Чтение онлайн

Они мечтали о совместном полёте. И вот наконец мечта стала действительностью…

В это время я с семилетней Танюшей отдыхала в Сухуми. Внезапно получаем от Ромы телеграмму:

«Марина совершила международный рекордный перелёт. Едет к вам отдыхать».

Вот так раз! А мы-то ничего не знаем!.. Таня прыгала и пела от радости:

— Мамочка едет! Мамочка едет!

Мы не виделись с апреля месяца. Таня соскучилась по маме и не могла дождаться, когда же она наконец приедет.

В один из октябрьских дней сидим мы с Таней в столовой. Обедаем. Разговариваем о Марине. Вдруг открывается дверь и входит сама Марина.

Как всегда в таких случаях, начинаем наперебой расспрашивать друг друга. Марина вынимает из кармана газету и протягивает мне:

— Я купила её в Оренбурге, по дороге в Москву. Это первая газета, в которой было напечатано о нашем перелёте.

Марина летела с Гризодубовой по маршруту Москва — Актюбинск. В этом спортивном перелёте наши женщины перекрыли международный рекорд: они пролетели по прямой 1443 километра. Рекорд, установленный до этого американскими лётчицами, равнялся всего. 800 километрам.

Потом Марина подробно рассказала мне о полёте:

— …Летим вдвоём. Пересекли Волгу южнее Куйбышева. Под нами довольно однообразный пейзаж — заволжские степи. Летим на Актюбинск. Пролетаем над песчаной равниной. Изредка она перемежается такими же песчаными сопками. Сверху кажется, что пустыня вся состоит из складок. Пески словно движутся под самолётом. Ни домика, ни железнодорожной линии… Наконец Актюбинск. Без труда нашли аэродром, сели. Спортивные комиссары сняли барографы, составили акт о посадке, проверили пломбы на бензиновых и масляных баках. Нас встретили сотрудники аэропорта и повезли в город ужинать. Чудесная там была баранина по — казахски! Потом мы с Валей пошли подышать свежим воздухом. Ну, и стали мечтать… Хорошо бы, мол, полететь тысяч на пять километров!.. Например, на Дальний Восток… Размечтались до того, что стали составлять подробный план перелёта, будто завтра нам лететь…

Марина рассмеялась, потом уже серьёзно добавила:

— Впрочем, я думаю, этот план нам пригодится ещё… Обязательно полетим!.. Куда-нибудь далеко — далеко…

Имя Полины Осипенко — выдающейся лётчицы высотных полётов — хорошо было известно лётчикам. Марина много слышала о ней, но долго не имела случая познакомиться.

И вот однажды вечером к нам домой пришёл незнакомый человек. Он спросил Марину. Она всегда очень поздно возвращалась с работы, но человек терпеливо ждал. И дождался. Марина приходила очень утомлённая и вообще не любила дома заниматься деловыми вопросами. Но гость на этот раз был необычный… Это был инженер из Научно — исследовательского института Военно — Воздушных сил. Он предложил Марине лететь с Полиной Осипенко из Чёрного моря в Белое на гидросамолёте. Марине понравилась эта смелая идея. Лететь над сушей на самолёте, который может сесть только на воду, — слыханное ли это дело?..

Разговор кончился тем, что инженер пригласил Марину на следующий же день явиться в Управление Военно — Воздушных сил, где должна быть и Осипенко.

Здесь и произошло их первое знакомство. Они долго по — деловому говорили о предстоящем перелёте и обе остались довольны друг другом. Решили сразу же приступить к подготовке. До весны Марина продолжала работу в академии, а Полина вернулась в свою часть. Марина готовила карты к задуманному перелёту. Надо было составить маршрут так, чтобы самолёт в случае вынужденной посадки мог сесть на воду. Это условие сильно затрудняло подготовку.

В марте Полина приехала в Москву, и не одна: привезла третьего члена воздушного экипажа — лётчицу Веру Ломако. С подробным планом перелёта все трое пришли на приём к начальнику Военно — Воздушных сил.

Полина первая отправилась в Севастополь. Вера уехала в Архангельск, а Марина осталась готовиться в Москве.

В предстоящем перелёте связь с землёй играла решающую роль, и Марина срочно стала овладевать искусством радиста.

Дома у неё над кроватью появилась таблица с азбукой Морзе. Ежедневно по два часа Марина занималась радиотехникой в академии. Наконец она радостно объявила:

— Передаю и принимаю девяносто знаков в минуту. Инструктор сказал, что он за меня спокоен. Справлюсь.

Закончив подготовку в Москве, Марина выехала в Севастополь. Вера Ломако была уже там.

В Севастополе Марина должна была научиться буксировать самолёт за катером, подходить к спуску, знать морские сигналы для переговоров флагами. Марина старалась изо всех сил. Наконец командир корабля Полина Осипенко заявила:

— Ты у нас, Марина, теперь настоящий моряк!

Начались тренировочные полёты. Лётчицы не пропускали ни одного ясного дня. Однажды они налетали 1750 километров за девять с половиной часов!

Всё шло хорошо. И вдруг обнаружилось: Полина Осипенко не умеет плавать. А мало ли какие неожиданности могли случиться в таком перелёте! Пришлось Марине срочно стать инструктором по плаванью. На всякий случай она ещё обучила подруг гребле на лодке и байдарке.

Уроки водного спорта закончились полным успехом: теперь все три члена экипажа были в дружбе с водой.

За несколько дней до перелёта за лётчицами усилился врачебный надзор. Их посылали спать в шесть часов вечера. На окнах закрывались ставни; строжайше запретили кому бы то ни было нарушать их покой. В час ночи для них наступало «утро». Они совершали все положенные процедуры и отправлялись на пристань, где их ожидал катер. В полной темноте ехали через бухту в море, на гидроаэродром. На аэродроме их кормили специально приготовленным завтраком. Потом они спускали самолёт на воду и буксировали за катером в открытое море.

Так продолжалось три дня. Наконец на 2 июля был назначен старт.

Ночью, одетые в меховые кожаные пальто, в меховых шлемах и унтах, подъехали к своему самолёту. Высшее командование Черноморского флота приехало их провожать. Три лётчицы выстроились в ряд у самолёта. Осипенко по — военному отдала рапорт командующему флотом о готовности экипажа. Командующий принял рапорт и сказал речь. Он подчеркнул, что до сих пор ещё ни один из лётчиков Чёрного моря не совершал такого большого перелёта на морской машине через сушу. Раздалась команда: «В самолёт!» Лётчицы заняли свои места. Катер повёл самолёт в море. Сзади шла морская шлюпка. Командование поехало провожать на катерах.

Заставить тяжело нагружённую машину оторваться от воды — задача очень нелёгкая. Но и с этой задачей они благополучно справились.

Солнце ещё не взошло, море дышало тихо и спокойно, но на востоке появилась яркорозовая полоска рассвета, предвещавшая хорошую погоду. Марина бросила прощальный взгляд на Севастополь, где они с подругами прожили три месяца в ожидании этой минуты. Тотчас же вступила в радиосвязь с Севастополем. Оттуда спросили: «Как слышите?» Она ответила: «Слышу хорошо. Всё в порядке. Ложимся курсом на Киев».

Слева — море, справа — западное побережье Крыма. Восход солнца они увидели над Каркинитским заливом. Медленно — медленно ползёт кверху огненно — красный шар. Солнце светит ещё не так ярко, но глядеть на него долго невозможно — больно глазам. Проходит ещё немного времени, и вот уже первые лучи заиграли в волнах моря.

Летят хорошо. Позавтракали в Севастополе, а ужинать придётся в Архангельске!

Только подошёл самолёт к материку, чтобы идти на Николаев, как облака заволокли всё вокруг. Едва видны отблески моря. Показались очертания города: это Николаев.