Чтение онлайн

Вероника кивнула:

— Понимаю. Ты очень красивая, Роза. И как корабль, и как человек… я имею в виду твои портреты. Ты сама их рисуешь?

— Каждая женщина умеет заниматься макияжем.

— А ты никогда не думала, что могла бы обрести человеческое тело?

Алекс переглянулся с Демьяном. Боец страдальчески поднял глаза к потолку, едва заметно пожал плечами.

— Думала, — спокойно ответила Роза. — Но это не выход, Вероника. Я — корабль. Я вижу мир иначе, чем вы. Даже пилот, подключенный к моему восприятию, получает лишь сотую долю моей информации о мире. Ты бы согласилась, чтобы тебя связали по рукам и ногам, заткнули уши, завязали глаза и подвесили в антигравитационном поле? А ведь я испытаю нечто подобное, если меня поместить в человеческое тело. Человеку — человеческое, Вероника. Но верно и обратное, человеческое — человеку. И никому другому.

— Человеку — человеческое… — задумчиво сказала Вероника. — Спасибо, я поняла твою точку зрения.

— Теперь моя очередь задать вопрос, — произнесла Роза. — Твой голос изменился, когда ты говорила про обретение человеческого тела. С чем это связано?

— Ты наверняка знаешь, — сказала Вероника. — Информация есть в открытом доступе. А судя по тому, как ты приветствовала Трейси, ты выяснила, кто мы такие.

— Кое-что я знаю, — согласилась Роза. — Но ведь сейчас мы говорим запросто, будто две подружки? Поделись со мной своей печалью.

Вероника усмехнулась, и Алекс понял ее мысли. Пациент лечил врача! Но психолог сама напросилась на эту ситуацию.

— Это случилось пять лет назад, Роза. Тогда я уже работала в команде Алекса. После операции по восстановлению корвета Тайи мы отдыхали на Эдеме. Ко мне прилетел сын… обычно он жил на Земле.

— Ты — традиционалистка, — сказала Роза.

— Да. Я сама выносила и родила ребенка, сама вскормила его грудью, выкупила у государства и отдала на воспитание бабушке и дедушке.

— Своим родителям.

— Да. Кириллу было шесть лет. Мы ехали с ним из космопорта, когда в машине отказало управление. Потом выяснилось, что это была диверсия… впрочем, это как раз неважно.

— Люди из секты Перворожденных, им не понравилось, что мы восстановили корвет Тайи, — негромко пояснил Демьян. — Я их всех убил.

Алекс укоризненно посмотрел на бойца, и тот замолчал.

— В машине сработали аварийные системы, — продолжала Вероника. — Но, как оказалось, они не были конфигурированы на спасение ребенка. Кирилл пострадал… очень сильно. Мы не успевали к центру критической медицины. Но у нас был трансмиттер сознания.

— Но трансмиттер не способен хранить информацию, — негромко сказала Роза. — Вам нужен был гель-кристалл.

— Гель-кристалла не было. Я переписала сознание сына в свой мозг.

— Очень опасная затея.

— Возможно. Зато Кирилл жив и может мыслить. Но он… — как ты говорила? — «связан по рукам и ногам, с закрытыми глазами и ушами, в антигравитационном поле»… Он ничего не чувствует, не воспринимает окружающий мир. Он живет в темной пустоте, и единственное, что у него есть, это мой голос. Я рассказываю ему о том, что происходит вокруг. Учу. Воспитываю. Все это — внутри меня, в моем сознании.

— Почему ты до сих пор не дала сыну тело? — спросила Роза. — Ты этого не хочешь?

— Хочу больше всего на свете! — Вероника замолчала. Оглянулась на Алекса. Алекс ободряюще кивнул. — Я хочу, чтобы мальчику восстановили его собственное тело. Это возможно, мы сохранили ткани. Но полноценное тело стоит очень, очень дорого.

— Два миллиона, по расценкам Гедонии. А они не самые низкие в Галактике. Точно такое же на черном рынке стоит миллион двести тысяч. На Высокой Долинке полноценное тело обойдется в семьсот-восемьсот тысяч, — Роза сделала паузу, потом продолжила: — Переписать сознание обратно — около полумиллиона везде, поскольку связано с безвозвратным разрушением трансмиттера. Итого: от двух с половиной миллионов и до миллиона двухсот тысяч. Заработки вашей команды за прошлый год составили…

— Роза, замолчи, — спокойно сказал Алекс.

— Я всего лишь удивляюсь, почему ребенок до сих пор не обрел тело, — вежливо сказала Роза.

— Ты называешь минимальные расценки, — сказал Алекс. — Но летальность при подобной операции составляет пять-шесть процентов. Мы считаем, что это недопустимо много. Нам требуется, как минимум, два клонированных тела, трансмиттер с тройным дублированием и бригада операторов высшей квалификации.

— Как это делается на Геральдике, — заключила Роза. — Да.

— Наверное, если вы успешно выполните мою настройку, денег вам хватит?

— Надеюсь, — сказала Вероника. — Но заметь: я ничего от тебя не прошу.

— Даже если бы я умирала от жалости к ребенку, это ничего бы не изменило, — с сожалением сказала Роза. — Требования к экипажу вшиты в системный код, мои симпатии и антипатии на них не влияют. Кстати, насколько я понимаю, требования к экипажу составляют единое целое с общими законами подчинения.

Трейси огорченно цокнул языком. Конечно, чего-то подобного он и ожидал. Убрать из сознания Розы завышенные требования к экипажу можно, лишь уничтожив ее лояльность вообще.

А что способен натворить разумный боевой корабль, не связанный законами подчинения людям, трудно даже представить. Особенно, если это корабль, подобный «Серебряной розе».

— Я удовлетворила твое любопытство? — спросила Вероника.

— Да, спасибо большое, — лицо Розы на экране обрело мягкие контуры и нарочито-яркие цвета, пропорции исказились, нос съехал влево, уши стекли на плечи, один глаз поменял цвет и приобрел форму прыгающего тигра. Над головой Розы соткался нимб из летящих по кругу золотистых пчел.

Как ни странно, но это по-прежнему было то же самое лицо, и оно даже не стало безобразным.

— Ну и прекрасно, — сказала Вероника. Потянулась. — Лично я не нанималась вкалывать без обеда. Перекусим?

— Давай, — согласился Алекс, вставая.

— Капитан, большая просьба, — вежливо произнесла Роза. — Вы не могли бы задержаться на несколько минут?

Алекс кивнул. Сказал своим:

— Ребята, вы идите в «Зеркало». Я вас догоню.

— В корабельной столовой прекрасный выбор блюд, — сообщила Роза. — Возможно, вы захотите перекусить на борту?

— Мне бы помолиться перед едой, — пробасил Демьян. — А в неосвященном корабле молиться — срамота!

Апекс подождал, пока его команда покинула рубку, и снова сел в кресло. Вздохнул.

Роза терпеливо ждала.

— Спрашивай, — сказал Алекс.

— Капитан, что вы будете делать, когда Вероника соберет требуемую сумму?