Чтение онлайн

— А ты с нами жить будешь? Да? — продолжил тем временем Робин. — Ты умеешь готовить? У нас есть пустая комната на втором этаже. Думаю, деда не будет против, если ты её займёшь. У тебя много вещей с собой?

— Немного, — Рутгерта немного растерялась от такого напора. — А «деда» — это Великий Колдун Даррах?

— Ага, он.

— Я хочу стать его ученицей.

Робин открыл рот что-то съязвить (по выражению его лица было видно, что он думает об этой идее), но сзади раздалось покашливание. На пороге стоял старый колдун собственной персоной. Когда-то высокий, но сейчас сутулый. Сухощавый, с тростью в руке, кутающийся в шерстяную шаль. Его длинные волосы были цвета соли и перца, а лицом он походил на хищную птицу: чёрные блестящие глаза, острый немного крючковатый нос, впалые щёки, тонкий рот. Так рисуют злых колдунов в детских книгах.

— Я не беру учеников, — заявил колдун, и его голос был похож на ястребиный клёкот. Ничего больше не говоря, Даррах протиснулся между сидящими на ступеньках Робином и Рутгертой и направился к курятнику. Всё было в точности как сказал вчерашний незнакомец. Колдун заявил, что не берёт учеников, но прогонять её тоже не торопился. И похоже, причиной тому действительно было то, что Рик пустил её в дом.

— Если ты будешь готовить, я покажу где он держит свои книжки, — громким шёпотом предложил Робин.

Никаких громких речей, Даррах даже не спросил, как её зовут. Не так представляла Рутгерта знакомство с Великим Колдуном.

— Ладно, — согласилась принцесса. Что ж, если для того, чтобы стать колдуньей, придётся немного поработать на кухне, то так тому и быть. — Покажешь, где вы храните продукты?

Дом охотно рассказывал, где лежат вилки и ложки, где посуда, где кастрюли, как правильно разжигать очаг и где коробочка с моющими заклинаниями.

— Рик ужасно готовит и знает это, — тем временем не умолкал Робин. — Дед тоже не очень любит. А у меня вечно уголь вместо еды выходит. Или сырое. А ты ведь правда хорошо готовишь? Ты умеешь торты печь?

— Умею.

— Правда-правда?!

— Правда-правда.

На стороне комнаты, которая считалась кухней, оказалось, кроме всего прочего была и чугунная плита, притворявшаяся ещё одним разделочным столом, заставленным всякой рухлядью. Женской руки этому дому явно не хватало. То, что не очень бросилось в глаза вчера вечером, сейчас, при свете дня, стало заметно: Рик поддерживал чистоту, но занавески на окнах износились, а коврики протёрлись. Всё здесь не просто дышало временем, а буквально разваливалось от старости. Тарелки были с выщербленными краями, и ни один чайный сервиз не насчитывал больше двух чашек.

Очень скоро дом наполнился аппетитными запахами, и Робин приплясывал вокруг Рутгерты, как преданный пёс. Под конец, когда они уже накрывали на стол, даже Даррах пришёл посмотреть, что происходит.

Потом произошло «торжественное» заселение в комнату. Торжественность заключалась в том, что Даррах, поворчав для проформы, выделил Рутгерте комплект постельного белья. Чистый, почти новый, с мелким узором из букетов колокольчиков и ромашек. И шерстяное одеяло. То самое, что предложил ей предыдущей ночью Рик.

Комната была крошечной, под крышей, с одним небольшим окном в покатой стене. Кроме кровати, тумбочки, старого полноростового зеркала в тяжёлой бронзовой раме и небольшого сундука для одежды в ней больше ничего не было (да и не поместилось бы). Сидя на кровати Рутгерта могла дотянуться почти до любого угла своего нового жилища. Но какой бы маленькой ни была эта комната — это была её комната. Новый дом, который она заполучила сама. Пусть ещё не ученица Великого Дарраха, пусть пока только кухарка, но здесь она была намного ближе к мечте, чем в золотой клетке дворца. Принцесса сложила свои пожитки в сундук. Ещё раз осмотрелась. Стоило вернуться вниз и заняться чем-нибудь полезным. И ещё нужно было придумать достоверную историю о своём прошлом. И ещё — что делать, если сюда приедут люди отца. Ей вновь вспомнился колдун в одежде путешественника. Как бы он поступил на её месте? День пока складывался так, что Рутгерте пока не выпало подходящего момента спросить у Дарраха, кто такой этот ночной гость.

— Рик, ты здесь?

— Я всегда здесь, — отозвался дом.

— Скажи, а кто был тот колдун? Ночью.

— Это Дерек, — неохотно ответил Рик. Или Рутгерте только показалось, что неохотно? — Даррах отдаёт ему заказы, где нужно куда-нибудь ездить. Стариковское здоровье уже не то, чтобы прыгать по кочкам в болоте или в шторм море рассекать.

— А, понятно… — вполне естественно, что старый колдун может нанимать молодого для работы «в поле». — А он часто здесь бывает?

— Нет, не очень. Тебе лучше Дарраха спросить. Он лучше знает. Идём, Я покажу где Робин хранит домашние заклинания.

Всё же дом колдуна, каким бы обычным и запущенным он ни выглядел, был домом колдуна. Заклинания для мытья посуды, заклинания для чистки ботинок. Для травли тараканов, чтобы продукты дольше хранились, для улучшения роста травы, для сушки белья… Толстый том с разноцветными вклейками весил несколько килограмм.

— Это простейшие заклинания, — охотно объяснял Робин, быстро бросивший свои дела и присоединившийся к Рику. Ему явно больше нравилось возиться с Рутгертой, чем заниматься тем, чем нужно (травить сорняки на заднем дворе, если быть точным), — для удобства. Многие из них умею составлять даже я. Здесь, — он похлопал по потрёпанной книге, — рецепты. Дед на будет против, если я тебя им научу. Тебе же нужно будет помогать мне всем этим заниматься. А там, глядишь, и на что-нибудь более серьёзное его разведём. Кстати, а почему ты одеваешься, как мальчик?

— Я сбежала из дома.

— Правда?!

— Правда. Боюсь, меня будут искать, и если честно, я не знаю как сказать об этом Великому Дарраху.

— Я с ним поговорю, — Робин был сама серьёзность. Его огромные голубые глаза светились решимостью. Рутгерта ожидала почти любой реакции, но не того, что Робин придёт в восторг. И не станет спрашивать подробностей. Нельзя же доверять духу дома настолько! Вдруг она задумала что-то плохое, но смогла обмануть Рика? Но, как бы то ни было, мальчишка, похоже, стал её союзником. — Нужно придумать, как изменить твою внешность, чтобы даже если сюда придут, никто тебя не узнал.

— А такие заклинания у тебя тоже есть?

— Спрашиваешь! Пойдём, покажу тебе кое-что крутое.

Они поднялись к ней обратно в комнату. Робин встал возле старого зеркала и с гордым видом ткнул в него пальцем:

— Вот.

— Это старое зеркало, — согласилась Рутгерта.

— Именно! Ты обычно что делаешь перед зеркалом? Например, красишься, да? Ты меняешь себя с этой стороны, и в зеркале тоже меняешься, так?

— Ну, так… — принцесса заподозрила неладное. Интересно, в этом доме есть хоть одна обычная вещь?

— Смотри внимательно на отражение, — заговорщицки подмигнул Робин и, приблизившись к зеркалу почти вплотную, начал сверлить себя взглядом. Принцесса придвинулась поближе и начала наблюдать. Отражение едва заметно дрогнуло и поплыло. Волосы Робина потемнели, он заметно вытянулся в росте, одежда изменила цвет с зелёного на жёлтый.

— Ну вот, как тебе?

Рутгерта посмотрела на Робина рядом с собой. Он изменился точно так же, как и Робин в зеркале. Если бы она не знала, кто он, то в жизни бы не узнала. Ведь не может тринадцатилетний мальчишка в одно мгновение повзрослеть на несколько лет. А сейчас он выглядел лишь немногим младше её.