Чтение онлайн

– Яволь!– козырнул обер-лейтенант и прошептал:

– Черт тебя подери,– ему очень не нравился этот полковник высоколобый, кичливый и заносчивый, которому он вот уже неделю вынужден подчиняться, таскаясь по этим треклятым горам, которые старлей так же не выносил, хоть и родился в Австрии и горы торчали в окнах его родного дома своими вершинами с самого детства. Однако отдохнуть в горах с какой-нибудь фройляйн, повалявшись с ней в снегу – это совсем не тоже самое, что копошиться в этом же снегу с сотней подчиненных тебе солдатиков с утра до ночи, да еще в лютый мороз – 15-ть градусов по Цельсию.

Обер-лейтенант вздохнул, нахлобучивая потуже фуражку с меховыми наушниками и, выместил досаду на подвернувшемся комвзводе – лейтенанте.

– Герр лейтенант Штаубе, ускорьте расчистку, если не хотите заночевать в полевых условиях и закройте рот, кишки простудите,– подковырнул он лейтенанта, который вечно ходил с приоткрытым ртом, демонстрируя всем свой отвратительный прикус.– Всех касается,– рявкнул обер-лейтенант и, закурив сигарету, спрятался за валуном от свирепеющего ветра.

На расчистку пещерки ушло ровно три часа. Весь личный состав, по причинам понятным, принял в работе самое активное участие и забился в освобожденную от камней пещеру весь целиком, надышав так, что, пожалуй, в ней даже стало тепло.

Пещерка, вытянувшаяся метров на пятьдесят и шириной метра четыре, представляла из себя эллипс геометрически настолько правильный, что даже рядовые солдаты, оглядывая ее, чесали озадаченно затылки.

Полковник Вернер, вошедший в заполненную людьми пещеру, недовольно сморщился. Накурено было так, что ело глаза ему некурящему.

– Все вон,– распорядился он, и солдатики неохотно потянулись к выходу, подгоняемые офицерами.

– Скажите, герр обер-лейтенант, почему в вашей роте столько офицеров? С вами всего восемь человек. Командиры взводов лейтенанты, но зачем у них в помощниках тоже лейтенанты? Разве унтер-офицеры не могут справиться с этими обязанностями?– поинтересовался полковник, осматривая опустевшую пещерку.

– Так точно, герр Оберст, могут. Не могу знать причину, но я слышал, что нас должны укрупнить, поэтому офицеры присланы, а рядовой состав на подходе. Не отмобилизован. Чтобы офицеры не прохлаждались, временно дублируются должности.

– Вот как значит. Понятно. Любопытная пещерка. Не находите, герр обер-лейтенант?

– Так точно,– "ел глазами" начальство старлей.

– Ну, что вы орете? Оглушили совсем. Убавьте громкость и рот закройте, кишки застудите,– последняя фраза, сразила обер-лейтенанта наповал, он даже "Яволь" забыл рявкнуть от растерянности, – " Какой рот? Что он несет? Сроду он у меня как надо прикрыт",– думал обер-лейтенант, наливаясь краской обиды, чем рассмешил обидевшего его полковника.

– Да вы никак обиделись, обер-лейтенант? Для офицера Рейха – это слабость непозволительная. Характер следует вырабатывать нордический, а вы как институтская фройляйн раскраснелись. Пошутил я. Рот у вас в порядке,– полковник двинулся вдоль внутренней стены, слегка постукивая по ней, подобранным с пола камушком. Пройдя от одного края пещеры до другого, он вернулся к замершему столбом обер-лейтенанту и распорядился:

– Один взвод в оцепление, остальных сюда и пусть проверят стены на пустоты. Выдать каждому по булыжнику вот такому, – полковник нагнулся и поднял с пола камень весом кило на три.

– О результатах положительных доложить немедленно,– добавил полковник, покидая пещерку и, через минуту уже сидел опять у своей печурки, грея о ее бока озябшие руки.

Обер-лейтенант пожав плечами, построил роту и, отправив первый взвод, поскучневший лицами, в оцепление, загнал остальной личный состав обратно в пещеру, приказав прихватить по булыжнику и обстучать стены, разыскивая пустоты.

Приказ подчиненные выполнили так резво, что чуть не сбили своего командира с ног, кинувшись его выполнять в уютную пещеру. Минуту спустя, грохот стоял как на хорошей сукновально-дубильной фабрике.

Примчавшиеся офицерики из взвода оцепления, так же ринулись в пещеру погреться. Обер-лейтенант, не видя в этом нарушения устава, вошел следом за ними. Тут-то и полыхнуло, так что даже полковник сидящий спиной к выходу из палатки на несколько секунд ослеп и выполз из нее, протирая слезящиеся глаза.

Проморгавшись, он уставился в сторону квадратного входа, из которого валил черный, смрадный дым. Длинная полоса растаявшего альпийского снега, начинающаяся от него, ясно давала понять, что именно оттуда только что блеснуло пламя, выжигая в снегу и грунте талую, спекшуюся полосу. Метров через пятьдесят начинался резкий уклон, и энергия вспышки ушла в пространство, заметавшись от горизонта к горизонту гулким, ревущим эхом.

– О, майн, Гот!– прошептал полковник, медленно приближаясь к входу в пещеру. А в ее сторону уже спешил взвод оцепления, бренча амуницией и недоуменно перекликаясь.

– Что там случилось, Ганс?– орал какой-то солдат и Ганс отвечал само собой, как любой бы на его месте:

– Черт его знает. Полыхнуло что-то. На взрыв похоже.-

Еще через минуту весь первый взвод, оставшийся в живых, столпился рядом с входом, опасливо в него, дымящий, вглядываясь.

– Унтер-офицер, как там вас, ко мне,– полковник пришел в себя и принялся распоряжаться.

К нему подскочил унтер офицер и затараторил, шмыгая простуженным носом:

– Унтер офицер первого взвода, третьей роты Отто Шнейдер, герр Оберст.

– Вот что, унтер офицер. Там вероятно с вашими сослуживцами что-то произошло. Судя по запаху – их сожгло заживо. Пошлите солдатика-добровольца в противогазе, пусть обследует пещеру и доложит, что там.

– Яволь, герр Оберст, но противогазов с собой не имеем.

– Черт побери. Пусть замотается шарфом, бинтом. Подручными средствами. Дым уже не так интенсивно валит. По-пластунски пусть вползет,– разозлился полковник. – Выполнять.

– Яволь!– унтер офицер приступил к выполнению приказа незамедлительно, мгновенно назначив "добровольца" и лично замотав индивидуальным перевязочным средством так, что из-под бинтов поблескивали только его испуганные глаза.

– Предупреждал я тебя, Карл, осторожнее чеши языком в курилке, вот и пеняй теперь сам на себя,– злорадно шипел Отто Шнейдер, стягивая крепкие узлы на затылке "добровольца" Карла.

– Да когда же это я трепался в курилке?– промычал сквозь бинты Карл.– Ввели вас в заблуждение, герр унтер-офицер. Я к вам как к отцу родному всегда относился.

– Вот и полезай, сынок. Вернешься обратно живым, к медали за храбрость представлю. Шнель. Я сам слышал, как ты меня хорьком назвал.

– Так это же в хорошем смысле назвал. Дескать, ловок у нас герр унтер-офицер,– выкручивался Карл.

– Да? А почему "вонючий хорек"?

– Так потому что "вонючий" еще круче.

– Ну, вы "хорьки вонючие",– оборвал их дискуссию полковник Вернер.– Я тут долго слушать буду, полемику эту зоологическую?

– Никак нет, герр Оберст,– козырнул унтер-офицер.– Форвертс, Карл, потом поговорим.