Чтение онлайн

Индийская пальмовая куница, на Цейлоне — угудора (Paradoxurus niger), по строению и окраске меха напоминает генетту, а по величине равняется домашней кошке (45–55 см длины с таких же размеров хвостом). Основная окраска темно-бурая, почти темная; местами испещрена белыми пятнами. Водится на Цейлоне и в Индостане, в лесах и степях, а равно и в селениях. Любит плоды (особенно ананасы, а также кофе), но наносит большой ущерб и птичьим дворам. Легко приручается.

В Индокитае и на Зондских о-вах этот вид заменяется другим — малайской пальмовой куницей (или музангом (P. hermaphroditus), несколько менее предыдущего и с более коротким, грубым мехом. Окраска изменчива; некоторые животные имеют желтоватый основной тон с черными пятнами; брюхо серое, шея беловатая. Эти животные часто нападают на кофейные плантации, пожирая плоды, но переваривая только мясистую, сочную оболочку их, а зерно выбрасывая вместе с калом, так что оно оказывается совершенно неповрежденным. Яванцы передавали Юнгхуну, что это даже лучшие семена кофейного дерева, вероятно, потому, что животное выбирает только самые хорошие плоды. Кроме того, музанг питается еще птицами, яйцами их и насекомыми, которых ловит очень ловко.

Беннет рассказывает об одном музанге, бывшем у него в неволе. «Он был кроток и играл, как котенок; ложился на спину, забавлялся брошенной веревкой и издавал при этом тихое мурлыканье, похожее на барабанную трель. Очень часто он забавлялся таким образом со своим длинным хвостом. Если ему мешали во время еды, он сердито ворчал. Воду он пил, лакая, как собака или кошка, причем был нечистоплотен и часто становился передними лапами в чашку с водой… Это было вообще капризное, непостоянное создание, и когда не исполняли его желания, он страшно злился, бешено схватывал за руку первого попавшегося и, наверное, прокусил бы ее насквозь, если бы его молодые зубы могли это сделать. При этом он раздувал щеки и злобно поводил своими длинными усами, испуская своенравные крики и ворчание. Когда его трогали рукой, он тотчас принимался зализывать это место языком и торопился запрятаться в темный угол.

По временам, когда музанг скучал, он кричал так громко и пронзительно, что его крик разносился по всему кораблю, на котором мы плыли. Ночью шум становился еще неистовее: музанг бегал взад и вперед, визжал и кричал без умолку, не давая никому спать. Чтобы предотвратить этот шум, я надумал потом давать ему птичьи косточки, чем он и занимался всю ночь. Он охотно ел мясо всякой птицы, но еще больше любил различные фрукты. После обеда он был в самом лучшем расположении духа и позволял себя ласкать, но никогда не выказывал при этом ни малейшего удовольствия. Днем он спал, свернувшись по-кошачьи в клубок, ночью бодрствовал».

К этому я могу присоединить, что музанги редко уживаются друг с другом, не только с другими животными. Исключение представляла жившая у меня пара, но те зато аккуратно пожирали собственных своих детей.

Относительно хватательной способности хвостов музангов, о которой говорят некоторые, я сильно сомневаюсь и никогда не замечал у своих пленников, чтобы они хватали что-нибудь хвостом.

Вид пагума (P. larvatus), живущий в Китае и на Формозе, резко отличается от предыдущих своими большими, короткими треугольными плотоядными зубами; величина же его одинаковая с теми. Окраска его густого роскошного меха на голове — черная, на щеках, горле и шее — серая, на спине — желтовато-серая. Днем пагума спит, ночью же оживляется. Жара для нее неприятна и возбуждает одышку.

К однородному типу со страннохвостами относится еще одно неуклюжее хищное животное, напоминающее речную выдру. Это — мампалон (Cynogale bennetii), водящееся на Малакке, Суматре и Борнео. Короткое (в 60–65 см) туловище его, покрытое желтовато-бурым с черным мехом, оканчивается длинной, заостренной мордой; ноги и хвост — короткие, подошвы голые, на лапах по пяти пальцев, наполовину соединенных между собой перепонкой и вооруженных выгнутыми когтями. Особенно замечательны в нем большие усы, состоящие из длинных желтовато-белых щетин. Животное это умеет ловко лазать по деревьям; питается рыбой, птицами и плодами.

Наконец, к страннохвостам присоединяют обыкновенно одно оригинальное животное Западной Африки (Лоанго, Камерун, Конго, Нигер), с невыдвижными когтями, нандинию (Nandinia binotata), по форме головы напоминающую кинкажу и маки, а туловищем — страннохвоста. Мягкий мех ее сверху — темный, с черным рисунком, снизу — светлый желтовато-белый. Размер — 80 см, на долю хвоста приходится 40 см; зубов — 40; резцы очень малы, треугольные, клыки большие, кривые, бороздчатые, как у галаго; задние коренные — маленькие, круглые и плоско-бугорчатые, что составляет отличительный признак зубов хищных плотоядных животных и полуобезьян. Глаза, как у маки, с узким прорезом в большой радужной оболочке; короткие, круглые уши напоминают уши кинкажу.

По образу жизни нандиния также напоминает, по словам Гааке, маки и кинкажу, Влезая куда-нибудь, она противопоставляет большой палец на ноге прочим; корм свой таскает на сук дерева, чтобы там съесть его, крепко придерживая передними лапами. Нрав — мечтательный, как у лемура. Питается птицами и плодами, а в неволе отлично ловит крыс и мышей.

Прочие мангусты и по виду, и по образу жизни похожи, в общем, на ихневмона. Между ними укажем прежде всего на мунго, или мунгос, англичан (Herpestes mungo), небольшого зверька светло-серого цвета, величиной поменьше ихневмона (туловище 40–50 см), живущего в Индии.

Близко к нему стоит золотопыльная, или яванская мангуста (Herpestes javanicus) еще меньше ростом (55 см, из которых 20 приходится на хвост); она одета в темно-бурую с золотистым отливом шубку.

Как и все его родственники, мунго принадлежит к числу хищных животных; крысы, мыши, ящерицы, скорпионы, птицы — все это нередко становится его добычей. Но особенно замечательно, что этот маленький зверек отваживается нападать на всех ядовитых змей, не исключая даже страшной кобра-ди-капелло, очковой змеи, перед которой отступает сам тиран индийских джунглей — тигр. Быстрота и ловкость, с какой мунгос в этом случае нападает на чудовище, поистине удивительны; молнией кидается он на рассвирепевшую гадину и, схватив ее за затылок, мгновенно раскусывает ей голову.

Доктор Раушенберг однажды был свидетелем подобного поединка, и вот как описывает он бой мунго с коброй-ди-капелло:

«Мой друг, доктор, положил на пол залы небольшую змею, которая тотчас подняла голову и стала озираться кругом. Потом он взял полувзрослого мунго и, погладив его, опустил на землю в нескольких шагах от змеи. Зверек устремил свои маленькие глаза на врага и осторожно подвинулся к нему, так что змея обратила на него внимание. Тогда он мгновенно кинулся на гадину, схватил зубами за голову, несколько раз встряхнул и принялся с яростным ворчанием бегать по комнате, время от времени продолжая теребить змею, которую вскоре и умертвил совершенно».

Малайцы утверждают, что, будучи укушен очковой змеей, мунго бежит отыскивать горький корень растения мунго, съедает его, затем возвращается к месту поединка. И в этих уверениях есть доля правды: многие точные наблюдатели подтверждают верность этого факта, хотя другие, как Гарсфильд, относят его к области басен.

Приручается мунго очень легко и в ручном состоянии — очень приятное домашнее животное: он добродушен, весел, но главное — гораздо лучше всякой кошки умеет очищать дом от крыс и мышей.

Из европейских мангуст, сродных с ихневмоном, нужно упомянуть о меконе, или мелончилло (Herpestes widdringtonii), темно-сером с светлым крапом зверьке до 1,1 метр с хвостом (последний — 50 см), водящемся в Испании. Хвостовые волосы его идут на кисти художников.

Но более замечательна — зебровая, или полосатая мангуста (Herpestes fasciatus), самое маленькое животное из всего семейства (длина туловища — 40 см, а хвост — 20), покрытое полосатым мехом, состоящим из правильно расположенных темных и светлых поперечных полос. Водится в Африке (Ю. и Средней, до Абиссинии) и так же хищна, как и ее родичи, впрочем, предпочитает более птиц. Гейглин сообщает, что при охоте за некоторыми птицами, напр., степными куропатками, эта мангуста подманивает добычу, удачно подражая ее голосу.

Голос зебровых мангуст вообще очень оригинален: они щебечут, выделывая им трели и свистя, как птицы, или же испускают тихие протяжные крики, а иногда громкий лай. В гневе и возбуждении они злобно тявкают и рычат.

В Западной Африке ее часто держат европейцы в домах, подобно кошкам; веселый нрав, игривость, хлопотливость и чистоплотность делают ее общей любимицей.

Крабовая мангуста, или урва (Herpestes urva), темно-буро-серого с черным цвета, служит переходом от мангуст к россомахам: морда ее вытянута и заострена, туловище узкое и сильное, пальцы на ногах соединены перепонками. Размеры ее — 80–90 см, из которых до 30 занимает хвост. Водится в Непале и ближайших окрестностях. Из своих подхвостных желез урва выпрыскивает на врагов вонючую жидкость; гнездится в земле, подобно родичам.

Кузиманзе (Crossarchus obscurus), живущая в западной Африке (Гвинея), по форме морды и по подхвостному мешку приближается к сурикате, а по числу пальцев представляет настоящую мангусту. Туловище у нее плотное, круглая голова оканчивается острой мордой; хвост средней длины, ноги довольно высокие; уши маленькие, круглые, глаза с круглым зрачком, снабженные третьим неполным веком; длинный язык и закрывающийся подхвостный мешок. Длина — около 55 см, из которых 20 занимает хвост. Грубый мех однообразно бурого цвета. Своей походкой и торопливыми движениями это животное напоминает нашего ежа. В неволе кузиманзе очень веселы и сильно привязываются к человеку. Отыскивая в земле личинок насекомых, это животное даже в неволе любит постоянно буравить землю своей острой мордочкой. С недавних пор кузиманзе стали привозить в Европу живыми.

Далее, к мангустам относят еще несколько животных, у которых на передних лапах — 5 пальцев, а на задних только 4, и подошвы ног отчасти покрыты волосами. Такова, напр., лисицевидная мангуста (Cynictis penicillata) до 70 см длины, из коих 30 занимает хвост; шерсть гладкая, рыжеватого цвета; хвост пушистый; живет в песчаных местностях Африки; очень дикого нрава, но вместе с тем хитра и ловка.

Суриката (Suricata tetradactyla) — маленькое животное (25–30 см с таким же хвостом), на высоких ногах, с хоботообразным рылом и четырехпалыми лапами; когти на передних ногах так длинны и крепки, что с помощью их животное вырывает себе глубокие ходы. Живет в Африке от о. Чад до Капа. По наружности представляет среднее между мангустами и куницами. Мех довольно грубый, серовато-бурый с желтоватым оттенком и темными полосами. Суриката берет пищу передними лапами; бегая взад и вперед, испускает тихий крик, похожий на «уй, уй». Приручается очень легко и платит любовью за любовь, огрызаясь на того, кто ее дразнит и беспокоит. В доме полезна, как беспощадный истребитель крыс и мышей.

Представителем сем. виверр в Новом Свете является какамицли мексиканцев (Bassaris astuta), до 95 см длины, из которых 25 относится на долю хвоста. По строению тела напоминает лисицу; шерсть мягкая, морда острая, уши острые, торчащие, глаза большие. Шерсть — темная, буровато-серая, внизу — светлее, с примесью черного. Живет и в скалах, и в дуплах деревьев, и даже в покинутых строениях, питаясь маленькими млекопитающими, птицами и насекомыми. По живости и игривому нраву какамицли напоминает белку; мексиканцы так и называют его «кошачьей белкой». Если выгнать его из дупла, то он, загибая хвост на спину, принимает те же позы, как и белка, только не может садиться на задние ноги. Лазает какамицли превосходно, но не может так ловко прыгать, как белка. Мексиканцы часто приручают это животное, употребляя его для ловли домашних грызунов.