Чтение онлайн

Глаза Флоренс расширились от ужаса, она не понимала, о чем он говорит, вернее нет — она все прекрасно понимала, но в голове крутились навязчивые вопросы: что делать, что происходит, почему так?

— А ты-то кто? — спросила она, слегка дрожащим голосом.

— Хранитель ключей, но, к сожалению, постепенно они исчезают, и вот я остался лишь с одним единственным ключом.

Он выставил красивый резной золотой ключик вперед, в его глазах зажглись огоньки, и он улыбнулся.

— Правда, красивый? — словно довольный собой ребенок, спросил он.

— Да, очень.

— Я сам его создал, — гордо заявил он, но веселая улыбка быстро слетела с его губ, лицо исказила гримаса боли. — И сам стал его рабом. Я создал эти ключи для контроля необузданной силы, но какой-то маг решил, что они будут сильнее, если я сам же и буду их охранять. И пока я, ничего не подозревающий, радовался открытию, затолкнул меня внутрь. Очнулся я уже в этом городе. Видимо кто-то нашел, наконец, применение моей работе. Но она, как показал опыт, оказалась не так уж прочна. Эта лисица перекрывала все двери сюда, и ты знала лишь о существовании ее измерения. А я не мог с тобой связаться, чтобы предупредить об опасности. Снимать печати нельзя, ни в коем случае, иначе сила завладеет носителем, и он исчезнет, а сила возьмет его тело. Жаль, я не мог сказать тебе этого раньше. А нужно было, когда ты была еще маленькая и приходила сюда чаще.

Флоренс нахмурилась, вспоминая. И правда, когда она была меньше, то любила мечтать, как и все; она создала свой город, куда приходила играть, перед тем как уснуть или когда обижалась на Рэнджина. Но девушка всегда считала это лишь своей фантазией — не больше, и не удивилась, что с возрастом, этот город почти исчез из ее повседневных мыслей.

— Не у всех людей подсознание выглядит как огромный мегаполис, у многих это просто небольшие комнатки, или просто природа или еще что-нибудь. Всё это зависит от самого человека. Ты всегда представляла эти милые здания в японском стиле, потому что твое детство прошло вдалеке от цивилизации, но после ты переехала в огромный мегаполис, и твой маленький город разросся. Я был поражен, ведь это не так-то просто, поддерживать в себе такую махину. Многие бы давно сошли с ума. Но ты всегда прятала здесь что-нибудь и закрывала на ключ, который после отдавала мне.

Неужели она и правда делала это? Воспоминания были туманные и далекие, и она не помнила совершенно никаких деталей. Это было забавно, и в то же время обидно, что она оставила его, совершенно пустым, и он начал разрушаться. И этот паренек… наверняка, ему было здесь одиноко, когда все жители были вынуждены покинуть разрушающийся город. Она виновато посмотрела на него.

— Успокойся, ты ни в чем не виновата, ведь это дело рук Лисицы. Если честно, я могу предположить, что она и сама не знала, что разрушение печати приведет к твоей гибели. Вполне вероятно, она посчитала, что раз остается здесь по своей воле, то и открыв все двери, все будет по-прежнему, лишь с учетом ее освободившейся силы и воли. Но я создавал эти печати, дабы демоны не могли никоим образом выбраться, а потому я пришел к выводу, что лучше всего сделать так, что при разрушения печатей, демон будет считать, что завладевает телом. Но на самом деле, после открытия последней двери, носитель скоропостижно умирает, тем самым какое-то время демон не может возродиться. Да, это жестоко по отношению к носителю, но демоны это не шутка, и приходится делать для них живые ловушки.

Флоренс откинулась на спинку и уставилась в потолок. Она на удивление была спокойной и слегка отрешенной, будто все это происходило лишь во сне. Но осознание ситуации медленно начало накатывать, она понимала, что это не сон, и это все не исчезнет в один миг. Нужно было что-то делать.

— Что теперь мне… Нам делать?

— Печати можно восстановить лишь извне. Ты должна постараться, для начала, восстановить свое духовное равновесие, и тем самым, наконец, принести солнце в этот мир. Здесь его уже давно не было, я даже успел соскучиться.

Парень выглядел беззаботным, его глаза излучали доброту, он улыбался мягко, и слегка наивно. Но эта его улыбка внушала ей надежду и силу. Только она сама может разобраться в своем внутреннем мире, а значит нужно взять себя в руки и перестать вечно плакать и прятаться.

— Как тебя зовут?

— М? Я — Айрен, один из представителей солнечного народа эльфов.

— Эльф, — протянула девушка.

Вот и еще один знакомый, чей род никак не связан с человеческим. Она не знала, что ее окружают те существа, про которых она лишь читала и смотрела фильмы. Ей всегда нравилась эта тематика — кого она только не читала, конечно, в первую очередь она прочла несколько произведений Толкиена, а потом посмотрела раз по десять экранизацию его трилогии Властелина Колец. Но тогда она и подумать не могла, что встретит всех этих необычных обитателей другой вселенной. В голове не укладывалось, хотя ей бы пора было привыкнуть, но к такому, как говорится, сложно приспособиться быстро.

— Пойдем, прогуляемся, — произнесла она.

Глаза паренька загорелись, он радостно кивнул и соскочил с дивана. Флоренс вышла на улицу и, подняв голову к небу, вдохнула полной грудью и улыбнулась. Сквозь тучи скользнул лучик солнца, вдалеке раздалось кошачье шипение. Теперь все будет хорошо, Рэнджин справится с ее матерью, а она с лисицей.

— Я думаю, тебе стоит спуститься к нам.

Чутье не подвело Джека, в городе что-то происходило, он чувствовал яркие потоки неизвестной силы, что когда-то разрушила поместье Рюу. Значит, все же началось. Он надеялся, что ему не придется драться с Рэнджином, но он не сомневался, что если в деле замешана девочка, Рэн без боя не отступит.

«Прости, но я не могу этого допустить.»

Когда этот вампир появился в зале собрания, Джек лишь покривился. Он показался ему таким же как и все эти кровопийцы — равнодушным и высокомерным. Но первое впечатление медленно рассеивалось под натиском действий этого странного вампира. В нем чувствовалась непонятная сила, которой он совершенно не пользовался, дабы давить на совет. Рэнджин всегда находил весомые аргументы и убеждал всех лишь с помощью них. Первоначальное впечатление медленно размывалось, эти, казалось, отстраненные и равнодушные глаза, излучали непоколебимость при спорах. Он умудрялся находить лазейки в любых ситуациях и всегда выходил победителем, не проронив ни капли крови. А эта идея с кровяными таблетками, она просто поразила совет, но все взялись помогать ему. Так жгучая неприязнь перерастала в невольное уважение перед этим бессмертным. Это был единственный раз, когда он, дампир, так до этого ненавидящий своих предков вампиров, начал общаться с ними. Рэн собрал вокруг себя эту команду «К», как привыкли называть ее все, пока мужчина не слышит. Это были сильные и в то же время отличающиеся своей странной добротой вампиры. Скажи ему пару десятков лет назад, что вампиры могут быть добрыми и помогать людям — он бы скорее убился об стену, чем согласился с этим высказыванием.

И сейчас ему было неприятно выступать против этого вампира. Он всеми фибрами души надеялся, что все закончится, как и всегда, благополучно, что Рэн найдет более ухищрённые методы. Дампир с тяжелым вздохом, направился в сторону плескавшейся через край энергии.

Вампиры плотоядно улыбались, их клыки врезались им в губы, но никто этого казалось, не замечал, они медленно приближались к застывшей лисице. Вдруг ее тело затрясло, глаза расширились от ужаса.

— Нет! — она взревела страшным голосом.

Земля под ее ногами начала гореть, огонь поднялся на высоту двухэтажного здания. Вампиры отшатнулись, но пламя продолжало разрастаться, оно тянуло свои языки ко всему, до чего дотягивалось, и медленно парк начал пылать весь. Вампирам пришлось отступить.

Лисица оказалась лицом к лицу с девочкой и ее старым другом. Она оскалилась.

— Значит все-таки смог.

— Ты ослабила защиту, вырвавшись.

Лисица перевела свой взгляд на Флоренс. Девочка смотрела на нее уверенным взглядом, в котором читалась решительность.

— Прости, но это мое тело, и я не сильно хочу его терять. Как и свой разум.

— Да… недооценила я тебя, но все же, я не хотела причинять тебе боль, лишь воспользоваться твоим телом, что ты сама предложила мне, тогда в храме. Ведь ты сама согласилась стать со мной единым целым. Или я не права?

— Я не спорю, но это оказалось невозможным. Я не хочу умирать, я думаю — ты тоже. Поэтому, мне нужно обратно мое тело.

— Думаешь, я так просто уступлю его тебе, оказавшись здесь, я теперь могу отобрать последний ключ у вас. И запереть твой разум раз и навсегда.