Чтение онлайн

Четвертый тип погребальных памятников — сагана, прямоугольные каменные ящики из очень крупных плит. Такой ящик устанавливали на поверхности земли и перекрывали мощной каменной крышкой-плитой. Иногда на крышке сагана ставили каменный шлем. Шлем воина. На Сейсен-ата сохранились сагана, наружные стены которых покрыты рельефными изображениями живых существ. В одном случае — это лучник в высоком головном уборе, натягивающий лук, в другом — лошади и боевое оружие. Эти сагана, датируемые XIV — XV веками, были нам крайне интересны: ведь изображения человека на погребальных памятниках Устюрта и Мангышлака очень редки.

Есть на Сейсен-ата, так же как и на других могильниках, сагана-тамы. Это своеобразные мавзолеи — прямоугольные массивные сооружения, не имеющие крыши. Они появились в конце XVIII века. Внутренние стены сагана-тамов украшали богатым орнаментом. Иногда в него искусно вписывали предметы домашнего обихода: самовар, чайник, чашки, треногу, чугунный котел, орудия труда... На одном таком памятнике, что на некрополе Уали, мастер-декоратор сообщает в стихах, что «...создатель этого сооружения происходит из общины простого казахского рода Адай; все похороненные здесь люди также адайцы; увы, смерти не миновать никому, даже много лет избегавшего ее Коркута-ата (герой эпического сказания. — Л.Г.) постиг тот же конец... Слава Аллаху, ушедшим мы возвели памятник, пусть вечно служит им этот дворец... живые по невежеству обманывают себя, желая нажиться скотом; вы, любящие труд, смотрите вперед, разве на ваших ладонях мало мозолей, поэтому и здесь изображены знаки труда».

Все новые и новые страницы жизни Устюрта раскрывало перед нами бейт Сейсен-ата. Мы с опаской поглядывали на уже приблизившуюся грозовую тучу, но оторваться от этой каменной летописи не было сил. Наше внимание переключилось на мавзолеи. Обычно их сооружали на возвышенных местах, и они были видны издалека. Наиболее ранняя группа мавзолеев — XIV век — известна на западных чинках Устюрта. Это портальные мавзолеи Космола. Один из них частично сохранился, другой разрушен полностью.

Традиция возведения мавзолеев в северо-восточном Прикаспии дожила до наших дней. Подлинным произведением искусств является, например, мавзолей Латипова, построенный в 1990 году. Он сооружен на некрополе Сейсен-ата из плит розовато-белого ракушечника, имеет удлиненные пропорции и строгие классические формы, перекрыт изящным щлемовидным куполом. Мавзолей настолько легок и, если так можно выразиться о погребальном памятнике, жизнерадостен, что мысли о смерти как-то отступают и, растворяясь, уходят вместе с миражами прочь...

Наиболее ранний мавзолей некрополя Сейсен-ата сложен из каменных плит, имеет внушительные размеры и выглядит весьма архаично. По кладке, размерам и пропорциям он аналогичен мавзолею Домбаул в Джезказганской области Казахстана. Последний датируется IX—XIII веками. Возможно, для могильника Сейсен-ата эта дата слишком занижена, поскольку большинство исследователей истории архитектуры относит наиболее раннюю группу сооружений этого кладбища к XIV веку. Однако в центре Сейсан-ата существует курган эпохи раннего железа, и это позволяет предположить, что захоронения совершались здесь задолго до эпохи Золотой Орды.

Приверженность к древним местам погребений в целом характерна для кочевников Устюрта и Мангышлака. Многие средневековые некрополи основывались близ курганов VII века до н.э. — IV века н.э. Такие курганы входят в ядро некрополей Космола, Утеш близ поселка Сай-Утес, Сейсен-ата и других.

Но вернемся к мавзолеям, монументальные силуэты которых так часто видит путешествующий по пустынным землям Устюрта и Мангышлака.

Внутренние стены мавзолеев, возведенных в прошлом и нынешнем веках, богато орнаментированы. Здесь среди красочного растительного узора можно увидеть изображения оружия, щитов, домашней утвари, одежды; почти обязательно присутствует самовар. А также такие реалии сегодняшней жизни, как «Жигули», «ромб» — знак выпускника института, стол с телефоном и газетами на нем...

Наружные стены мавзолеев, возведенные из гладко обтесанных плит известняка, были превосходным полотном для художника. Острым предметом он процарапывал фигуры лошадей, чаще жеребцов — в профиль, на скаку, с маленькой головкой, на шее подвешен тумор, служивший оберегом; сцены борьбы всадников, охоты на горного козла. Прямая линия от лука или ружья означала полет стрелы или пули к телу жертвы. Как в детском рисунке.

А вот на южном берегу Мангышлакского залива стены мавзолеев и сагана-тамов часто украшают изображения парусных кораблей и баркасов. Г.С.Карелин — известный исследователь северо-восточного Прикаспия XIX века — полагал, что рисунки судов украшали погребения пиратов, которыми тогда славился этот угол Каспия. Русские рыбаки, купцы-рыбопромышленники нередко попадали в плен к этим разбойникам моря. Их продавали затем в Хорезм, предварительно подрезав кожу на пятках и набив туда щетины, чтобы пленник не мог убежать. Только с возведением форта Новоалександровский с пиратством на Каспии было покончено.

Обычно каждая группа погребальных памятников маркируется родовым знаком — тамгой. Для адаевского рода, самого многочисленного из кочевых родовых групп Устюрта и Мангышлака, тамгой служила стреловидная фигура, составленная из трех черточек, острием обращенная вверх. На стенах одного мавзолея неподалеку от города Шевченко изображены, в непосредственной близости друг от друга, до десятка различных тамг. Это скопление тамг напомнило мне, когда я их увидел, эпизод из романа Мухтара Ауэзова «Путь Абая», в котором описывается случай формального примирения враждующих родовых групп во время похорон родового старейшины. Тамги, виденные мною, тоже, очевидно, были оставлены представителями разных родов.

...Гроза все-таки настигла нас. Мощный ливень буквально затопил все вокруг. Черная туча, беспрерывно метавшая молнии, казалось, спалит нас небесным огнем. Но летние грозы быстротечны. Буря продолжалась, наверное, не больше получаса. Однако, как мы и опасались, дорога стала непроходимой. Пришлось ждать, пока солнце и ветер подсушат ее. Только под вечер мы смогли двинуться к скальной мечети Бекет-ата у поселка Старое Бейнеу на Устюрте.

Лев Галкин

Под знаком махагони

Государственный флаг и герб Белиза принят в 1981 году, одновременно с провозглашением его независимости. Они основаны на более ранних эмблемах страны. В течение почти двух веков Белиз являлся английской колонией и именовался до 1973 года Британским Гондурасом. Созданная в 1840 году колониальная печать делилась на три части: вверху слева — британский флаг, справа — два топора, двухручная пила и весло, внизу — парусник в море. Два десятилетия спустя, будучи помещенным на фигурный щит, рисунок с печати стал бэджем колониального флага. Верхние части эмблемы были белыми, а нижняя — сине-голубой. В 1907 году на основе бэджа был создан герб. Его щит также делился на три части. В первом (белом) поле, кроме британского флага, изображались еще весло и топор, во втором (желтом) поле — скрещенные одноручная пила и топор с лезвием другой, чем на бэдже, формы, а в третьем (голубом) поле остался парусник в море. Щит поддерживали щитодержатели — негры с топором и с веслом, сопровождала лента с латинским девизом «В тени процветаю» и увенчивали бело-голубой венок и дерево махагони.

Центральноамериканское махагони, известное так же, как свитения, или красное дерево, — вечнозеленое дерево из семейства мелиевых. Его твердая, тяжелая и очень прочная древесина красно-коричневого цвета, хорошо поддающаяся полировке, используется для изготовления дорогой мебели, художественных изделий, музыкальных инструментов, внутренней отделки помещений и поэтому высоко ценится.

Колониальный бэдж Британского Гондураса.

Колониальный герб Британского Гондураса 1907-1967 гг.

После второй мировой войны в стране развернулось национально-освободительное движение, которое возглавила созданная в 1950 году Народная объединенная партия. Ее партийный флаг, существующий с того же года, имеет синее полотнище с белым диском посредине (цвета соответствуют цветам гербового щита и венка, а также бэджа). С 1954 года партия стала правящей, под ее руководством страна добилась в 1964 году внутреннего самоуправления, а затем и независимости. Через три года после достижения самоуправления был принят новый флаг страны, употреблявшийся на суше (на море до 1981 года продолжал применяться прежний колониальный флаг). Новый флаг представлял собой флаг Народной объединенной партии, на белом диске которого в окружении венка из пятидесяти зеленых листьев (подобный венок присутствовал на монетах Британского Гондураса еще с 1914 года) помещался несколько видоизмененный вариант герба. Сам же герб остался прежним. Со щита был устранен британский флажок, щитодержатели теперь были обуты, к тому же они обменялись друг с другом веслом и топором, причем первый из них стал более светлокожим и светловолосым, а также изменились форма и цвет ленты с девизом. Этот флаг просуществовал 14 лет, вплоть до провозглашения независимости.