Чтение онлайн

— Чтобы следующее поколении родилось здоровым и сильным, — Вождь глядит на меня, и не нужно спрашивать Смерть, чтобы ответить.

— Она потребует взамен твоих кровных детей.

— Пусть.

— Подумай еще, вождь, — требую я. — Это плохой выбор. Сотни, тысячи твоих потомков не родятся. Смерть не останется внакладе. Скот не будет плодиться, как и не взойдут всходы на полях.

— Тогда что ты предлагаешь? — медленно, разделяя слова, вождь ударяет по столу руками. — Просто ждать, пока мы вымрем?

— Если земля отравлена, ее нужно излечить, — спокойно шамкает Сова, и мне становится не по себе от ее хладнокровного рассудка. Каждый из нас постепенно распаляется, но не она.

— Что ты пытаешься сказать, Мудрая? — раздраженно спрашивает вождь, нервно кривя губы.

— Легенды говорят, если пройти через Леса Смертников, то можно найти дом, в котором хранятся ответы на все вопросы, там Прежние Люди спрятали от архизверей свои знания, а войти в дом может только та, что слышит Богов, ибо она исполняет их волю.

Вождь в немой ярости разводит руки в стороны, теряясь в витиеватых иносказательных легендах Совы, я же цепляюсь рукой за собственное запястье, сдерживаясь изо всех сил, чтобы не выдать нарастающего волнения. Проклятье… Это даже хуже плена.

— Нам неизвестна причина болезней и планы Богов, но, если они позволят Жрице пройти сквозь Леса Смертников, защищая ее от архизверя, мы сможем получить лекарство для нашего дома.

— Что если нет? — со злым смешком спрашиваю я.

— Разве ты не читаешь знаки? — едко удивляется Сова. — Боги защищают тебя.

— Тихие земли. — Я качаю головой, отказываясь верить. — Ты говоришь о тихих землях. Я бесполезна там, Боги не услышат молитв. Ниады разорвут меня раньше, чем я пройду половину пути.

— Мы отправим с тобой бойцов, — еще неуверенный в идее, вождь уже пресекает отговорки. Я рывком двигаюсь к столу, опираюсь обеими руками, забывая о ране, вклинившись между Туманом и Совой, зло шепчу:

— Хочешь сказать, что знаешь, как бороться с ниадами?

— Я знаю, — Туман смотрит мне в глаза. Яростный крик застревает в горле, и я медленно выдыхаю, призывая себя успокоиться. Я еще не проиграла, но пусть поверят в это.

— Ладно, — согласно киваю им. — Я попробую пройти тихие земли и узнать, как помочь вам. Неси карту, вождь, будем думать дальше. — И, обойдя хаасов, снова сажусь на стул.

— Дай обещание Туману, Жрица, — спокойно шамкает Сова, и впервые я чувствую себя действительно пойманной. Подвела-таки к тому, чего хотела. Знала, старая, чем меня взять, сразу знала, еще когда на суде осматривала. Отказаться я не могу, это привлечет внимание, вопросы. Иллюзия выбора развеивается на глазах.

— Я обещаю попробовать. — И теперь, связанная словом, не смогу вывернуться и сбежать, но потерять пару месяцев не так опасно, как дать в руки вождю ключ управления мной. Чувствуя небывалую усталость, я едва держусь, опустошенная и отчаявшаяся.

Одного из волков отсылают за картой, в сопровождение другого уходит и Сова, чтобы немного отдохнуть, на прощание она гладит меня по плечу, успокаивая и подбадривая. Вырвав костлявой рукой обещание, она довольна. И мой секрет сохранила, и свое получит, и Богов не прогневит. Воистину Мудрая как Сова.

— Да брось ты эту траву, — я кричу Вербе, расслышав в наступившей тишине бульканье воды. Туман усмехается, Рутил, встав из-за стола, уходит к жене, чем-то они там гремят, а потом он уводит ее в другую комнату. Смекнул, наконец.

— Нелегко с тобой. — Откинувшись назад, вождь отпускает себя. Непринужденная беседа после угроз живо напоминает Ардара, и я ничем не выдаю своего злого веселья: внешне оставшись бесстрастной, в душе тихо посмеиваюсь.

Не проймешь, вождь, не пробьешься. Это я еще цепью тебя не душила.

— Двинемся на лошадях, — одернув саму себя, я возвращаюсь к делу. — Пойдем вдоль рек, в города заходить не будем. Не знаю, где расположены тихие земли на Юге, но это мои условия.

— Неразумные, — говорит Туман. — На машине будет быстрее, а в городах сможем пополнять запасы.

— Соваться к ниадам и сторожить озеро тоже не разумно, но я не осуждаю. Пока мы ждем карту, расскажешь о вашей святыне? — Вот, что действительно любопытно, но, глянув на вождя, понимаю, что ничего интересного он мне не сообщит. Вздергиваю подбородок и смотрю в потолок, стараясь не сорваться. Ладно, спрошу у Рутила позже. Или у хитрой Мудрой.

— Леса Смертников слишком далеко, мы потратим много времени. — Туман, настаивая на своем, придвигается ближе. Давит мощью и силой.

— Возьмем с собой палача, уж он знает, чем заняться на досуге, — огрызаюсь я, не дрогнув.

Хохотнув, вождь шутливо грозит мне. Поднявшись, он кричит Рутилу, что хочет угоститься, и, не дожидаясь ответа, берет с полки рядом бутылку и пьет. Предлагает мне и Туману. Я отказываюсь, охотник принимает бутылку и тоже пьет. А мне бы воды…

— Тяжелый был разговор, — поясняет вождь, я киваю. Учитывая, что по итогу они получат желаемое, пусть празднуют.

Когда приносят карту, бутылка уже наполовину пуста, а хаасы порядком захмелевшие. Вождь повелительно отпускает лишних и моих незадачливых сторожей, что маются снаружи.

Туман расстилает карту на столе, прижав один ее край бутылкой, второй — тяжелым колье, третий придерживает сам, а еще один предлагает мне.

— Здесь, — указывает Туман на самые южные леса. Мне совсем не по пути. — Пара тысяч километров. На лошадях будем идти два месяца, вдоль рек еще дольше.

— Так тому и быть, — пожимаю плечами и изучаю карту. Пройдет почти полгода, прежде чем я вернусь на свой путь, и это если ниады не растерзают. Хаасы уже отняли больше месяца. — Согласна зайти в этот и этот город, сменим лошадей, возьмете все, что вам понадобится.

— Криф и Парсон? — уточняет вождь и переглядывается с охотником. — Самые отдаленные от больших дорог.

— Потому что мы идем не по ним. Будет два больших перехода, когда придется отойти от рек. Это горы? Один через горы. Лошадей лучше сменить незадолго, Парсон удобнее всего.

— Думаю, и Криф ты объяснишь, не назвав истинной причины, — усмехается Туман, но натыкается на молчание. Палач не вытащил из меня ни слова, случайно я ничего не сболтну.

Из спальни выходит Рутил и, усевшись на свое место рядом с вождем, хватает бутылку, делает несколько судорожных глотков. Край карты сворачивается, и я отпускаю свой угол. Пора заканчивать.