Чтение онлайн

Через два дня, Софи, которой не в чем было отказывать Ларогэ, воспользовавшись тем, что г-жи Арну не было дома, бежала со своим любовником.

Однако, Ларогэ сделал формально свое воровство. Покидая отель, он оставил, отцу и матери своей любовницы следующую записку в конверте.

«Я обожаю вашу дочь и женюсь на ней, слово Людовика де Ларогэ, как только овдовею!»

Ибо граф только что женился, и вот почему Софи никогда не видала его в Опере. Но он видел ее раза три или четыре из ложи, в которой сидел со своею женой. А так как он не любил жену, хотя она была молода и прекрасна, он влюбился в Софи… В XVIII веке вельможи предоставляли только буржуа, работникам и крестьянам любить жен…

Между тем похищение Софи Арну произвело шум. Г-жа Арну была не из тех матерей, который философически принимают свое несчастье. Она плакала, кричала, шумела… Она повсюду показывала письмо графа… Повсюду его находили его очень комичным.

Знатный вельможа, дающий обещание жениться на своей любовнице, когда он овдовеет – это было крайней степенью любезности. Одна только г-жа де Ларогэ не разделяла этого мнения.

– Мосье, – сказала она графу, – вы могли бы обманывать меня, не делая смешной…

– А чем я вас дурачу.

– Желая моей смерти, чтобы вполне принадлежать вашей любовнице.

– Э! это шутка! ничего больше. Завтра вы сойдете в могилу, чего не дай Бог! и я все-таки буду только любовником Софи Арну.

Графиня презрительно пожала плечами.

– Оперная певица!.. – сказала она. – Фи! Я не хвалю вас за ваш выбор!

Граф улыбнулся.

– Потому что вы не знаете Софи.

– Нет, я знаю ее и не вижу в ней ничего необыкновенного. Что в ней такого, чего бы не было в другой!

– Ум. Ум до конца ногтей, и столько ума, что она может продавать его всем парижанкам.

– Женщинам ее сорта.

– И другим, и самым знатным… Вот почему я люблю ее, вот почему я ее обожаю!.. И вот почему, я оставляю вас, чтобы вернуться к ней… в ее объятия, на ее грудь!.. Честь имею кланяться!..

Мы не преувеличиваем. Именно так знатный вельможа Людовика XV обращался со своей женой. Он не довольствовался тем, что изменял ей, он даже хвастался перед ней своей изменой. Правда, что эти жены сторицей воздавали этим господам за их неверность и презрение.

Граф де Ларогэ, впоследствии герцог де Бронкас, был не совсем обыкновенный человек; при большом уме, он обладал замечательной образованностью, и те часы, которые он похищал у удовольствия, он посвящал наукам. Он особенно занимался химией, но также любил литературу и сам даже написал для Французской Комедии несколько трагедий, которые имел блогоразумие сжечь после того, как Вольтер сказал ему, что в них есть очень хорошие стихи… Но возвратимся к любви Ларогэ и Софи Арну.

Граф поместил свою любовницу в великолепном помещении в улице Неф де Пети Шамп. В первый раз, когда граф официально представился в новое жилище на нем был надет великолепный и изящнейший костюм.

– Граф Луи де Ларогэ, сказал он, почтительно кланяясь молодой женщине, – просит мадмуазель Софи Арну из королевской музыкальной Академии, – продолжать дарить ему туже благосклонность, которую она удостоила выразить Этьену Годару из Кайэны, навсегда вернувшемуся в свою страну.

– Луи де Ларогэ приятный гость, ответила Софи тем же эффектированным тоном. Его будут любить так же, как любили его предшественника. Но позволю себе одно замечание. Граф Луи де Ларогэ не будет ревновать к прежним ухаживаньям Этьена Годара.

– К Этьену Годару, нет! но если бы это был другой!..

И возвращаясь к своему обычному тону, живому и веселому, в котором, однако слышал нечто серьезное, Ларогэ, вынимая на половину свою шлагу из ножен, продолжал:

– А, тысячу чертей! Если бы ты меня обманула, Софи, я думаю, что я сначала убил бы тебя, и потом пронзил бы себя этой же шпагой.

Софи улыбнулась.

– Ба! сказала она, неверность! многие от нее живут и никто не умирает. Во всяком случае, мы еще успеем сделать духовное завещание.

И на самом деле, в течение трех лет наши влюбленные пользовались бесконечным счастьем… Нет!.. облака были и часто на небе любви Ларогэ и Софи Арну… Софи была кокетлива…. Ларогэ – горяч… Не раз, по возвращении с прогулки или ужина случались не только ссоры, но даже битвы в отеле на улице Неф де-Пети-Шамп. Да, битвы! к стыду сильного пола, слабый пол был постоянно бит. Стоит только ударить в первый раз!..

Софи отвечала одной из своих подруг: удивленной тем, что она позволяла себя бить:

– Привыкнешь, моя милая! Даже лучше; клянусь тебе, что я никогда не бывала так влюблена в Ларогэ, как в то время, когда он мне давал плюхи.

Одна из современных нам куртизанок говаривала, что – Плюхи абсент любви!.. Пускай и абсент, но к счастью, есть еще люди, которые не имеют надобности в подобном возбуждении любви. Между тем, мы полагаем, что абсент потерял свои возбуждавшие качества на Софи Арну, потому что однажды, воспользовавшись отсутствием Ларогэ. уехавшего в Женеву, – певица произвела coup d’Etat.

Решившись окончательно покончить со своим любовником, и с этой целью не желая ничего сохранить от него, она отослала в коляске к графине де Ларогэ все драгоценности, полученные ею от графа, условие на доход, письма, содержавшие обещания и сверх всего двоих сыновей, которых она от него имела.

Как вы полагаете, трудно было быть деликатнее?.. Отчаяние Ларогэ но его возвращение было ужасно!

Нет больше любовницы! Она хорошо была скрыта, благодаря услужливости королевского министра Сен Флорентина. Нет больше детей!.. И нет больше их матери… Он оплакивал свое несчастье и в стихах и в прозе.

Наконец, эта страстная печаль уступила место спокойствию рассудка. Софи Арну могла показаться без боязни быть изуродованной… Ларогэ имел с нею свидание, в которое объявил ей, что отныне он не будет более насиловать ее чувств; она больше не влюблена в него, она его оставила, он повинуется; но великодушный даже в несчастье, он объявил ей, что отказываясь от нее, он не забыл, чем он обязан самому себе, и просил ее принять обратно две тысячи экю дохода, данные ей но условию.

Софи отказалась! О! Она энергически отказалась. Софи была не глупа!.. Если бы она приняла обратно доход, ее обязали бы взять обратно и детей.