Жопа-гоблины из Освенцима
Шрифт:
– Адольф!!! – кричат обе Френни
Адольф и Белый ангел кланяются друг другу, затем принимаются хлопать друг друга по лицам. Размазав по лицам друг друга изрядное количество шоколадных пирожных, они набирают полные пригоршни этих пирожных и засовывают друг другу в задницы. После этого они обнимаются.
«Наверное, это способ приветствия у жопогоблинских лидеров»
– Адольф! – говорит Белый ангел – я вместе с этими мутантами – наследниками Освенцима приветствую тебя! Добро пожаловать домой, после сексуальной одиссеи! Можем мы, не откладывая испытать их в бою?
– Невыносимо презренно! – отвечает Адольф
Белый ангел расправляет крылья, делает жест в мою сторону.
– В чем же проблема? Этот ребенок по виду жопогоблин.
Адольф который отсутствовал на время наших трансформаций, похоже разгневан. Мы уже не те дети, которых он когда-то убивал.
Уже не те.
– Я вижу за время моего отсутствия, жопогоблины деградировали! Стали слабыми, тупыми созданиями!
– Они всегда были тупыми – говорит Белый ангел – если дать моим прототипам шанс, они положат начало расе более сильных, чистых жопогоблинов! Если мы решимся на это, Освенцим станет более жестким, а игрушек в нем станет еще больше!
– Я проверю этих мутантов, в трех дневном бою! – Адольф машет руками и топает ногами – Мои тупые, преданные рабы! Я объявляю битву! Жопогоблины против жопокукол и против детей. Сильнейшие сразятся за место за моим столом, если они хотят выбыть в моей компании! Больше никаких ебаных игрушек! Больше никаких ебаных убийств во имя свободы, когда начнется финальная битва!
Я не совсем понимаю значение слова «ебаный», но общий смысл слов Адольфа я улавливаю и понимаю, что с меня хватит! Я бросаюсь к Френни и Френни. Завороженные речью Адольфа жопокуклы которые держат их в плену, не замечают меня. Я бью одну из них снизу, и наношу удар слева от другой – моя рука тонет в её верхней заднице. Первая кукла вскакивает на ноги. Я освобождаю руку и кричу близняшкам чтобы они бежали. Задницы кукол расслабляются достаточно, чтобы сестры смогли вылезти наружу.
Я не хотел драться, но было уже слишком поздно. Передо мной стоит жопокукла которая должна умереть, она пытается нанести удар ножницами через себя, но промахивается. Между мной и жопокуклой встает Френни-2, она нагибается, выставляет задницу и целится в куклу. Жопокукла пытается до нее дотянутся, но тут из ануса Френни-2 выпрыгивает туалетная жаба. Она вытягивает язык и он проникает между двумя кукольными задницами: кукла распадается пополам. Френни-2 хватает меня за крылья – я теряю равновесие.
Ко мне направляется фигура.
Прежде чем я успеваю среагировать, Адольф бьет меня в челюсть. Я отшатываюсь, и падаю на край сцены. Он пытается нанести еще несколько ударов, но ни разу не попадает. Я прыгаю из стороны в сторону, пока не восстанавливаю равновесие. Френни-2 соскальзывает и падает на землю.
– Ай! – кричит она.
Белый ангел хватает Адольфа, накрывает своей задницей и испражняется ему на усы. Адольф начинает верещать в знак протеста, но затем крик превращается в смех. Он проводит по усам когтями, размазывая желчь.
– Убивать нахрен! Убивать во имя свободы!
Френни выглядит испуганной, но умудряется ползти по направлению ко мне. Я хватаю ее, и взмахиваю розовыми гигантами. Я взлетаю, стараясь держаться как можно ближе к сцене.
Под нами кипит битва между гоблинами и куклами. Война опьяняет их, и от них идут более резкие запахи, чем обычно. Надеюсь, Отто сумеет отбить их атаки.
Когда мы достигаем руин игрушечного сектора, сучьи-смертоубиватели жмут на педали, срываясь с места. Между их велосипедами натянута колючая проволока.
Проволока разрезает жопокукол напополам. Жопокуклы выстраиваются полукругом. У каждой из обеих задниц, торчат автоматы. Начинается стрельба и пули разрывают головы и задницы жопогоблинов. Эти жопокуклы срезают велосипедистов будто на обычных учебных стрельбах. Некоторые дети снимают с глаз повязки и пытаются убежать, но их моментально убивают. Другие падают на колени и склоняют головы. Они так долго пробыли в рабстве, что забыли что значит бунтовать и пытаться защитить себя. У Френни-2 почти нет шансов выжить среди всего этого безумия.
– Пойдем! – говорю я, хватая Френни за руку. На этот раз она не сопротивляется. Мы собираемся найти ее сестру. На секунду я поворачиваю голову и этого достаточно чтобы увидеть как жопокуклы отбивают очередную атаку сучьих-смертоубивателей. Френни спотыкается о обезглавленного гоблина, не сбавляя шага я поднимаю ее на ноги. Френни-2 визжит неподалеку. Мы рассматриваем разрушающиеся здания в поисках укрытия, где она могла бы спрятаться.
Она снова кричит. На этот раз, гораздо ближе. Я опускаю голову и вижу ее. Она лежит над трупом жопогоблина о которого запнулась Френни. Но как мы ее не заметили?! Я переворачиваю гоблина на бок, хватаю обеих Френни под руки и ХЛОП…Мы поднимаемся над полем боя, наблюдая над ходом битвы. Похоже, и гоблины и куклы потеряли к ней всяческий интерес. Теперь они все вместе нападают на Отто. Он катится сшибая их словно кегли, но они продолжают стрелять, кусаться, царапать когтями его броню которую не взять количеством.
На сцене стоят Адольф и Белый ангел. Они достают из задниц музыкальные инструменты и начинают играть под вой и предсмертные крики.
– Дети! Дети! – говорит Френни-2
– Надо спасти Отто! – кричит Френни, и несмотря что в моей голове стучит, а над землей светит темное солнце, впервые вселяющее надежду. Я понимаю, что она права. Отто – мой брат, и на моем месте он стал бы спасать детей.
Он мой брат и я сделаю так, как сделал бы он. Я разворачиваюсь и направляюсь к детям…
Глава 21
Перед нами возвышается холм Мертвых детей, будто вулкан, извергающий шоколадные пирожные и туалетных жаб. Близняшки Френни – мои личные сирены, визжат. Я отлетаю назад и вниз. В меня стреляет жопокукла – пули проделывают в моих крыльях дырки в форме свастик. Я по спирали лечу на Освенцимскую площадь. Френни и Френни пытаясь удержаться, обрывают мне крылья.
Я падаю в холодную грязь. Френни падает рядом с моей головой. Френни-2 падает следом, ее голова приземляется возле моих ног. Ее трясет в припадке, который на этот раз сильнее, чем все предыдущие. Френни подползает к ней и прижимает ее плечи к земле. Она смотрит на меня и говорит
– Иди. Помоги Отто…- и проглатывает сестру. Обрубки крыльев кровоточат. По моей спине стекают теплые струйки. Отто направляется к нам. За ним гонятся куклы и гоблины. Я ползу к скоплению детей. Обе Френни и я снимаем с их глаз повязки. Вскоре на нас устремляют сотни взглядов. Я не уверен, чего в них больше, страха или недоумения.
– Вставайте! – ору я.
Около сотни детей встают. Многие уже мертвы. Выжили лишь те измученные пытками дети, которые стоят сейчас перед нами в ожидании приказов. Несмотря на то, что мы больше на них не похожи, дети понимают, что мы хотим помочь им. Некоторые из них уже хватают крысаканов и держат их словно оружие. Они смотрят на меня в ожидании команды. Я точно не уверен что делать дальше и оглядываюсь назад: Отто поменял направление, теперь он катится к большому скоплению гоблинов-велосипедистов. Он превратился в разъяренный, быстро набирающий обороты скорость шар. Он дает нам шанс, вывести детей за ворота. Френни открывает рот и изнутри выглядывает ее сестра. Они обе показывают пальцами в стену. Белый ангел размахивает руками и подпрыгивает преследуя Отто, а Адольф залезает ему на спину, и стреляет свастиками в падающих жаб. Френни-2 вылезает изо рта Френни и кричит