Чтение онлайн

– Леша, мы ведь тебя не обманывали?
– тихо сказал русский "конторщик".
– Ты ведь наш уже, можно сказать, товарищ, отсюда в отдел кадров пойдем. Анкеты заполнять. Их, кстати, полно, а время уже позднее.

– Еще спрыснуть надо успеть!
– быстро и акцентом добавил казах.

Леша не сдержался, фыркнул. Жуки, инопланетяне... Три "лимона" зеленью! Да, это надо спрыснуть. Но что-то еще следовало спросить, что-то еще...

– Я обязательно должен все решить сейчас?

– Конечно. В завещании есть дата, после которого оно становится недействительным. Опоздание равносильно отказу, таков закон.

Жук опять пошевелил усами. Ведь клиент сам явился лишь в последний момент! Пришел бы раньше, адвокат был готов. Возможно, клиента не предупредили своевременно, но тогда вся ответственность лежит на земной стороне, на которую и следует подавать в суд, по земным законам. Жук этих законов не знал и не интересовался.

– Ну, ты готов?
– прошептал русский.
– Неудобно, он ведь торопится.

– Ладно, я все понял, - вздохнул Леша.
– Извините, что заставил время терять. Что я должен сделать?

– Подписать кое-что. Сейтжан?

– Вот, - казах протянул несколько листов бумаги, которые держал в руке.
– Все готово. Я же знал, что ты дурака не сваляешь.

– А бывают такие дураки?
– Леша подписывал на услужливо подставленной спине, поглядывая на жука.
– Господи, как подумаю: жить среди таких!

– Тише, он же все понимает... Ну конечно, люди должны жить на Земле. Поверь, мы не завидуем тому, кто полетит вместо тебя вступать в наследство.

Закончив с бумагами, Леша неуверенно протянул их жуку. Адвокат мгновенно выхватил их, бросил на пол и зашуршал, проверяя.

– Так значит, кто-то полетит?
– вдруг понял Алексей.
– А нельзя было мне? Туда и обратно? С ним?

– Вот поработаешь у нас годик, тогда и слетаешь, - хлопнул его по плечу Сейтжан.
– А поработаешь три - перестанешь летать! И постараешься забыть это все, как страшный сон.

– Все в порядке, - буркнул жук.
– Я отправляюсь к капсуле. Человек, указанный в документах, мой новый клиент, должен прибыть незамедлительно.

– Он уже ждет.

"Конторщики" поклонились жуку на прощание и Леша повторил их жест. Инопланетянин молча засеменил куда-то по коридору.

– Вот это да!
– Алексей вытер с лица пот.
– Может, немного все-таки спрыснем, а уж потом в отдел кадров, за анкетами, а? Или завтра?

– Нет, сегодня, - удрученно покачал головой Сейтжан.
– Прямо сейчас. Боря?

– Готов.

Он держал в руках мобильный телефон, набирая какой-то номер.

– Куда звоните... Звонишь?
– Леша решил, что пора переходить на "ты".
– Кадровикам или начальству?

– Доклад, - улыбнулся Борис и поправил на носу очки.
– Кстати, телефоны у нас тут не простые, ты таких еще не встречал. Видишь эту лампу?

Лампа вспыхнула ослепительно ярким светом прежде, чем Алексей успел ее рассмотреть. Свет медленно залил все, словно молоком. Коридор, в котором и состоялся разговор с инопланетянином, оба тонтонмакута, сказанное ими и сама встреча с "конторщиками", наконец даже Алексей - все постепенно погрузилось в это молоко. Молоко забвения.

– Лови, - приказал Борис, опять набирая какие-то цифры.

– Не можешь с докладом подождать?
– Сейтжан подхватил тело Алексея и поволок по коридору обратно в кабинет.
– Помог бы!

– По сроку службы не положено. Но я сейчас группе прикрытия позвоню, пусть забирают, так что ты не перетрудишься... Але! Сан Саныч? Ваше задание выполнено, так сказать. Да, без особых проблем.

Зимой в Москве темнеет скотски рано. Лешу заставили ждать несколько часов, а потом десять минут проговорили о какой-то чуши. Зарплата в три тысячи рублей и полная занятость! Вот им какие, оказывается, программисты нужны! Да пошли в жопу... Как были пидары так и остались, верно батя говорит. "Конторщики глубокого бурения"! Жмоты.

Хреново, конечно, что так вышло - денег осталось только на месяц. Надо срочно куда-то втыкаться, иначе батя будет орать, мать плакать... Выпить бы сейчас с пацанами, завалиться с горя в кафе, но тогда и пары недель не протянуть. Он закурил, вжал голову в плечи и почувствовал себя маленьким-маленьким человечком. Потом разогнулся - ни к чему расхаживать таким придурком. Едва не сбив его с ног, от машины к подъезду быстро пробежала грудастая девка в тонкой белой блузочке и черном мини. В руках папка, ножки в туфельках по слякоти скользят. Чей-то "секретарь", как они любят себя называть. Сидят в офисах, губки красят и безработных программистов на отдел кадров переключают по полчаса.

"Вот еще чего не хватает в жизни, - вздохнул Леша.
– Романтики. А много ли мне вообще надо? Пятьсот баксов в месяц, и жизнь наладится. Летом в Турцию вот с такой, экзотика. Завтра опять позвоню в "Московский Кредитный", надо трясти."

Он немного приободрился, но все-таки после посещения дурных фээсбэшников нехорошо щемило в груди. Будто что-то потеряно, глупо и навсегда. Некстати вспомнилась тетка, вечно хохочущая дама с неопределенными моральными принципами, как мать о ней говорила. Леша поднял голову. Над Москвой висели низкие тучи - ни одной звезды.

Вечером не хотелось есть, хотелось послать кого-нибудь. Он и сам удивлялся: откуда столько злобы? Наорал на сестру, долго курил на лестнице, царапая стену ключом. Получился жук. Алексей исчеркал его, плюнул и отправился спать. Но и тут покоя не было - приснилась тетка-покойница. Она парила среди каких-то ярких цветов, красивая, как ни на одной фотографии.

– Ты не понимаешь, что такое настоящая жизнь!
– сказала тетя Таня и расхохоталась.
– И никогда уже не поймешь. Эх, ты!

Леша закричал, да так, что сбежалась вся семья. Утром, во время завтрака, он рассказал про сон, про тетку.

– Зовет, - неумно съязвила разобиженная сестра.

Мать одарила ее подзатыльником, перекрестилась, на том история и кончилась. Если, конечно, не считать некоторых изменений в Лешином характере. Он стал язвителен, желчен, приобрел отвратительную манеру давить жуков везде, где видел, а еще постоянно ругался на "контору", обвиняя ее во всех бедах родины. Зато устроился на работу, перестал, раздражая отца, вечно валяться на диване и читать всякую фантастику.

Да мало ли в городе неуравновешенных людей? Сами знаете: время такое.