Чтение онлайн

— Да. Я потому обратила внимание, что ему два часа назад парень один письмо передавал. Ты как раз принял смену в одиннадцать, и я попросила тебя отнести ему в номер.

— Да, я помню, — сказал белбой.

— Ты отнес?

— Конечно, — сказал белбой. — Только на двери была табличка «Не беспокоить». Я подсунул конверт ему под дверь, как обычно.

— Вот и молодец, — сказала портье и углубилась в работу за компьютером.

Жуков проснулся в два часа ночи. Окно комнаты мерцало призрачным ночным светом. Он включил бра над широкой кроватью и с наслаждением потянулся. Ему показалось, что он отоспался и отдохнул с лихвою за все перенесенные в пути неудобства. Он взял с тумбочки пульт дистанционного управления и включил телевизор на канале MTV. Задорный парнишка в бейсбольной кепочке бодро пророкотал по-английски какую-то шутку, и начался очередной видеоклип, в котором шайка смазливых хлопцев проворно лопотала, подвывала и беспрестанно прыгала в лужах с водой.

Пританцовывая под музыку, Жуков подошел к мини-бару. Он вынул оттуда бутылочку джина и банку тоника. Он смешал себе в бокале крепкую порцию и с наслаждением отхлебнул. Потом отыскал в мини-баре пакетик с орехами и стал с упоением их поедать.

Потом он отправился в душ, где плескался довольно долго. Выйдя из ванной, он озяб в кондиционированной прохладе номера и стал энергично растираться белоснежным полотенцем. И тут его взгляд упал на светлый прямоугольник на ковролине прихожей. Было похоже, что кто-то просунул его под дверь. Виталий поднял с пола конверт и прочитал: «Мг. Zhoukov». Портье отеля так приноровились к английскому, что механически писали латиницей даже русские имена.

У Виталия упало сердце, и он отчего-то ощутил странную усталость. Легкий дурман после выпитой порции джин-тоника мгновенно сошел на нет.

Он присел на кровать и вскрыл конверт. На фирменной бумаге отеля с логотипом вверху страницы было начертано нервным почерком:

«Привет, брат! Мы так с тобой похожи, что я могу тебя так называть. Не забыл еще меня? Ты мне подложил свинью. Но эта свинья — новорожденный поросенок по сравнению с той, которую ты подложил сам себе. Да, ты меня правильно понял: тебя ищут. Не знаю почему, но я сразу воспринял этих ребят всерьез. С виду — обыкновенное «бычье». Но если пообщаешься с ними чуть дольше, то… В общем, у нас тут не принято доверять ни бумаге, ни телефону такие вещи. Скажу сразу: я подвергаю себя большой опасности. И все-таки я не могу забыть твоего гостеприимства в Москве. Поэтому вот мой номер: 413318. Позвони, если хочешь знать подробности. Думаю, если я легко нашел тебя с помощью телефона, они тоже сумеют найти. Поселиться в отеле — тебя не назовешь осторожным человеком. Прошу: прочитай и уничтожь. Рома».

Под подписью стояли дата и время. Они означали, что часа три тому назад Рома Ильясов был внизу, возле стойки портье. Он позвонил в отель, узнал местонахождение Виталия и пришел, чтобы передать письмо. Виталий мирно спал под защитой таблички «Не беспокоить», в то время как в безоблачном небе летнего Ашхабада над ним сгустилась туча из свинца и металла. И молния могла ударить, как острый нож, — прямо под левую лопатку.

Виталий с минуту тупо смотрел на записку. Потом в бешенстве схватил пульт и выключил идиотскую в такой ситуации музыку. Потом еще раз перечитал записку.

Он схватил трубку телефона и набрал номер, указанный в послании.

— Да? — ответил сонный голос.

Это был голос Ильясова!

— Если будете молчать, я отключу телефон… Роза, это ты, что ли?

— Нет, это не Роза, — сказал Виталий. — Это я.

— A-а, ты, браток, — сказал Ильясов. — Как дела?

— Сам знаешь как, — сказал Виталий.

— Знаю, знаю, — зевнул в трубку Рома. — Что будешь делать? Э, только не надо мне рассказывать по телефону! Я просто так спросил.

— Ты предлагал услышать подробности, — напомнил содержание записки Виталий.

— Какие подробности? Я, собственно, все там сказал. Тебе надо знать, как они выглядели? В общем, они были похожи на тех, кто они есть.

— Нам надо увидеться, — сказал Виталий.

— Зачем?! — воскликнул Рома. — Зачем ты вообще приехал в мой город?!

— Я тебя очень прошу — давай увидимся, — умоляющим голосом попросил Виталий. — Я тебя отблагодарю.

— Мне от тебя ничего не нужно, — сказал Ильясов жестким тоном.

— Тогда помоги мне просто так, — сказал Виталий.

— Наглость — второе счастье, — издевательски усмехнулся Ильясов. Потом сказал после паузы: — Возьми такси и скажи водителю: «Между «Гранд-Отелем» и «Казино «Флорида». Там выйдешь. Там на автобусных остановках с обеих сторон улицы сидят проститутки. Подойди, сними любую. Я буду сидеть у обочины в белых «Жигулях» номер двадцать два ноль семь. Сядешь с биксой в машину — там поговорим. Выходи через полчаса.

— Спасибо! — с жаром воскликнул Виталий и положил трубку.

Потом он стал метаться по номеру, чтобы собраться. И тут вспомнил, что сдавал одежду в прачечную!

Он посмотрел на памятку гостиницы на письменном столике и набрал трехзначный номер службы портье.

— Reception! May I help you? — пропел девичий голос.

— Я Жуков из номера… Я забыл номер комнаты, — проговорил Виталий.

— Я помню ваш номер, — сказала портье. — Чем могу помочь?

— Я утром сдавал вещи в срочную стирку, — сказала Виталий.

— Они уже готовы. Мы просто не хотели вас беспокоить. Вам принести вещи?

— Да, принесите. И вот еще что… Я могу заказать такси?

— Для постояльцев гостиничные машины в пределах центра города стоят один доллар, — сказала девушка.

— Хорошо. Я спущусь через двадцать минут.

Через минуту белбой принес ему на вешалке выстиранные и отутюженные джинсы и футболку.

Виталий торопливо оделся и стал думать, брать ли ему с собой сумку. После минуты кусания губ и ногтей он решил лишь распихать по карманам джинсов деньги. Толстые пачки долларов так забили карманы, что он решил носить футболку навыпуск, благо она была достаточно длинной.

Когда он убедился, что в номере осталась только сумка с несколькими носильными вещами, он захлопнул дверь и спустился на лифте в вестибюль. Внешняя стена шахты лифта была прозрачной, и он видел во время спуска ночную площадь перед круглым зданием цирка.

Он сдал девушке-портье ключ от номера и с опаской выглянул на улицу. Здесь все было тихо. После охлажденного номера гостиницы на улице было очень жарко, хотя дышалось легко, благодаря сухости воздуха.

Он напряженно, как боящийся ястреба суслик, всматривался в ночные окрестности, но не увидел ни души. Откуда-то издали до него доносились звуки машин (под цирковой площадью проходил туннелем проспект), и где-то в звездном небе прогудел невидимый самолет.