Чтение онлайн

– Софа? Приятно слышать. Большинство благородных землевладельцев Клерии предпочитают поклоняться Керму, – съязвил я.

В глазах виконта мелькнули задорные огоньки. Он оценил мою маленькую шутку на тему жадности высшего света государства.

– Что он обо мне знает? – спросил я прямо.

Виконт чуть призадумался, будто прокручивая в голове, что именно он рассказывал о моей персоне отцу.

– На самом деле не больше, чем остальные. Что ты быстро сделал карьеру при дворе, что ты из черни, но образован, был писарем и счетоводом. Что Кай Фотен пожаловал тебе титул и земли, приблизил к себе в качестве фаворита, но потом отправил прочь от двора, когда стало жарко. Да, в твою опалу никто особо не поверил. Что ты герой обеих главных битв войны – за Пите и Миллер. Что предпочитаешь мечу боевой посох, что получил таковой от Сидира, что у тебя в волосах – красная прядь Воина и право носить золото в косе, дарованное богом Войны. Которым ты почему-то пренебрегаешь. Вот тут, кстати, ты зря, слишком много разговоров ходит на тему того, что ты – лжец. Именно из-за этого. Появился бы хоть раз с нормальной прической при дворе, все бы вопросы отпали мигом. Немногие же из дворцовых прихлебателей были на стенах Миллера, а тем более в тамошних доках, – простое перечисление Орвиста как-то быстро переросло в отповедь, я даже толком среагировать не успел.

В последнем виконт был в чем-то прав. Вообще все они были правы, и виконт, и король, и любой человек, что удивлялся моему нежеланию трясти регалиями и орденами, будь то земного или божественного происхождения. Но я упорно считал, что излишнее внимание к моей персоне – только во вред. У меня вообще была тут созидательная миссия, и как у человека, и как у жреца Лу. Главный пацифист Таллерии, так сказать.

Если подумать над словами Орвиста, то его отец имел обо мне усредненное представление, и многое сейчас зависело от нашей беседы после ужина, когда женщины встанут из-за стола – я был уверен, что графиня и младшая сестра Орвиста хотя бы из вежливости составят мужчинам компанию. Вот как я поведу себя после, что смогу донести до графа и какое впечатление произведу, и определит, как пройдет моя поездка в Ламхитан.

Через полчаса вернулись в поместье – солнце уже село и начало подмораживать. Я еще раз быстро ополоснулся, в этот раз в большом тазике, похожем на корыто, привел в порядок прическу и надел вечерний костюм. Под камзол я выудил из сумок легкую белую рубашку со средней ширины рукавами и узкими манжетами: они уже вышли из моды, но я все не мог привыкнуть к пришедшим на смену широченным трубам, который кто-то по недоразумению принимал за рукава. Да и опозориться я мог, макнув рукав в тарелку. Не стоит. Волосы я привычно уложил, спрятав прядь красных волос, а сам хвост перехватил синей лентой, которую повязывал, когда собирался к королю. Думаю, будет уместно. Потом пошли штаны, чулки и, наконец, сшитые на заказ, по моей ноге, туфли.

Я уже давно перестал удивляться своему внешнему виду средневекового вельможи. Воспоминания о прошлой жизни как-то потухли и стали стираться из памяти, превратились в архив. Если мне надо было что-то вспомнить из физики, механики или другую полезную вещь, я просто открывал туда дверь и выуживал нужные данные. Хотелось ли мне домой так, как в первый год пребывания в Клерии? Отнюдь. Я смирился со своей судьбой, неплохо тут устроился, а статус Истинного Жреца богини Лу даровал мне здоровье, долголетие и ряд недоступных даже ментальным магам способностей.

В назначенное время я спустился из своей комнаты в столовую, где обычно ужинали члены семьи де Гранж. Ничего особенного в плане сервировки для меня не готовили, так что все выглядело вполне скромно и по-домашнему.

В зале уже был Орвист, так что в ожидании хозяина дома мы тихо переговаривались, прогуливаясь по просторной комнате с высокими узкими окнами, хорошо освещенной сейчас масляными светильниками.

– Барон Тинт! Рад приветствовать вас!

Прямо сейчас ко мне и Орвисту приближался граф Бренард де Гранж в сопровождении своей супруги, графини Эдит де Гранж.

Наконец-то я мог нормально рассмотреть графа, не получив при этом болезненный тычок от Вилы де Шонц под ребра. То, что Орвист был сыном Бренарда не было никаких сомнений: виконт пошел весь в отца. Граф был крупным, мощным мужчиной с широкой спиной, крепкими руками и цепким взглядом. Его гладко выбритое лицо немного портила массивная, выдающаяся вперед наковальней челюсть, но это было мелочью. Я обратил внимание, что, несмотря на возраст, старший де Гранж был одет относительно модно, пусть и немного по-домашнему.

Графиня Эдит де Гранж была обворожительной невысокой женщиной с крупными чертами лица, каштановыми волосами и пронзительными карими глазами. Возраст уже давал о себе знать, но женщина все еще выглядела отлично: чистое, светлое лицо, чуть поддернутое сеточкой морщин, свободное платье, высокая, но простая прическа, пара изящных колец и браслетов на руках.

– Ваши Сиятельства, – я склонился в учтивом поклоне, как того требовал местный этикет при встрече бароном более высокого по статусу аристократа.

– Ваше Благородие, – ответила графиня.

Ее супруг и хозяин дома лишь кивнул в ответ головой. Суровый мужик, чего-то мне Орвист недосказал. Или для него отец – фигура привычная и виконт не может быть объективен?

– Мы рады, что вы решили посетить нас по дороге в свое имение, барон Тинт, – голос графа был глубоким, с небольшой хрипотцой.

– Что вы, Ваше Сиятельство, это я должен благодарить вас за оказанное гостеприимство, – продолжил я официальные расшаркивания, – я давно не видел вашего сына, Орвиста, и был несказанно рад тому, что вы пустили меня и моих людей в свой дом.

По лицу графа я не мог прочитать, был ли он доволен моими словами, или же нет. Таким же непроницаемым было и лицо его супруги. Орвист тоже изменился в присутствии отца, так что сейчас меня окружала целая стая де Гранжей, к которой в тот же момент присоединилась последняя представительница семейства – Айрин де Гранж.

В обеденный зал вошла статная девушка среднего роста, на вид лет шестнадцати. На дочери де Гранжей было простое легкое платье прямого кроя в цветах родового герба, на котором был изображен ворон над лесом – черное с зеленым с несколькими серебряными нитями в ткани. Из украшений на девушке была только небольшая серебряная подвеска в форме птицы на тонкой цепочке, которая отлично украшала ее длинную шею и ложилась на светлую кожу груди. Так как ужин был домашним, корсета на девушке не было, и я смог оценить реальные размеры ее талии – тонкой, четко очерченной, переходящей в аккуратные небольшие бедра. Лицом единокровная сестра Орвиста была крайне мила, взяв лучшее от обоих родителей: высокий лоб отца, темные глаза матери и ее же аккуратную челюсть. Овал лица девушки был правильным, без резких черт, от него сквозило достоинством, спокойствием и уверенностью. Самым ярким на ее лице были, конечно же, брови – длинные и широкие, они предавали юной Айрин еще больше сходства с хищной птицей.

– Как я вижу, все в сборе, – подал голос Орвист, намекая, что нам лучше переместиться за стол.

Виконт был прав: слуги как раз закончили простую сервировку и всех нас ждал ужин.

Первым свое место за средних размеров овальным столом занял отец семейства, сев во главе. Справа от него уселся наследник в лице Орвиста, следом за виконтом – Айрин, а слева – графиня. Мне, как гостю, досталось место рядом с хозяйкой дома.

Таким образом де Гранжи показали, что рады видеть меня – посадка по правую руку от графини свидетельствовало о расположении ко мне хозяев дома. Намного хуже была бы ситуация, если бы де Гранж усадил бы меня напротив – во главе стола. Вроде, и почетно, но как на витрине. С одной стороны стола – все семейство, а с другой – ты, такой красивый, сидишь.

Когда все заняли свои места, а слуги установили перед нами тарелки с первым блюдом, мы принялись за еду. Все же, это был ужин семьи, так что для разговоров время придет.

Я вежливо отдал должное филе птицы – мясо получилось одновременно прожаренным и сочным, с удовольствием запив большой кусок легким южным вином. Виконт посоветовал мне попробовать закуску из овощей, которую повар поместья приготовил как раз для этого ужина.

Время от времени я ловил внимательные взгляды сидящей рядом графини: ее интересовало мое поведение за столом. Все же, как человек ест, многое о нем может сказать. Как и в случае обедов с королем, лицом в грязь я не ударил, спасибо маман. Серебряной вилкой и столовым ножом я работал уверенно, как не забывал про чистоту рук и вообще, вел себя крайне прилично. А как иначе? Хотя тут для мелкой знати рыгнуть за столом было в пределах нормы – считалось, что так можно показать уважение, как хозяину, так и повару. Да и благодарность за еду. Впрочем, подобные выходки поощрялись далеко не всеми, и чем выше был статус человека, тем меньше таких похабностей он себе позволял.