Чтение онлайн

...И вот теперь встреча на Алексе. Удача, что мы нашли друг друга в таком большом городе.

— Ничего удивительного,— улыбается Кристина,— сегодня здесь весь Берлин и даже немного больше.

Мы выбрались из толпы и долго стояли на относительно тихом пятачке, вспоминали лейпцигские встречи. За разговором я не заметил, как наступил вечер. Но никто не собирался расходиться, и азартные гитары пока еще заглушали трели «механических соловьев».

Берлин — Москва

Сергей Баягаров

В окраину 16-го округа Парижа упирается опушками зеленый массив — Булонский лес. Особенно живописен в этом «городском» лесу уголок возле озера, где с вершины хаотической груды массивных камней мирно журчат струи крохотного водопада. Эту чуть всхолмленную часть французы зовут Малой Швейцарией, а невеличку-водопад всерьез именуют Большим: доставленные из Фонтенбло четыре тысячи кубометров гранитных глыб и вправду смотрятся точно нагроможденные стихией грозные скалы в миниатюре.

Здесь, у водопада, я познакомился с «одним из самых дерзких командиров всего движения Сопротивления, человеком беспримерной личной отваги и энергии». Так было написано в указе от 25 сентября 1946 года о награждении полковника Французских внутренних сил Альбера Жоржа Раймона Узульяса орденом Почетного легиона.

Перед мемориалом у водопада замерли по стойке «смирно» ветераны, надевшие все свои военные награды по случаю ежегодной торжественной церемонии, посвященной памяти тридцати пяти французских патриотов. Их расстреляли на этом месте по приказу гитлеровского генерала фон Хольтица 17 августа 1944 года, накануне освобождения Парижа. Среди них были коммунисты, социалисты, католики, но все они одинаково любили свою родину и ненавидели фашистских оккупантов.

К мемориалу склонились трехцветные национальные стяги, военные и партизанские знамена, а труба тонким голосом пропела мелодию гимна маки. Началась перекличка. После каждого имени раздавался один и тот же Ответ: «Погиб за Францию». Потом слово было предоставлено ветеранам.

Еще перед началом церемонии я прочитал в розданной журналистам программе имя Узульяса, с которым давно хотел познакомиться. После окончания церемонии я попросил бывшего узника Освенцима и Бухенвальда Марселя Поля показать мне его.

— Да вон он, рядом с освободителем Парижа полковником Анри Ролем-Танги. Неужели вы его не знаете? — удивился добродушный круглолицый

Поль, министр-коммунист в первом правительстве генерала де Голля.

Там, у мемориала, произошло наше первое, правда, мимолетное знакомство, а спустя несколько дней, в заранее намеченное время, я подошел к словно нарочно подогнанным друг к другу по росту зданиям на бульваре Мюрата.

На звонок открыл хозяин в темно-сером свитере с высоким воротником, какой обычно носят парижские рабочие. В небольшой квартире было уютно. Из кухни выглянула, приветливо улыбаясь, его жена — Сесиль. Короткая церемония представления, и мы прошли в кабинет, где «полковник Андре» радушно пригласил меня занять кресло перед журнальным столиком, а сам устроился на стуле. Я не оговорился, упомянув Андре, а не Альбера. Именно так по старой памяти зовут его соратники-антифашисты.

— Так уж получилось, псевдоним оттеснил настоящее имя,— смеется он.— Мой сын тоже Андре...

Мне подумалось, что сын Узульяса должен гордиться этим именем. От патриота-коммуниста Анри Роль-Танги я знал, что за голову «полковника Андре» нацисты предлагали немалые деньги. Да, Альбер Узульяс, сын рабочего, солдат, коммунист, подпольщик, писатель, всегда оставался верен избранной цели. Его книги о французских патриотах — «Батальоны молодежи» и «Сыны ночи» — переведены в СССР.

— Человечество не желает жить на вулкане, который в любой миг может проснуться по вине безрассудных алчных маньяков,— говорит Альбер.— Оно выстрадало право на мир, пережив ужасы второй мировой войны. Мы, старые друзья Советского Союза, с удовлетворением отмечаем, что первое на планете социалистическое государство уверенно идет в передовом отряде сторонников мира. Лично для меня это значит много.

Детство Альбера окончилось очень рано, когда он подростком устроился на почту сортировщиком писем. В 1932 году семнадцатилетний Узульяс услышал клич Анри Барбюса, Ромена Роллана и Максима Горького влиться в антивоенное движение, воспрепятствовать войне, защитить «наше международное отечество — Советский Союз перед лицом преступного наступления воинствующего империализма на Западе и Дальнем Востоке». Их инициатива привела к созыву Амстердамского международного конгресса против войны и фашизма. Юношу выбрали руководителем Движения французской молодежи против войны и фашизма, затем членом ЦК Союза коммунистической молодежи.

— Наиболее действенно отпор фашизму можно было дать только в рядах коммунистов,— так объяснил Узульяс свой выбор, когда речь зашла об этом. Он порылся в письменном столе и протянул мне фотографию: — Посмотрите, наше бюро союза в полном составе на антифашистской манифестации. Вот Даниель Казанова, Виктор Мишо, Генриэтт Шмитт. Тогда мы были молодыми...— На снимке, взявшись под руки, идут жизнерадостные молодые люди.— Из тех, кто на фотографии, в живых остался один я. Двадцать три члена ЦК нашего комсомола погибли.

Но это случилось потом. А в тридцать пятом, когда вместе с Даниель Казаковой, Раймоном Гюйо и другими товарищами я приехал в СССР на VI конгресс Коммунистического Интернационала Молодежи (КИМ), нас переполняли радость и оптимизм,— продолжает Узульяс.— Мы побывали тогда в Магнитогорске, в Свердловске, на заводе «Уралмаш», на Челябинском тракторном. Энтузиазм страны-стройки произвел на нас, иностранных гостей, огромное впечатление. Мы воочию увидели подлинно народное государство, где впервые в истории руками трудящихся претворялся идеал всеобщего счастья...

С началом второй мировой войны Узульяса призвали в армию. В майские дни 1940 года 12-му артиллерийскому колониальному полку было приказано прикрывать отход французских войск. Артиллеристы сражались храбро. Отличным солдатом показал себя и Узульяс. Под деревней Лежантийе он предложил выкатить пушки на прямую наводку и устроить артиллерийскую дуэль с немецкой батареей. Капитан Пьер Беллар принял необычное предложение подчиненного. Тремя залпами вражеская батарея была стерта с лица земли. А вскоре после гибели капитана Альбер занял его место.

10 июня Узульяс и его товарищи попали в окружение и были взяты в плен. Их заточили в концлагере 17-Б в Вельсе, близ Линца. Французские узники-коммунисты без промедления создали там партийную организацию.

— Под полом одного из бараков мы установили радиоприемник,— рассказывает он.— После нападения немецко-фашистских орд на Советский Союз мы с нетерпением ловили передачи из Москвы. Все военнопленные независимо от их взглядов и социального положения начали отчетливо понимать, что в победе вашей страны над фашизмом вся наша надежда. Впрочем, так думали не только мы, узники, но и все настоящие французские патриоты.