Чтение онлайн

— Именно так, Скользкий Джим, — забрызгал слюной Один из них. Теперь я разглядел у него на голове золотые кометы и понял, что передо мной — важный чин. Я обратился к нему:

— О, как мне хотелось бы хоть кого-нибудь из них разорвать на куски.

— Я с удовольствием бы отдал их всех такому мерзкому красавчику, как ты, но — увы. Они еще нужны. К тому же, список желающих расправиться с ними давно полон. Если хочешь, можешь на них взглянуть.

Я подошел к стене, и он открыл смотровое окошко. Изможденные люди, со свалявшимися седыми бородами, уныло бродили по огромной тюремной камере. Другие лежали на полу. Их форма превратилась в лохмотья. Хотя они и адмиралы, но мне стало их жалко.

— Спасибо, — скрипнув зубами, поблагодарил я. — Я обязательно доложу Совету о вашей любезности.

Я помахал им лапой и пошел прочь. В ответ они замахали своими щупальцами, словно стая взбесившихся осьминогов.

— Я в отчаянии, — сообщил я своей жене- роботу, когда мы завернули за угол. — Их оттуда не вытащить.

— Не вешай голову! — передала мне по радио Анжелина. — Мы проберемся к ним снизу.

— Умница! — Я ласково похлопал когтистой лапой по ее металлическому плечу. — Но как узнать, что мы оказались под ними?

— Пока ты толкал политическую речь, я прикрепила к стене ультраволновый сигнализатор.

— Это было частью твоего плана? Говори быстрее, а то я позеленею от зависти.

— Хорошо, что под шкурой монстра этого не видно.

По каким-то скользким ступенькам мы спустились в кромешную тьму. Анжелина включила пару прожекторов, и мы увидели массивную дверь.

— Можешь прожечь в ней дыру? — спросила она, высовывая голову наружу, чтобы немного подышать воздухом.

Анжелина включила свой ультраволновый приемник и пошла на зуммер. Взломав несколько дверей и проделав дыры в стенах, мы оказались на месте.

— Сигнализатор прямо над нами, — объявила Анжелина.

— Отлично. — Я осмотрелся. — Здесь должна быть охраняемая стена, а здесь — пленники. — Я тщательно измерил расстояние. — Электродрель готова?

— Жужжит от нетерпения.

— Вот здесь. Принимайся за работу.

Из металлической руки тотчас высунулось сверло и вонзилось в ржавый потолок. Когда звук изменился, Анжелина выключила прожекторы и уменьшила обороты дрели. Через некоторое время она опустила руку, и через дырку в потолке пробился луч света. Все было тихо.

— Дай-ка я посмотрю, — сказал я.

Стоя на цыпочках и кончике хвоста, я просунул в дырку отросток с глазом-телекамерой. Просканировав все 360 градусов пространства, я втянул отросток.

— Отлично. Никто из адмиралов и не попытался обнаружить источник шума, а охранников не видно. Дай-ка молекулярный расщепитель и отойди в сторону.

Я вылез из своего костюма, встал на него и легко дотянулся до потолка. Молекулярный расщепитель — это такое приспособление, которое уменьшает связывающую способность молекул и превращает их в мономолекулярный порошок. Я вырезал в потолке крупную дыру, стараясь не чихать от летевшей во все стороны пыли. Взяв руками вырезанный диск, я передал его Анжелине, аккуратно просунул голову в отверстие и огляделся по сторонам. Все в порядке. Прямо передо мной сидел приунывший адмирал. Я решил немного поднять его боевой дух.

— Господин адмирал, — прошептал я, и он повернулся в мою сторону. Его глаза расширились, а искусственная челюсть чуть не выпала, когда он увидел мою бестелесую голову. — Тихо, я пришел спасти вас. Если поняли, кивните.

Зря я доверял адмиралам. Он не только кивнул головой, но и вскочил на ноги, заорав во все горло:

— Охрана! На помощь! Нас хотят спасти!

Я не ждал благодарности, особенно от старшего офицера, но это было выше даже моего понимания. Оставить позади тысячи световых лет, вытерпеть омерзительные объятия Гар-Бея, рисковать жизнью — и все ради того, чтобы спасти побитых молью адмиралов, первый из которых тут же выдал меня охране. Согласитесь, это слишком.

Впрочем, Крыса из Нержавеющей Стали всегда начеку. Мой пистолет с иголками был наготове, я крутанул диск с «яда» на «сон» — надо сказать, это потребовало от меня большого усилия воли — и всадил иглу адмиралу в шею. Он нежно шлепнулся на пол, растопырив руки, будто в последний момент захотел обнять своего спасителя.

Я замер — точнее, окаменел — когда увидел

его запястья.

— Что случилось? — раздался снизу шепот Анжелины.

— Ничего хорошего, — прошипел я в ответ. — Тихо!

Два дряхлых адмирала склонились над распростертым телом товарища.

— Что с ним такое? Припадок? — спросил один из них. — Ты слышал, что он кричал?

— Не слишком отчетливо. Я выключил свой слуховой аппарат, чтобы не садилась батарейка. Нечто вроде «Хахана! Аромащь! Гас патят хатить!»

— Бессмыслица. Может, это что-то означает на его родном языке?

— Нет. Старый Шимсчах — с Дешника, но в дешниканском языке нет таких слов.

Я одобрительно кивнул: Шимсчах придет в себя не раньше, чем через два часа, а мы пока не обнаружены. Планы уже роились в моей голове.

Опустившись вниз, я схватил металлический диск, намазал его края лепак-клеем — крепче всякой сварки — и закупорил дыру. Клей с хрустом затвердел, и дыра в потолке исчезла. Тогда я спрыгнул на пол и тяжело вздохнул.

— Анжелина, будь так любезна, включи свой прожектор и достань бутылку самого лучшего виски.

Зажегся свет, в моей руке оказался стакан; Анжелина терпеливо ждала, когда я поднесу его у губам. Затем спросила:

— Может, теперь ты все-таки сообщишь своей жене и коллеге, что, черт возьми, произошло?

— Извини, свет моей жизни. Все гораздо хуже, чем мы думали. — Я опустошил стакан. — Как этот дурак орал, ты слышала, но когда он рухнул на пол (сонная игла), я увидел его запястья. А на них — тонкие красные полоски, похожие на шрамы.

— Ну и что? — удивленно спросила Анжелина. И внезапно побледнела. — Ты думаешь?..

Я нахмурился и медленно кивнул.

— Серые люди. Их почерк я узнаю, где угодно и когда угодно.

Меня не пугает физическая угроза — это дело привычное. Но, как и все вы, я ненавижу вмешательство в мой мозг. У мозга нет защиты. Стоит воткнуть в центр удовольствий мозга подопытного кролика электрод, как животное будет нажимать на кнопку, посылающую электрический разряд, до тех пор, пока не умрет голодной смертью, счастливой смертью.

Несколько лет назад, улаживая один межпланетный конфликт, я оказался в роли такого подопытного животного. Мне, связанному, отрезали кисти рук. От боли я потерял сознание, а когда очнулся, обнаружил, что кисти снова пришиты. Только на запястьях остались тонкие шрамы — такие же, как и у адмирала.

Нет, на самом деле никакой ампутации не было: все это мне лишь внушили — но картина была столь красочна и реальна, что до сих пор я не могу вспоминать об этом без содрогания.

— Здесь где-то должны быть серые люди, — сказал я. — Они заодно с монстрами. Не удивительно, что они подчинили себе адмиралов. Привыкшие к приказам и суровой дисциплине, они представляют собой прекрасные объекты для промывания мозгов.