Чтение онлайн

Надин вздохнула. Бедная девочка. Бедная взбалмошная избалованная девочка, которой кажется, что капризами и слезами можно получить от жизни все. Что стоит топнуть ножкой и мир, как папенька, исполнит любое пожелание. Что центр мироздания — Оля Матвеева, которой предстоят лишь победы, праздники и подвиги.

— Оленька, если ты не намерена посвятить жизнь отцу, то не должна требовать от него того же. Он молод, силен, влюблен, он хочет иметь семью. Он девять лет вдовствует и потакает твоему эгоизму. Сколько можно?

— Я — его семья. Зачем ему кто-то еще?!

— Зачем? Тебе объяснить? — многозначительно вскинула брови Надин и спохватилась: Ольга опустила глаза, смешалась, покраснела. — У тебя, девочка, замашки мелкой лавочницы. Мое! Не отдам! Не тронь! Ты рассуждаешь о свободе и прогрессе, а сама не в силах совладать с детскими комплексами. Ты хочешь исправить мир и в тоже время не желаешь принимать перемены в собственной семье. Ты буржуазна до мозга костей.

Только такими речами можно было остудить горячий Олькин пыл.

— Ты — собственница. И только ради удовольствия заставляешь отца отказаться от личной жизни. Ему мало секса с кухарками и проститутками. Он заслужил любовь.

После слова «секс» Ольга обычно останавливалась. Но не сегодня.

— Между прочим, когда ты приехала, Марфа пыталась отравиться. Она тоже любит папу, — прозвучал задиристый ответ.

Марфа — бывшая кухарка Матвеевых, Пашино средство от скуки и одиночества была непреходящим предметом раздражения для Надин. Не мудрено. Оля не упускала случая напомнить о связи отца с прислугой.

Сдерживая злость, Надин ответила:

— Это ее личное дело. Меня чужая дурь не касается.

Олька хоть восхищалась шикарной фигурой и безупречной античной красотой Надин, тем ни менее, сочла нужным сообщить:

— У Марфы тонкая талия, прекрасные волосы. Ты, правда, тоже ничего. Для своих тридцати выглядишь неплохо. Но возраст уже берет свое.

На симпатичной мордашке алели пятна румянца. В волнении племянница становилась похожа на покойную сестру. Та, нервничая, тоже хмурилась, сжимала кулаки, кривила пухлые губы и краснела.

— Они хорошо ладили, пока ты не вмешалась.

На виске у Ольги появилась капля пота. Набрав достаточно влаги, она медленно потекла по розовой щеке.

««Почему она нервничает? — удивилась Надин.

Утренний скандал с отцом и перепалка на прогулке не могли вывести племянницу из равновесия. Почти ежедневные свары давно стали привычными и расстраивали только мягкосердечного Павла. Сама Ольга получала от них удовольствие. Однако, сейчас племяннице было явно не по себе. Пальцы, придерживающие подол юбки, побелели от напряжения; ноздри вздрагивали от возбуждения. От излишней экзальтации, Ольга даже, нарушив привычный маршрут, свернула в тенистую аллею. Затем, отстранилась, пошла на полшага впереди, остановилась внезапно, затеялась поправлять застежку туфли. Скорчившись в нелепой позе, девчонка сидела на корточках, теребила серебристую пряжку, прикрепленную бархатной лентой к белой коже туфельки, и косилась в сторону ближайших кустов. «Что она там высматривает?» — подумала Надин, а вслух сказала:

– Что у тебя, милая? Может помочь?

— Нет, нет, все уже в порядке.

Увы, порядком не пахло. Заглушая Олин голос, раздалась треск поломанных веток и из кустов на аллею выскочили двое мужчин в масках. Один наставил на Ольгу пистолет, потребовал:

— Деньги и драгоценности. Быстро!

Второй взял на прицел Надин. Та удивленно вскинула брови. Если бы ситуация не напоминала сцену из любительского спектакля, впору было испугаться. Все-таки, пустынная аллея, оружие, бандиты. Однако преувеличенная растерянность в лице Ольги, ее лицемерный испуганный вскрик отдавали таким вульгарным фарсом, что воспринять происходящее всерьез было невозможно. «Розыгрыш, — решила Надин, — она меня проверяет». В переполненном людьми парке, требовать деньги и особенно драгоценности могли лишь полные идиоты. Или большие шутники.

— Господа, у нас с собой ничего нет. Городской парк — не светский раут, сюда не надевают украшений.

— Боже! — с дешевым надрывом прошептала Оля и прижала руку к горлу.

— Что у вас там, барышня? А, ну-ка… — мужчина грубо сдернул с шеи Ольги газовый шарф и вытянул из-под ворота блузки жемчужное колье.

Надин закусила губу. Дурно режиссированное представление дурно и попахивало. Колье — дорогая вещь, семейная реликвия, память об умершей сестре. Устраивать вокруг него низкопробные представления кощунственно и пошло. Девчонка совсем распустилась, потеряла меру, Бог знает что творит. Сейчас, дурочка, не удержавшись в неудобной позе, плюхнулась на дорожку.

— Приличные девушки на дороге не валяются, — пошутил второй злодей и, помогая подняться, протянул Ольге руку. Манжет пиджака слегка приподнялся, оголив, темное в форме стрелки, родимое пятно на запястье мужчины.

Надин тяжело вздохнула и, чуть слышно застонав, покачнулась.

— Мадам, прошу вас, — иронично заметил галантный тип. — Держите себя в руках. Скоро все закончится.

— Не убивайте нас, пожалуйста. У меня есть деньги, я отдам…. — зачастила Надин, пытаясь раскрыть сумочку. Остановившимся взглядом она испуганно таращилась на мужчину и повторяла, — не убивайте нас, пожалуйста, не убивайте.

— Успокойтесь! — брезгливо скривился первый грабитель. — Прекратите истерику!

— Да, да… — плаксиво протянула Надин и, совладав, наконец, с хитрым замком, достала дрожащими пальцами из ридикюля несколько сотенных ассигнаций. То, что под ними оказался пистолет, оказалось для мужчин полной неожиданностью.

— Деньги и драгоценности, быстро! — приказала Надин, делая шаг вперед и загораживая Ольгу. — И свои, и наши!

Мгновение на парковой аллее царило смятение. Мужчины в масках оценивали изменившуюся ситуацию. Определяли: готова ли дамочка применить на деле новомодный, карманной модели, автоматический «Кольт» или достала оружие с перепугу, от дури.

— Осторожнее с пистолетом, мадам, — небрежным тоном уронил тип с родимым пятном. — Оно может выстрелить.

— Оно — не знаю, а я выстрелю запросто, — Надин расставила точки над «i». — Потому советую не строить иллюзий. Если, конечно, жить не надоело.

— Нас двое, — напомнил тот, у кого было колье. — И у нас револьверы.

— Не думаю, что они заряжены. Вдобавок вы не посмеете стрелять. В парке полно полиции. На шум сбегутся люди, вас арестуют.

— Твою мать… — выругался мужчина.

В продолжение разговора Ольга не произнесла ни слова, только прерывисто взволнованно дышала. Надин настороженно прислушивалась к каждому шороху за спиной. Она не знала, что ожидать от племянницы, помощи или предательства.

— Господа, ровно через три секунды я выстрелю. Сначала в воздух. Потом в кого-нибудь из вас. Время пошло. Один…Два…Три…

Бесстрастный голос не оставлял выбора. Чертыхаясь, один грабитель положил на гравий дорожки колье и пятнадцать рублей. Второй добавил серебряный багет, целковый и пригоршню мелочи. На счет «три» мужчины скрылись в кустах.