Жнец. Книга одиннадцатая
Шрифт:
Тем временем шок опального князя окончательно прошел, а сам он привык к возможностям своей дочери. У Юлии получалось достать отца своими клинками в очень редких случаях, а вот Максим Белов то и дело рассекал Покров девушки. Благо изготовленный Шелковым и кузнецами-иномирцами доспех прекрасно себя показывал, с достоинством выдерживая мощные удары опального князя.
Однако лицо княжны не было прикрыто ничем, кроме Покрова. Так что теперь оно красовалось ссадиной на всю правую щеку от первого удара и глубоким порезом от одного из выпадов противника девушки.
Становилось очевидным, что проигрыш Юлии близок, и, чтобы его избежать, ей придется воспользоваться тем самым козырем, который мы обсуждали с моими фамильярами.
«Кей, — обратился я к своей хвостатой помощнице. — Предупреди Оксану, чтобы она была готова выполнить мое поручение.»
«Сделаю, босс», — шутливо ответила демоница, послав мне образ, как она прикладывает раскрытую ладонь к своему пушистому уху.
Хвостатая покинула мою душу и, воспользовавшись порталом, направилась к Оксане. Беловы в это же время сошлись в очередном столкновении, по истечении которого над ареной раздался характерный перелому костей хруст. Один из клинков Юлии стремительно рухнул на песок арены, подняв в воздух пыль, а сама девушка издала сдавленный вскрик. Одна из рук княжны обвисла, но она смогла сохранить решительный взгляд и твердую стойку на ногах.
Как бы то ни было, но опальный князь тоже не остался целым и невредимым. После столкновения его доспех, поврежденный самим Беловым, окончательно рассыпался, а на груди теперь красовалась глубокая рана, проходящая от ключицы до нижних ребер.
«Пожертвовала рукой, но смогла пустить кровь своему противнику, — покачал я головой. — Рискует.»
«Проверяет свои силы и новые возможности», — поправила меня Чайя.
Опальный князь сконцентрировал на ладони небольшой шарик из света, после чего провел им по кровавой борозде на груди. Рана хоть и не исцелилась, но кровоточить перестала.
Пошевелив плечами, Белов проверил свою подвижность, после чего, оскалившись и превратившись в вспышку света, рванул в сторону своей дочери. Пространство вокруг силуэта князя заискрило, а в его груди начали закручиваться всполохи, знаменуя первую технику, использованную в дуэли полноценно.
«Решил положиться на одну атаку, вложив в нее все силы?» — мелькнула у меня мысль.
Юлия дурочкой не была, хотя большинству ее действия могли бы показаться безрассудными. Дело в том, что она прекрасна понимала, что ее отец готовит технику, но вместо того, чтобы усилить свой Покров, она его погасила. Полностью. Не оставила даже мнимого контура.
А в следующее мгновение энергия, скопленная опальным князем, покинула его тело, заполняя все пространство главной имперской арены ярким светом.
«Кей, действуй!»
Главная имперская арена, Москва
Императорская ложа
— Начала за здравие, кончит за…
— Не продолжай, матушка, — перебил экс-императрицу Алексей, кулаки которого были сжаты до белых костяшек. — Еще ничего не кончено!
Император и старшая из его сестёр молча наблюдали за разгорающейся перепалкой между их родственниками. Казалось, что выяснение отношений заботит их больше, нежели происходящее на арене.
— Сынок, не припоминаю, чтобы у тебя были проблемы со зрением! — вскинулась Анастасия Романова. — Взгляни правде в глаза. Белова, конечно, молодец — смогла удивить. Однако ее отец превосходит ее на голову как в умении обращаться со своим Даром, так и во владении холодным оружием.
— В голой мощи Белова сильнее, что мы могли видеть по успешному отражению первой атаки ее отца! — не соглашаясь, повысил голос Алексей, вперившись в свою мать гневным взглядом. — Смею напомнить, что это ты лишила ее возможности набраться опыта в том, чтобы быть Неограниченной!
— Она заслужила, сын!
Михаил Романов, глядя на это зрелище, удрученно выдохнул и вернул свое внимание к происходящему на арене, полностью на нем сфокусировавшись.
— Да? Точно она? Или Новиков? М? — нападал принц. — Что-то я не припомню в докладах информации, гласящей о том, что княжна Белова вела себя вызывающе. Цитирую: «Юлия Максимовна, известная как княжна Белова, вела себя покорно, неагрессивно, свойственно тому, кто нуждается в прощении»!
— Закрой рот! — бросив косой взгляд на своего старшего сына, выкрикнула императрица.
— Пожалуй, продолжу! — хмыкнул Алексей, не услышав слов запрета со стороны Михаила, с интересом глядящего на происходящее на арене. — «В то время как Ее Величество Анастасия прочувствовала всю боль княжны, испытанную ею за годы юности и отрочества, пустив одинокую слезу по правой щеке. Тем не менее, вела она себя крайне вызывающе и провокационно, пыталась вывести графа Новикова на конфликт, вследствие чего тот жестко и доходчиво объяснил ей, что она не права.»
— Это кто такое в докладах пишет?! — изумилась экс-императрица, после чего взревела: — Имя!
— Уже поведал! — с сарказмом в голосе ответил Алексей. — Так что ты, матушка, ослепленная яростью и гневом, решила мстить, но сделала это не напрямую, а через близкого Новикову человека. Хотя недавно сама ходила к нему в гости с определенной просьбой, где получила уклончивое согласие со стороны Александра.
Сквозь пелену барьера, помогающего справиться с ярким светом от Даров сражающихся людей, донёсся хруст костей и женский вскрик.
— Откуда ты знаешь? — мрачно спросила Анастасия, не обращая внимания на дуэль.
— Не имеет значения, — отмахнулся принц. — Ты…
— Хватит! — рявкнул император. — Взгляните! — указал он на отца и дочь, дерущихся друг с другом на арене. — Похоже, дело близится к развязке.
Повинуясь воле императора, его мать и младший брат замолкли и одновременно устремили свое внимание на арену, где друг напротив друга замерли двое людей: Юлия Белова, чья рука обвисла плетью, и Максим Белов, проводящий по своей груди опоясанной светом рукой, тем самым останавливая кровотечение
— М-да уж, — тихо буркнула Татьяна, наблюдающая за перепалкой своих близких родственников. — Вот уж семейка…
— Таня, тебя это тоже касается, — не глядя на сестру, бросил император.
— Смотрю я, смотрю! — во второй раз за день подняла руки в защитном жесте принцесса, после чего направила свой взор в сторону участников дуэли. — Что она делает?! — воскликнула Татьяна, глядя на то, как княжна гасит свой Покров против бегущего на нее опального князя.
— Получается, смирилась? — усмехнулась экс-императрица.