Чтение онлайн

Концерты Энжи проходили великолепно. Бард пела, как в последний раз, выбивая слезу из самых черствых кузнецов и заставляя смеяться в голос от похабных четверостиший вечно серьезных купцов. В конце каждого выступления, перед тем, как бросить на помост новенький зеленый платок, девушка приглашала всех желающих вместе с женами и друзьями на новую для Пите забаву – игру в лото, вести которую будет сама Энжи, как и петь для гостей после розыгрыша. Что за игра такая и почему на нее стоит прийти, певица была готова рассказать каждому лично за столиком, либо предлагала обратиться ко мне или Илию, которого мы для такого дела тоже приодели-причесали.

Цену за вход сильно не ломили – решили начать с пяти серебра за один билет. Конечно, публика, на которую мы рассчитывали, могла проиграть в кости за вечер и пару золотых, но нужно было нащупать дно массовой платежеспособности. Если людям игра понравится, то можно будет повышать и ставки. Кроме того, никто не запрещал покупать сразу два-три лотерейных билета, что не только повышало расходы, но и шансы на выигрыш.

От долевой схемы выплат отказались – слишком много победителей получалось на первом круге. Так что за собранные три в ряд руны платилась двойная стоимость билета, за победу на втором круге – тройная. Причем первый и второй круг игрались строгое число рун – 8 и 16 соответственно. Числа были не слишком правильные, но теорвер я помнил отвратительно плохо, так что не стал заморачиваться. Третий круг игрался до первого победителя – он забирал десять стоимостей лотерейного билета. Остальное отходило нам, как организаторам игры. Половину прибыли мы честно решили перекладывать в фонд «супер игры», а все остальное составляло наш заработок на четверых.

Вечер шестого дня прошел, как в тумане. Энжи отработала великолепно. Бард игриво звала на помост нескольких игроков или зрителей каждый круг, которые по очереди доставали для нее камни с рунами. После чего, как настоящая телеведущая, Энжи демонстративно поворачивалась к залу и громким, поставленным голосом объявляла, какая руна и какой позиции была извлечена. Насколько я мог судить, бард даже ни разу не заглянула в специальную шпаргалку, которую мы сделали для нее с Лу – она помнила все 42 руны и порядок их расположения на билетах, как будто родилась с этим знанием.

Победителей каждого круга Энжи тоже звала на сцену, где счастливчики получали не только свой выигрыш, но и под завистливые взгляды остальных – еще и поцелуй в щеку от эффектной девушки. Одного толстого купца я думал, и вовсе придется откачивать, так он раскраснелся, когда Энжи прижалась к нему в поздравительном чмоке после вручения небольшого кошелька.

Сразу после лотереи Энжи устроила небольшой концерт, который крайне хорошо восприняла публика. Тут не звучали уже похабные частушки – многие пришли с женами, которым было любопытно, что такого нового удумали в плане благородных развлечений – а женщинам не слишком нравилось такого рода творчество. Ну, или они делали вид, что не нравилось.

После окончания выступления, Энжи не стала бросать платок на сцену, как это было принято у бардов. Вместо этого девушка попросила приходить на следующий розыгрыш завтра, в седьмой день, да приводить друзей-знакомых. А платой за ее выступление было, как она выразилась, «участие столь благородной публики в новой, до этого невиданной игре для самых удачливых». Но пара серебряных на помост все же полетела: слишком рыжая артистка была хороша.

Когда народ начал расходиться, мы принялись считать нашу кассу, хотя еще во время игры я прикинул в уме, что все не очень хорошо.

На первом круге у нас было пять победителей, на втором – два, а третий круг выиграл только один человек. Фонд «супер игры», в который мы вложили пять своих золотых, никем выигран не был и перешел на следующую игру. В итоге мы выплатили довольным победителям 105 серебра, а на руках у нас осталось еще 165 серебряных монет. За вычетом стоимости аренды в 45 серебряных – столько зарядил трактирщик – у нас осталось ровно четыре золотых кло. Две монеты отправились в призовой фонд, пятнадцать серебра получила Энжи, нам осталось сорок пять монет. Этого не хватало даже на аренду сцены для завтрашней игры.

Очень хотелось грязно выругаться, что я и сделал под удивленные взгляды своих компаньонов.

– Антон, успокойся, это только начало… – Энжи была немного смущена, ведь это не ее мошна терпела такие чудовищные расходы.

– Бард права, парень, рано сдаваться. Это только первая игра в этом районе. В следующий раз придет больше людей, – добавил Илий.

Мы все четверо сидели в нашей небольшой комнате, я гипнотизировал стопки монет, сложенные на полу.

Я кое-как подавил приступ иррациональной жадности и стал думать. Что я делаю неправильно? Плата за вход была не слишком велика – пять серебра. Может, стоит ранжировать игровые дни? Например, по средам проводить малые игры где-нибудь в тихом, но приличном месте, где помост будет стоить не больше двух десяток. Там сделать вход в игру по три монеты, по субботам все также требовать пять монет, а в седьмой день проводить главную игру? Например, за десять или пятнадцать серебра? Ставки были выше, но все еще не такие серьезные деньги, какие проигрывались людьми в кости, ведь тут главное массовость. Но тогда мы бы выходили на какое-то подобие прибыли.

С этими мыслями я и уснул. Лу, Илий и Энжи, которой мы поставили четвертый топчан у свободной стены, тоже уже тихо сопели.

Знаете эту шутку о том, что ты что-то делаешь, а утром просыпаешься звездой интернета? Вот и мы четверо проснулись звездами. Ну как звездами, звездочками. Понял я, что все будет хорошо и клерийскую столицу ждет лотерейная лихорадка, когда вырулил со своими товарищами из-за поворота и на наши глаза попался арендованный на этот вечер трактир.

Даже с улицы, через открытые двери, было видно, что внутри яблоку негде упасть, а люди продолжали подходить. Многие с женами, кто-то – с друзьями и деловыми партнерами. Неискушенный зритель жаждал новой забавы: странной, но азартной игры с рунами богов и выступления горячей артистки после основного действа.

Я быстро прикинул, хватит ли нам сотни комплектов фишек, что мы оставили у трактирщика в небольшой шкатулке. По всей видимости – не хватит.

– Илий, бегом домой. Бери все, что есть, – сказал я севшим голосом.

Это был аншлаг. Это был фурор. Это был финансовый успех и реальный шанс вырваться из нищеты, в которой мы существовали все то время, которое я провел в этом мире.

На игру в седьмой день, начало которой было запланировано на четыре часа после полудня, пришло почти две сотни человек. Мест за столами для всех не хватало, девушки-носильщицы сбивались с ног, а трактирщик, кажется, никогда разом столько народу в своем заведении не видел. За многими столами, рассчитанными на четырех, сидело по пять-шесть человек, а на лавках вообще трамбовались по семеро.

Тут были все: мастера, писцы, кузнецы, купцы, писари. Где-то в конце зала, за дальними столиками, я даже заприметил несколько камзолов, расшитых серебряными нитями с гербами на груди, в районе сердца – своим присутствием нас почтили аристократы.

Этот шанс нельзя было упускать, так что я схватил несколько билетов, комплекты фишек к ним, и прошел через весь зал, направляясь прямо к благородным. За столиком для четверых сидело трое – место, обращенное спиной к сцене, предусмотрительно пустовало.

– Доброго дня, Ваши Сиятельства, – тут я перегнул палку, потому что обратился к, очевидно рядовым дворянам, как к графам или князьям, – меня зовут Антон, я устроитель игры в лото.

Я легко поклонился, насколько это вообще было возможно в переполненном зале.

Мою лесть приняли с удовольствием, что отразилось на лицах благородных гостей.

– У вас к нам какое-то дело, Антон?

Это говорил старший из трех аристократов. Судя по одинаковым гербам, это был отец семейства с сыновьями, максимум – племянниками. Слишком одинаковые у всех троих были носы.