидела, как к ней кто-то крадется. Любовница отца прыгнула на кровать, проклиная хозяйку и размахивая перед ней ножом. Мама Дженни изо всех сил сопротивлялась, защищая себя и нерожденного ребенка, отталкивала обезумевшую женщину, пока в комнату не влетел ее муж. Крупный, сильный мужчина, он схватил любовницу со спины, скрутил и выволок ее из спальни. Оставшись одна, слишком обессиленная, чтобы шевелиться, мама Дженни возблагодарила Бога, что все обошлось.

Это объясняло те чувства, которые испытывала Дженни в течение сеансов гипноза: то, что ее толкали и пихали, в то время как она была заперта внутри темного помещения, громкие невнятные голоса, охватывавший ее ужас и затем блаженная неподвижность.

«Это было чудо, – написала мне Дженни по электронной почте через десять лет после наших сессий. – Я знаю, что это Божественное провидение послало мне все эти события: мою тревогу, терапию, яркие воспоминания и затем семейную встречу. Этот опыт научил меня, что дух, который дает нам Господь, исполнен не страха, а силы, любви и здравого рассудка, и это стало лейтмотивом моей жизни. Я вернулась к учебе, теперь я профессиональный социальный работник в медицинской сфере. Я разрабатываю программы духовного развития для детей в США и за рубежом. Я никогда не чувствовала себя настолько спокойной и счастливой».

Практикующие врачи и ученые собрали немало свидетельств того, что внутриутробный опыт может запоминаться. Это означает, что ваше первое столкновение с горем могло произойти еще до вашего рождения.

Для новорожденных процесс появления на свет полон стресса как с психологической, так и с физиологической точки зрения. Самая первая разлука с мамой может вызвать тревогу, которая будет сопровождать человека всю жизнь. Некоторые психологи считают, что всем людям свойственно глубоко укорененное желание вернуться в материнскую утробу.

Другие специалисты утверждают, что наша жизнь начинается с чистого листа, как tabula rasa, и что впечатления о жизни и мире вокруг нас мы формируем только с момента рождения. По их мнению, младенцы недостаточно развиты, чтобы испытывать сложные эмоции, такие как страх расставания, который может появиться при рождении.

Сопоставив противоположные точки зрения, мы приходим к практическому выводу: представляется логичным, что расставание, выход из комфортного лона – это стресс. После того как малыш долгие месяцы жил в темном, теплом и стабильном окружении, его вдруг вышвыривает в совершенно иной мир. Его пугают яркие огни, громкие звуки, открытое пространство, холодный воздух. Потом младенца передают с рук на руки, моют, теребят и тискают. А еще рождение может быть физически болезненным, как поведал сначала своей маме, а потом и бабушке трехлетний внук Дайан Сайлас.

«Мне было больно» – рассказ Дайан

В родовой палате собралось двадцать врачей и медсестер. После девяти месяцев тяжелой беременности и шестнадцати часов осложненных родов Кей Энн сделали кесарево сечение, и Сайлас наконец-то появился на свет.

– Ты родился три года назад в этот самый момент, – сказала Кей Энн сыну, показывая на часы.

– Мне было больно, – отозвался Сайлас, склонив голову.

– Что ты хочешь сказать?

– Мне правда было очень-очень больно. Я хотел остаться внутри, – морщась, объяснил он.

Когда они приехали ко мне, Кей Энн (эрготерапевт, по второму образованию психолог) вызвала меня на кухню. Пересказав мне этот разговор, она поинтересовалась:

– Но он же не может на самом деле это помнить – или может?

– Я не знаю, – ответила я. – Звучит невероятно. Хочешь, чтобы я его об этом спросила?

Вечером вся семья собралась на ужин, я задала Сайласу вопрос: «Ты помнишь день, когда ты родился?» – и он снова сказал, что помнит, как ему было больно.

Нам всем приходится пройти через страдания, расставаясь с материнским лоном, и вне зависимости от того, помним мы их сознательно или нет, эта первая серьезная потеря играет важнейшую роль в развитии нашей психики на самом раннем этапе.

Мы приходим в этот мир полностью зависимыми. Нам всем необходима пища, тепло, укрытие, защита и любовь. Привязанность и скорбь – настолько же первобытные и инстинктивные чувства. Как показывают исследования, боль утраты испытывают как люди, так и животные.

Привязанность, разлука и горе у животных

Так же как люди, многие животные из-за расставания горюют. Домашние питомцы порой умирают от горя, потеряв хозяина. Даже если разлука временная, некоторые из них приходят в такое отчаяние, что отказываются от того, что необходимо для жизни. Ветераны говорили, что после их ухода на войну питомцы, остававшиеся дома, переставали есть и пить и умирали.

Некоторые стадные животные (например, слоны) собираются вокруг умирающего собрата и не оставляют его одного. Однажды Джо стал свидетелем такого горя, и это изменило всю его жизнь.