Чтение онлайн

Рисанриэль, почти на инстинкте, сложила ладони и сфокусировалась на точке между рук – накачивая пространство магической силой, чтобы вызвать огненное лезвие. Ее же наставник, слабенький маг воздуха, сделал шаг назад, за спину ученицы, и тоже стал колдовать, что именно, Риса не видела, да и не хотела – она разберется.

Магический поток, пронизывающий все здание Академии от земли до небес, отозвался нехотя, так что молодая магичка просто зачерпнула сил из собственного источника и, разведя руки в стороны, отправила в полет широкий и узкий, как струна, магический конструкт. Не бесполезен оказался и Нагаль: мэтр добавил к ее заклинанию еще и воздушный поток, который раздул пламя лезвия и закрыл их обоих от арбалетчика.

Огонь, созданный Рисанриэль, разрубил на две части левого бойца, далее лезвие вошло в грудь стрелка, рассекая тому руки вдоль, после чего заклинание иссякло. Оставался правый нападавший, который успел подойти к парочке магов почти в упор.

Тут тоже справилась Риса. Пафосно сложив пальцы пирамидкой, она запустила в лицо солдата Кватта огненную стрелу. Голова бойца должна была просто испариться, но, внезапно, стрела сумела оставить только ожог, ослепив атакующего.

Мужчина взвыл от боли и двигаясь больше по инерции, чем сам того желая, занес топор над головой, готовый погрузить лезвие в мягкую плоть проклятого мага.

Помог старик Нагаль. Он просто оттолкнул солдата, впечатав несчастного в каменную стену заклинанием воздушного кулака – простейший конструкт его школы, которому учат еще на первом курсе Академии и с помощью которого выясняют отношения молодые воздушники.

Вот только сил в кулак было вложено немало: Рисанриэль почувствовала, как ее платье потянуло вперед из-за создавшегося на месте колдовства безвоздушного пространства, а потом поток воздуха потянул назад, больно ударив по ушам. Из-за этого эффекта перемещения воздушных масс очень многие маги этой школы были глухими или тугоухими – при слишком сильном и небрежном колдовстве, когда маг ленился и зачерпывал рабочее вещество вокруг себя, а не в точке подальше, им просто рвало перепонки. Был бы Нагаль сильнее, имея потенциал выхода на третий класс, сейчас бы у них из ушей шла кровь.

– Что я тебе говорил?! Никаких рук! Только воля и разум! Бесполезная девчонка! – проскрежетал запыхавшийся Нагаль, которому воздушный кулак дался очень нелегко. Академию все плотнее и плотнее накрывало магией кваттских жрецов, и колдовать становилось труднее с каждой минутой.

– Да! Других проблем у нас нет! Давайте прочитаем лекцию по магическим конструктам!

– Если это нам спасет жизнь – прочитаю! Работай головой, а не руками! Как дикарка, все любишь порисоваться! А еще обижается, что в боевые не попала! Да кому ты там такая нужна?!

Слова старика больно укололи Рису. Она пыталась пару раз сбежать из архива Академии и перейти в боевое крыло магов княжества, но каждый раз находилась какая-нибудь причина, по которой девушка не попадала в набор. Из последнего – недостаточный уровень сосредоточения в стрессовых ситуациях.

С помощью рук, посохов, свечей, амулетов и прочих конструкций, нарисованных на полу, колдовали только самоучки или варвары. В Академии уже давно практиковали исключительно колдовство с помощью воли и разума мага: представить процесс, найти источник силы, направить энергию, формируя его как должно, получить заклинание… Использовать вспомогательные инструменты допускалось только при создании Круга Силы или когда речь шла о древней или массовой волшбе. Как в случае с заклинанием огненного дождя, которое, впрочем, лучшие маги Академии провалили.

– Давай! Живее! – проскрипел старик и поспешил к входу в архив, мимо почти разрубленного и обожженного трупа стрелка.

Сейчас они спускались в самую малопосещаемую часть Академии. Архив разделялся на несколько секций: старые книги и свитки, записи других магов, информация об учениках, выпускниках и прочая. Это была основная часть ее, Рисы, работы. Следующее крыло – старые артефакты, в том числе и рукотворные, которые накачивались силой мага для получения какого-либо эффекта. Такими вещами пользовались крайне редко, потому что при разрушении структуры амулета вся заключенная в нем энергия мигом высвобождалась, испаряя как хозяина, так и все в радиусе шагов десяти… А вещицы эти были на самом деле хрупкими. Некоторые маги пытались накачивать силой драгоценные камни, но даже бриллианты, такие твердые и сложные в обработке, наполненные магической силой, становились не прочнее горного хрусталя. Так что амулетами пользовались очень аккуратно и под роспись, как можно быстрее возвращая опасную вещицу обратно под замок.

Третий зал, в котором Рисанриэль была лишь дважды, отводился под реликвии и артефакты, которые руководство Академии, не глядя на давление князей и аристократов, решила спрятать от внешнего мира. Слишком нестабильные, слишком опасные не только для владельца, но и для всех окружающих. Вещи, которые маги не могли уничтожить или оставить без присмотра.

– Мэтр… – пока Нагаль возился с ключами, Рисанриэль решила задать вопрос, который тревожил ее весь этот безумный забег по коридорам Академии, – а почему верховные не воспользовались…

– Чем? Тем, что за этими дверьми? – Нагаль криво усмехнулся. – Думаю, девочка, просто не успели.

Рисанриэль пропустила мимо ушей оскорбительное «девочка» – ей было почти двадцать шесть, и по меркам любого государства на Таллерии она была уже взрослой женщиной – переваривая слова наставника.

– Думаете, стали бы?

– Мы уже не узнаем, Рисанриэль, мы не узнаем. Но одно точно: есть одна вещь, которую мы должны вынести отсюда… – Нагаль помрачнел, – любой ценой вынести. И если не сможем увезти подальше, то хотя бы утопим в море…

До молодой магички наконец-то дошло, зачем они явились в хранилище. Он до сих пор там?! Риса была уверена, что главный артефакт архива уже давно перекочевал либо в руки князя, либо к одному из двух архимагов Академии. Меч до сих пор тут?!

Нагаль поймал взгляд ученицы и, все поняв, только подтверждающе кивнул. Да, меч до сих пор здесь, в хранилище.

За дверью их ждал еще один узкий коридор, в котором не было даже светильников: Рисе пришлось зажечь факел, который стоял тут же, в кольце на стене, и, стараясь не зацепить локтями узкие стены прохода, поспешить вперед за мэтром. Пройдя шагов пятьдесят, они уперлись в еще одну дверь, которая была не только обита железом, но и испещрена магическими письменами вперемешку с рунами богов.

– Дай руку!

Нагаль властно схватил Рису за ладонь и, чиркнув по мягкой белой коже ножом для бумаг, приложил руку девушки к двери. Она только ойкнуть успела. Ту же процедуру, не обращая внимания на шипение молодой магички, мэтр провернул и со своей рукой. И только после этого вставил в замочную скважину массивный ключ.

– Магия крови?! – руку Рисы неприятно жгло, а ощущение, что дверь тянет из нее жизненные силы, все не отступало.

Нагаль ничего не ответил. Раз, два, три поворота ключа и, навалившись плечом, архивариус открыл дверь в хранилище.

Это была небольшая комната с десятком постаментов. Какая-то древняя палка, старая лютня без струн, несколько книг. В самом дальнем углу, почти незаметно, стояли простые деревянные ножны. Этому предмету даже не досталось постамента – его просто прислонили к стене и так и оставили. Рису вдруг озарило: меч на самом деле когда-то занесли в комнату и поставили к стене. А потом сделали постаменты для других предметов. Расставили все по местами, подписали и присвоили номера. И только безымянный клинок так и оставался стоять в углу, незаметно и тихо. К нему больше никто не притронулся за все прошедшие тысячи лет с тех пор, как Академия завладела этим артефактом и похоронила тут, под своими стенами.