Чтение онлайн

Пора было продвигаться к Ржавому лесу. Спустившись вниз, я перехватил автомат, тихо дослав патрон. Обошел башню и взял курс на северо-запад. Дороги я избегал: учитывая характер боевых действий, обочины, скорее всего, усеяны минами. На «помощь» зверья рассчитывать не приходилось: мутанты чуяли затаившуюся смерть и обходили мины и растяжки стороной. Редко какой-нибудь кабан или небольшая их стайка во время гона напорется. Но это скорее исключение, нежели правило.

Путь я выбирал таким образом, чтобы не появляться на холмах, держаться в низине. Время от времени приходилось выползать на возвышенность и осматривать территорию минут по десять-пятнадцать. Пока все было тихо: только два раза пришлось продвигаться по-пластунски: одну низину облюбовала аномалия «искра», а в другой был целый лабиринт из «воронок», «огневок» и еще одной, не известной мне аномалии. Трава в том месте пожелтела, но детектор молчал. Гайка тоже ситуацию не прояснила. Решил не рисковать и метров сорок прополз на брюхе, то и дело замирая.

Я уже начал подниматься в полуприсед, когда левое плечо пронзила резкая боль. Спазм был настолько силен, что я просто рухнул в пожухлый кустарник. Это меня и спасло: в том месте, где была моя голова секунду назад, прошла тугая струя воздуха. А полмгновения спустя донесся звук выстрела. Снайпер. Судя по звуку и возмущению воздуха, стрелок пользовался чем-то импортным, снаряженным дорогими специальными боеприпасами. Выстрел был произведен приблизительно с восьмисотметровой дистанции, в той стороне начинались наемничьи угодья. Все правильно: рисковые ловцы удачи плевать хотели на Выброс, и кто-то из них все же решил повесить мой скальп себе на поясной ремень.

Борьба с таким стрелком — штука непростая. Шанс, что удастся его переиграть, появляется только тогда, когда стрелок один. Если же все сделано по правилам, то второй номер будет держать под наблюдением «слепые» для стрелка сектора и засечет любое движение мишени. Гайки, такие бесполезные в борьбе с новыми аномалиями, дали мне возможность для единственной попытки ускользнуть. Осторожно я приладил на указательный и средний пальцы правой руки простую резинку, какие вставляют в трусы и плавки. У меня в карманах разгрузки всегда полно всяких полезных мелочей (моточки проволоки, тесемки, болтики, гайки разных размеров и т. д.). Получилось некое подобие рогатки. Зарядив средних размеров гайку, я натянул импровизированную тетиву и стрельнул чуть правее моей лежки. Сухостой правдоподобно колыхнулся, мгновение спустя щелкнула пуля, эхом отозвался звук выстрела. Купился. Зацелил другую точку. Но двигаться еще рано: диагностика еще не завершена. Я вынул еще пару гаек и забросил их последовательно, с небольшим интервалом, отмечая липовый след все в том же направлении. Два выстрела прозвучали с характерным временным разрывом, и предположение об одиноком стрелке подтвердились. Воевать с этой братией непросто: снайперами становятся очень усидчивые и хитрющие ребята или злющие девки. Бой с ними — это как партия в шахматы с разрядником или мастером спорта: полно всяких домашних заготовок, и шаг в сторону означает неминуемый смертельный мат.

Снайпер мог просто играть со мной, заставляя раскрыться, обнаружить себя. Я решился на еще один фокус: пустив подряд две гайки по кустам и посчитав время перезарядки, резко сместился под прикрытие холма. Выстрела в мою сторону не последовало. Это не означает, что стрелок «зевнул» движение. Вопрос в другом: какое направление он «зацелил», чтобы подловить меня на выходе из укрытия. Тогда я применил другую уловку — так называемую «дорожку»: нарвал ворох травы и, связав ее в полуметровую «косичку», повязал на тонкую, но прочную капроновую нить. Добыл из РД пару маленьких алюминиевых скоб и воткнул их на склоне холма таким образом, чтобы один колышек был посередине, а другой метров пять не доставал до тыльного от меня края. Один конец веревки я привязал к поясу и зацепил за колья — получилось некое подобие ременной передачи. Теперь «косичка» изображала мою голову, и если я поползу вперед, то пук травы будет двигаться в обратном направлении. Снайпер будет видеть только его и вынужден будет выбирать сектор для выстрела, исходя из конкретных деталей.

Проверив ход обманки, я пополз. Снайпер молчал. Это тоже было ожидаемо. Стрелок был опытный и не хотел зазря жечь патроны. Спокойно «зацелив» определенную точку, он ждал, когда мишень выйдет в зону гарантированного поражения, откроется полностью. Вопрос только в том, повелся ли он на обманку или по-прежнему держит мой сектор оврага как основной.

Подползая к склону, я сделал паузу, отвязал «косичку» и резко рванул шнурок на себя, одновременно делая бросок телом в направлении следующей цепочки холмов. Не таких высоких, но снайперу тоже некуда особо взобраться. Если он будет надоедать, то придется снова замочить ноги и добыть этого умника для приватного разговора. Веревка дернулась, хлопнуло эхо выстрела. Снова купился.

Вынув ПДА, я вызвал на экран подробную карту местности, попутно сканируя эфир. Стрелок никого не звал на помощь, сидел тихо и за добычей идти не спешил. Умно. Либо будет ждать до окончания Выброса, либо засек обе подвижки и ждет, когда я расслаблюсь и проявлюсь тем или иным образом.

Сидеть он мог только в одном месте: группа холмов в северо-западном направлении подходила по расстоянию и высоте. Менять позицию он не станет, боясь пропустить мои перемещения или попасть под ответный выстрел. Последнее практически невозможно, но была слабая надежда, что противник не имеет четкого представления о том, сколько человек может сопровождать «мишень».

По «голосу», скорости перезарядки и временным промежуткам между выстрелами я примерно угадал модель оружия. Амеровский «Ремингтон-700» [64] — штатная винтовка снайперов морской пехоты. Надежное и сравнительно недорогое оружие. Но слишком медленное для скоростной стрельбы. Восемьсот метров — предельная дальность для базовой модели, но кто знает, что стрелок сотворил с ружьишком? Гадать было некогда: в полуприседе я пошел в обход предполагаемой позиции стрелка. Упустив меня сейчас, он может пойти следом и второй раз уже будет бить наверняка. Его нужно было уничтожить, но для начала по возможности взять живьем и допросить.

Холмистая местность очень помогала мне в маневрировании. Сохраняя дистанцию в тысячу метров, я обошел позицию снайпера по левому флангу, попутно осматривая местность в монокуляр. Просветленная оптика не давала бликов, страхуя от обнаружения. Если стрелок и менял позицию, то я этого не обнаружил. С тыла его прикрывал чахлый островок лесопосадок, деревья были тонкоствольные. Иначе парень мог бы устроить мне веселую жизнь. Гонял бы меня от отметки к отметке, подводя под удачный выстрел.

Шестьсот метров до вершины первого холма. Зигзагами перемещаюсь к его подножию и ползком начинаю подъем. Снайпера с самозарядной винтовкой было бы труднее переиграть, но «самозарядки» не бьют так точно на критическую дистанцию, с которой началась дуэль. Стрелку пришлось бы выгадывать позицию метров на триста пятьдесят — четыреста. Лежки на вершине не было. Снова кольнуло плечо: он рядом. Медленно повернувшись на четверть оборота корпуса, я увидел его. Лежка была всего в пяти метрах от меня. Стрелок не был дураком и выбрал позицию не на самой вершине холма, а чуть приспустившись по склону. На снайпере был маскировочный костюм с нашитыми на него лоскутами ткани, скрадывающими силуэт. Я ходил в подобном, удобная штука, называется «Леший». Этот был расцветки «поздняя осень», и если бы снайпер не пошевелился, то быть бы мне с лишней дыркой в организме.

Поняв, что обнаружен, стрелок резко перекатился в сторону и, отбросив винтовку, схватился за тактическую кобуру на правом бедре. Я выразительно повел стволом автомата, давая понять, что не намерен давать ему шанса вынуть пистолет. Поняв это, стрелок поднял руки вверх. Настало время переговоров. Голос у моего «визави» звучал глуховато из-под маски:

— Думал, что упустил тебя. Хотел еще выждать и идти следом. Нужно было чуть раньше стрелять. Как ты почуял меня? — Акцента не было, манера речи, как у жителя средней полосы.

— На колени, руки за голову, голову вниз! — Длительная беседа в мои планы не входила. — Лечь на землю, ноги скрестить! Руки назад!

Стрелок подчинился, но в его движениях сквозило напряжение, свидетельствующее о том, что стоит мне ослабить контроль, и схватки не избежать. Стянув парню руки пластиковыми наручниками, приступил к обыску. Ничего особенного найти не удалось: два метательных ножа, «беретта» с «родным» ПБС и два запасных магазина к ней. Три армейских рациона, ПДА и два артефакта в контейнерах на поясе. Пистолет я разобрал и выкинул. Обе обоймы отправились в «прыг-скок», что был неподалеку. Винтовку и боекомплект пока отложил в сторону. Прибрав трофеи и припасы снайпера в свой РД, я приступил к допросу.

— Кто ты сам и под кем ходишь, меня не интересует. Вижу, что служил, знаю, что иллюзий не питаешь. Так что торг пойдет только за быструю смерть. Меня интересует, сколько на пути «комитетов по встрече», их численный состав и оснащение. Скажешь все — умрешь быстро. Мы поняли друг друга?

Стрелок кивнул и начал излагать. Согласно его истории, Клей, застрявший в заброшенном городе, не решился на переход перед самым Выбросом. Был объявлен «открытый ордер», когда любой наемник мог попытать счастья в охоте на меня. Вызвались только мой «визави» и одна команда из пяти человек. Кто они, стрелок толком не знал: пришли двое суток назад с базы «сечевых». По замашкам — армейские, скорее всего американские рейнджеры. Экипированы по последнему слову. На вооружении FN-2000, [65] снайпер (винтовка зачехлена была, не видел, что за «ствол») и пулеметчик с десантным «Minimi». [66] Серьезный народ. Легендируются под наемников, но регулярно связываются с кем-то по спутниковому телефону, что легенду несколько подмывает. Все прояснилось. Остались только мелкие детали: