Чтение онлайн

Парня подвели к главарю и, пнув под колени, бросили на землю. Дух с видимым усилием перешел на русский язык, но старался говорить правильно, минимально коверкая слова. Мы с радистом были всего в десятке метров и слышали все прекрасно.

– Ти в плену у непобедимых муджахедов, кафир [137] . Зачем ти сюда приходил, смотрел?

– Мы… я… – парню крепко дали по морде, слова он выговаривал с трудом, – пришел снимать научно-популярный фильм для ВВС, мы не шпионим за вами и вообще шли на «Росток»…

Дух коротко, без замаха ткнул журналиста прикладом LR-300 в солнечное сплетение, и парень повалился на землю ничком, только успев хрюкнуть.

– Молчат! Ти врешь. Твой проводник сказал, что ведет вас на болота. Даже неверный говорит правдиво, когда ему режут яйца. Говори, кито послал тебя, свиння! Или я сам отрежу тебе уши, эта будит тиольки для начала, чтобы ти не осквернял мои уши враньем. Потом Саид, – дух кивнул на невысокого бородатого моджахеда с АКМ, вытертый местами до белизны металл ствольной коробки которого был замотан тряпками, – срежет с тебя штаны и…

– Н… не надо!

– Мольчи, кафир! Или, клянусь Пророком, отрежу сначала твой лживый язык!..

На самом деле от парня они не хотели получить никаких сведений, все, что нужно, духи уже вытянули из проводников. Без них эта парочка охотников за жареными фактами так далеко бы не забралась. Задачей духов было сломить волю и без того ошалевших от страха и унижений пленников, подавить последние остатки разума, убить волю к сопротивлению. Со стороны это покажется бессмысленным проявлением садизма, но такой способ обработки позволяет ослабить контроль за жертвой. Человек в подобном состоянии думает только о том, чтобы его перестали бить и насиловать, какое уж там мыслить о побеге. Как опытные «овцеводы», духи понимали, что несломленного пленника труднее охранять – нужны постоянная бдительность и внимание. Но ведь есть еще куча всяких других дел. Поэтому пленных сначала прощупывают, выискивают слабые места и ломают психологически, нанося увечья, не сильно влияющие на товарный вид (если все-таки договорятся с родственниками или работодателями жертвы о выкупе) или работоспособность.

Журналист, а как выяснилось, это был вольнонаемный оператор, или стрингер, как их еще называют, визжал как резаный, хотя его пока только стращали. Парня пробило на словесные излияния, и чего он только духам не обещал, вплоть до дарственной на свою квартиру, только чтобы его отпустили домой, в Москву. Про девушку, которая не проронила ни звука, когда ее избивали и насиловали, он не вспоминал. Все его существо вопило только об одном: «Спасите меня!» Духи гоготали, а один уже начал распускать шнуровку на комбезе, его примеру последовали еще двое приятелей.

– Ну все, сын свинни! – заговорил главарь. – Твоя херня нам надоела, будешь делать то, что ты привык у себя в Москве. Тибе не привыкат подставлят очка. Синимите с него штаны.

– Не-е-е!.. – Лицо стрингера сделалось совсем белым, и он на карачках пополз чуть ли не в самое кострище. – Не наддо-о-о!..

Журналиста поймали, сноровисто прижали к земле и вывернули связанные руки вверх. Почти ласково придерживая коленом, разрезали добротные натовские штаны сзади и приступили к тому, что обещали. Собственно, прелюдия создавалась именно ради этого момента, духам было неинтересно насильничать, не заведя себя морально.

В наушнике пискнуло тоновое сообщение, я махнул рукой Андрону – это был сигнал приготовиться, и маякнул снайперам, давая добро на поражение выбранных целей. Ждать целый час бессмысленно, а вот с главным духом надо бы свести знакомство. Западло заключалось в том, что в лагере я не ощутил присутствия пленного алхимика. Две из шести палаток были пусты, и, судя по докладам, в лагере находились только двенадцать человек. Пятерых не хватало, и я, кажется, понял, где их найду. Ситуация существенно осложнилась, в очередной раз ломая план операции. Работать по лагерю следовало немедленно.

Первыми, как и предполагалось, легли патрульные «чехи». Андрон и я синхронно положили обоих практически незаметно для занятых приятным остальных духов. Мой удачно «уронился» в трясину и ушел в болотную жижу без следа. Только легкий плеск выдал падение, но никто этого не заметил. Андронов клиент упал на твердую почву, за пределами освещенного круга, поэтому тоже пока не привлек внимания. Как сработали Норд и Серхио, мне видно не было, но на командной частоте поступил сигнал, что все цели нейтрализованы и идет передислокация на высоты. Я дал «добро», кинул к группе у костра «зорьку», предупредив своих сигналом «вспышка». Ослепленные духи, потеряв ориентацию в пространстве, не смогли оказать сопротивления. Четверо сидевших у костра были нейтрализованы людьми Якоба почти одновременно, а главарь обездвижен двумя ранениями в правую, «рабочую» руку и верхнюю треть бедра левой ноги. Такое ранение не является смертельным, но разносторонние повреждения конечностей мешают жертве оказывать слаженное и эффективное сопротивление. Дух в спущенных штанах откатился от журналиста, которого теперь уже никто не держал, боль не давала главарю орать, поэтому он только тихо подвывал. Еще четверых нашли спящими в палатках на западной стороне лагеря и пристрелили во сне.

Снова последовал доклад от снайперской группы: высоты заняты и тропы, ведущие в лагерь, взяты под контроль. Николай вел себя нормально и рысью побежал на северную тропу, откуда уже через пять минут доложил о занятии позиций. Собрали трупы возле костра и выставили охранение в лице Клауса и Михая, стали проверять лагерь. Из темноты вынырнул Тихон и присел возле костра. Подбросил кусок сухого торфа, отчего пламя разгорелось чуть ярче, осветив искаженное ужасом лицо главаря и отрешенное лицо девушки, которой дали кружку чаю и более-менее чистое одеяло. Стрингера поймали только десять минут спустя, по наводке Норда. Журналист вприпрыжку побежал в сторону трясины, выпрыгнув из разорванных штанов, и сгинул бы там, пробеги он еще пару десятков метров. Его снова связали и уложили возле костра, видимо, бедолага повредился разумом после пережитого.

Улов оказался ожидаемым: помимо оружия и снаряжения, взяли кубышку Халида, где в трех семисотграммовых банках из-под консервированных фруктов обнаружились самоцветные россыпи драгоценных камней примерно тысяч на триста долларов плюс наличка деньгами, в размере шестидесяти тысяч евро, упакованных в аккуратные пачки, перетянутые резинками. Правда, наркоту не нашли. Десять полных контейнеров с артефактами разной степени ценности и свойств дополнили нехилый навар наемников.

И не была достигнута главная цель акции: алхимик пропал, хотя я примерно понял, что случилось. Хитрый полевик, Халид забрал самого ценного и опасного пленника с собой и прятал его на втором острове. Просто перестраховался, посадив пленника под усиленную охрану. Подозвав Буревестника, я решил посоветоваться и уточнить наши планы:

– Как тебе улов, Якоб? Не жалеешь, что подписался на дело?

– Улов сказочный, Чертяка, это точно. Но что делать с твоим заложником и этими приблудными? С собой их взять нецелесообразно, отпустить тоже нельзя. По косвенным данным родичи Халида нас вычислят. А твоего вообще не знаю, где искать, может, шлепнули давно и резину тянули?

– Посмотрим. Про заложника я узнаю у нашего любвеобильного друга. Дай мне с ним несколько минут наедине, и он все скажет.

– Орать не будет?

– Исключено. Ладно, брат, собери трупы в палатке, полей «сахарином» [138] , чтобы лучше горели, скажи Михаю, чтобы начинал ставить заряды «факела». Половинную мощность отменяю, пусть все жарится на полную катушку. Мины выставим возле выходов на тропы за триста метров от лагеря, думаю, будет то, что надо. Волоките духа в командирскую палатку.

Поставив Андрона у входа в большую, рассчитанную на пятнадцать человек палатку, исполнявшую роль духовского штаба, я велел ему слушать эфир и, если что, доложить Буревестнику. А сам посадил духа на раскладной стульчик и принялся слой за слоем взламывать его мозги. Тот не ожидал подобного: его готовили к пыткам, но против ментального сканирования «горный» человек оказался бессилен. Сквозь пелену посторонних мыслеобразов я прорвался, но вопросы пришлось задавать вслух, как плетью, стегая ими полусожженный мозг пленника. Мои догадки в целом подтвердились: алхимик действительно находился на соседнем острове, где было оборудовано три убежища на случай, если Волна накроет. Пленника держали в северо-восточной части острова. С ним постоянно было трое охранников из числа личных телохранителей Халида. Сейчас там был всего один охранник, а сам Халид уехал по делам за колючку, вернется только через трое суток, вот бойцы и расслабились.