Жизнь после
Шрифт:
– Привет, милая! – улыбнулась она. – Что готовишь в этот раз?
– Зелье для муравьев, – ответила девочка.
– А зачем им зелье? Ты хочешь их от чего-то вылечить?
– Хочу сделать их сильнее, – серьезно ответила Лета, снова посмотрев на муравья, ползущего по бузине. – Им приходится таскать такие тяжести, а они такие маленькие. Хочу, чтобы у них было много сил.
– Ты будешь кормить муравьев этим зельем?
– Нет! Я положу его на муравейник, там, у забора. Оно будет лежать там всю ночь, а утром муравьи станут сильнее.
– Как здорово придумано! – похвалила мама. – Я тогда не буду тебе мешать, хорошо? Только хотела сказать, что мы с Августом уйдем сейчас ненадолго, ладно? А когда вернемся, пообедаем. Не теряй нас.
– Хорошо, не буду.
Мама, приблизившись, чмокнула дочь в щечку.
– Вот и молодец!
Она собралась уже покинуть лесное убежище, как вдруг словно о чем-то вспомнила и с интересом посмотрела на ближайший пучок белых цветочков на ветке.
– Эти цветочки ведь волшебные? В них твоя магия?
Лета кивнула.
– Можно я возьму немного на удачу?..
– Да, бери, – разрешила девочка. – Только мне нужно еще произнести волшебное слово, чтобы появилась магия.
– Давай! – с энтузиазмом согласилась мама.
Девочка отломила маленькую веточку с белыми цветочками от куста, четко и громко произнесла волшебные слова и легко подула. Завершив волшебный ритуал, она протянула заколдованную веточку маме.
Та с благодарностью приняла ее, еще раз поцеловала дочь в щечку и скрылась за зелеными ветвями.
Когда мама ушла, Лета еще немного посидела в своем убежище, доводя до ума начатое зелье. Когда результат ее наконец устроил, она поднесла ступку к самым губам, снова громко произнесла волшебные слова, легко подула и поторопилась выползти из кустов во двор, чтобы успеть дать зелье муравьям до тех пор, пока оно не потеряло магической силы.
Утопая босыми ногами в мягкой зеленой траве, девочка добежала до муравейника, присела рядом с ним и аккуратно, стараясь не потревожить местных жителей, разложила получившуюся гущу вокруг муравьиной горки. Маленькие насекомые тут же облюбовали новое дополнение к их жилищу. Лета некоторое время наблюдала за тем, как они хаотично ползают по земле, камушкам, веткам и листочкам, затем, пожелав им приятного аппетита, отправилась в дом.
Вокруг было тихо, только через два забора от них кудахтали, жалуясь друг другу на судьбу, курицы и где-то в ветвях пела летняя птичка.
У самых дверей девочка посмотрела на небо. Оно было синим-синим, таким, как она любила. На нем не было ни единого облачка. Все было хорошо и спокойно. Девочка глубоко вздохнула и, с силой толкнув тяжелую дубовую дверь, вошла в дом.
Здесь она сразу попала в прохладу и темноту коридора. Впереди, освещенная ярким солнцем и наполненная ароматами предстоящего обеда, сияла яркими красками кухня. Мама любила цветные вещи, поэтому во всем доме, а особенно на кухне, повсюду были развешаны цветастые панно из ниток и тканей, полотенца и шторы, на полу лежало несколько небольших ковров с узорами, а на столе – красивая самодельная скатерть.
Лета снова глубоко вздохнула и решительно отвернулась от кухни, понимая, что не сможет удержаться, если зайдет туда и заглянет в кастрюльку на плите. Мама всегда готовила очень вкусно, в тысячу раз вкуснее, чем в приюте. Там еда обычно была пресной, недосоленной и тусклой, а здесь всегда играла яркими красками так же, как и все, что создавалось руками мамы.
Глядя на лестничный пролет, девочка думала, чем бы ей сейчас заняться, чтобы как-то скрасить ожидание. Резкий скрип половиц прямо за стеной, в небольшой мастерской, заставил Лету охнуть, а ее сердце забиться чаще.
Лета полюбила этот дом с первого мгновения, как только зашла в калитку и увидела его. После приютской комнаты собственный дом стал для нее чем-то вроде замка для крестьянки. Она очень быстро изучила все комнаты, каждая нравилась ей по-своему. И только одна почему-то пугала. Наверное, тем, что в ней было очень много всего: инструменты, доски, старые ведра и кадки, коробки, короба, потрепанные сундуки. Все это было навалено вдоль стен и закрывало широкие окна, отчего свет падал не большим полотном, а пятнами, выхватывая отельные части чего-нибудь непонятного и искажая очертания предметов.
В центре комнаты, свободном от лишних вещей, стоял небольшой стол, где любил работать папа. Он часто что-нибудь собирал или чинил здесь; и за то, что он такой ловкий и умелый, Лета любила его еще больше, чем просто так, но в эту комнату заходить все равно почему-то боялась.
И вот теперь странный скрип в пустом доме, из которого все ушли, звучал прямо оттуда. Из места, полного странных вещей и пугающих теней. И скрип этот повторился, а вместе с ним послышались тяжелые быстрые шаги. Они были все ближе и ближе, кто-то торопился подойти к двери с той стороны.
Девочку охватил дикий страх. Она сорвалась с места и побежала наверх по лестнице, в комнату к родителям, где лежал на кровати старый тяжелый плед. Уже минуя последнюю ступеньку и хватаясь за ручку дверей родительской спальни, Лета услышала, как открылась и закрылась дверь мастерской и кто-то тяжело, но уверенно последовал за ней.
Она нырнула под старый плед, свернулась клубочком и замерла. Старалась даже не дышать, только слушала и смотрела широко раскрытыми глазами в пустоту.
Ей представлялось, что неведомый страшный монстр, живущий под грудами старого хлама, узнав, что девочка осталась дома одна, решил поймать ее, чтобы утащить в свое жуткое царство.
Шаги приближались к двери. Лета напряженно ждала, что вот сейчас дверь распахнется, монстр ворвется в комнату с диким ревом и сорвет с нее спасительный плед. Но некто неведомый неожиданно прошел мимо, направляясь, судя по звукам, в комнату Августа.
Лета слушала, внимательно слушала и ждала, когда этот некто вернется. Она думала, что это может быть совсем не монстр, а грабитель, но не понимала, что ему могло понадобиться в комнате Августа. Разве что тот действительно нашел пиратский клад, который так хотел найти возле реки…. Или все же это не грабитель, а монстр, и он просто решил, что девочка спряталась в другой комнате?..
Лета слушала, думала и боялась, но знала, что пока она здесь, под этим пледом, в темноте своего маленького убежища, и пока никто не открыл дверь в эту комнату – она в безопасности. Эта мысль немного успокоила ее и, продолжая прислушиваться, девочка не заметила, как задремала.
Краткий сон пошел ей на пользу. Очень скоро она проснулась, вновь услышав шаги на лестнице. Но теперь ей уже было не так страшно. Успокоившись и немного отдохнув, она решила, что лучше всего – прислушаться повнимательнее и попытаться понять, куда этот некто ходит и что он делает.